под остальных учеников. Она спокойно восприняла то, что они сделали, и я не знала, беспокоиться ли мне обо всем том дерьме, свидетелем которого она, должно быть, стала, раз ей наплевать на то, что ее чуть не обоссали, или впечатлиться тому, что она откинула волосы назад и стала жить дальше. Тем не менее, я ясно дала понять каждому из них, что если они когда-нибудь снова поступят с ней подобным образом, то я порежу их в одном месте, и этим местом будут их яйца. Можно сказать, что они поняли, намек.
— Я по прежнему поддерживаю идею о том, чтобы день за днем вызывать группы учеников на бойцовский ринг, и в конце концов я выбью признание вины из одного из них, — пробормотал Киан.
— Проблема в том, что половина учеников в этой школе признали бы вину, чтобы избежать побоев, — задумчиво сказал Сэйнт.
— Я все еще думаю, что мы должны снова присмотреться к Невыразимым, — сказал Блейк.
— Ты действительно думаешь, что кто-то из них может быть ответственным? — Спросила я, нахмурившись от этой идеи. — Если бы это сделал кто-то из них, вы бы вытянули это из них еще при последнем допросе.
— Татум права, — согласился Сэйнт. — Их костяк был полностью подавлен, но они все равно в скором времени получат еще одно напоминание.
— Но мотив есть только у них, — задумчиво произнес Блейк.
— Пфф, а как насчет каждой девушки, которую ты трахнул, а потом выбросил быстрее, чем старый, обоссанный ботинок? — Предложил Киан, и мои губы скривились в ответ при напоминании об этом волнующем факте.
— Ну, да, — Блейк пожал плечами. — Хотя вряд ли они приняли это так близко к сердцу.
— Ты действительно оставил Тиффани Форсайт в лесной хижине, чтобы ее пришлось спасать от медведя? — Я нахмурилась, в то время как Сэйнт и Киан рассмеялись, а Мила наклонилась ближе, чтобы услышать ответ.
Блейк посмотрел на меня с мрачной улыбкой, от которой у меня по коже побежали мурашки.
— Ага. Я имею в виду, что появление медведя не было запланировано, но это было счастливое совпадение.
— Это ужасно, — прорычала я, сверля Блейка взглядом.
— Эта сука обокрала меня, — сердито сказал Блейк.
— Мы нашли бумажник Блейка в ее шкафчике незадолго до окончания семестра в прошлом году, — объяснил Сэйнт, разглядывая свои ногти в поисках грязи.
— Я не знаю, было ли это местью за то, что я трахал ее и потом увиливал от нее, но в любом случае это дерьмо было сомнительным. Кстати, я сказал ей, что это будет на одну ночь. И, может быть, если бы она хотела большего, ей не следовало просто лежать там, как дохлая лягушка на спине. Все, что я помню из того траха, это то, что мой рот склеился от ее отвратительного блеска для губ и ощущение, будто я опускаю свой член в аквариум, а стая рыб обкусывает его кончик. Отчасти интересно, но в то же время немного вызывает тревогу.
Я уставилась на него, пока остальные смеялись, но из-за ледяного настроения Блейка сегодня он даже не улыбнулся. Он так невозмутимо рассказал всю эту чертову историю, от которой я была в ужасе.
— После того, как я узнал, что она украла мой бумажник, я пригласил ее в горный домик моего отца во время летних каникул, и, конечно, она согласилась. Я отвез ее в такую глушь, черт возьми, и бросил ее задницу в хижине, полагая, что ей придется звать на помощь, как только она поймет, что я не вернусь. Не совсем предусмотрительно с моей стороны, что у нее не было сотовой связи, но, по крайней мере, сообщение дошло до дома. Наверное, мне стоит написать медведю благодарственное письмо.
— Полагаю, перед тем, как ты ушел от нее, ты снова окунул свой член в аквариум? — Вмешалась Мила, еще больше наклонившись вперед и выгнув бровь.
— Пффф. — Блейк махнул рукой. — Я ничего подобного не делал. Это именно то, что она всем сказала, чтобы ей не пришлось признаваться, почему я на самом деле привел ее туда.
— Срань господня, — выдохнула Мила. — Она выставила тебя таким монстром.
Блейк пожал плечами.
— Я не отрицаю этого, Мила. Я хотел напугать эту сучку. Держу пари, с тех пор она ни у кого ничего не украла, не так ли?
Киан хрустнул костяшками пальцев, ухмыляясь, и в глазах Сэйнта появился блеск, когда он упивался мыслью о боли девушки.
— Почему ты не сделал ее Невыразимой? — Спросила Мила, и ребята переглянулись.
— Потому что не все заслуживают такого дерьма. Ее наказали, было ясно, что она поняла намек.
— Как же тогда Ударник оказался в Невыразимых, если все, что он сделал, это ударил тебя? Он просто задел твою гордость? — Спросила я Блейка, прищурившись, задаваясь вопросом, насколько они на самом деле были строги в соблюдении своих правил или это просто зависело от того, в каком настроении они были в тот момент.
Блейк провел языком по щеке.
— Я думал, Киан рассказал тебе о том, что они все сделали.
— Ну, я уже знала, что сделал Ударник, так что… — Я пожала плечами, и глаза Блейка сузились, когда он посмотрел на затылок Тоби.
— У парня проблемы с гневом. Он ходил вокруг да около и избивал любого в школе, кто хотя бы смотрел на него не так. Однажды он сломал парню челюсть. Мы пытались наказать его, что должно было быть достаточным предупреждением, но когда он ударил меня, на этом все закончилось. Мы дали ему тайм-аут в Невыразимых. Я никогда не думал, что он настоящий монстр, пока он не сделал с тобой то, что он сделал. — Его кулаки сжались на столе, и я заметила, что все трое уставились на Тоби, он же Сталкер, словно придумывая, что бы такого ужасного с ним сделать.
Наживка оглянулся через плечо со своего места рядом со Сталкером, рассматривая нас сквозь полумаску на своем лице, на котором теперь красовался большой член с нарисованными под ним яйцами на щеке. Его взгляд на мгновение остановился на мне, и в нем был сильный гнев, который разъедал мою плоть, как кислота. Я действительно не могла винить его за ненависть ко мне. Теперь я была просто еще одним его врагов. Но теперь, когда я поняла, что он натворил, я возненавидела его в ответ.
Прозвенел звонок, и ребята встали как один, соприкоснувшись плечами, и вокруг них повеяло опасностью, которая подсказала мне, что они были на охоте. Это был конец школьного дня, и редко проходил день
