Дайка о выкупе предложил уйти с ним в качестве помощника и лекаря, пообещав помочь с деньгами. Вот так Дайк и оказался в банде. В набегах он почти не участвовал, Карелл не хотел его втягивать, а вот разведчиком и наводчиком был до тех пор, пока Атаману не удалось наладить довольно большую сеть из своих людей в разных городках и поселениях. И года через полтора они обосновались на Кифовом носу.
Кареллу было нужно золото, для того чтобы платить агентам, закупать оружие и собирать свою армию. Он хотел вернуть в состав Восточных территорий их исконные земли, Большие Южные прерии, которые отошли на Запад, и тем самым восстановить своё доброе имя.
Была уже глубокая ночь. Бумер спал у меня на коленях, а Макс, растянувшись возле стола и слушая рассказ Дайка, тоже клевал носом. У меня же сна не было ни в одном глазу. Очень многое из того, что рассказал Дайк, я и сама уже подозревала, но теперь всё стало гораздо понятнее, открылось много подробностей из жизни знакомых и таких важных для меня людей. Я спросила:
– А почему ты боялся там, в лесу, что Карелл убьёт меня? Или тебя?
Нянь глубоко вздохнул:
– Мы ведь не знали, кто ты, откуда… Да и Лакр всё зудел, что от тебя надо избавиться. А Карелл… Он прикипел к тебе, все это заметили. Да он и сам злился, что ты оказала на него такое влияние. Мы же слышали, пусть и не всё, что он шептал тебе по ночам. А потом налёт этот неудачный, ну помнишь, когда Олли ранили?
Я кивнула.
– Карелл ведь меня в свои дела не очень-то посвящал. Грас намекнул как-то, что будем менять место, засиделись мы на Кифовом носу, а Карелл не знает, что с тобой делать, боится, что подослали тебя, ведь ты ничего не могла объяснить. Вот тогда я и решил, что, как представится возможность, отправлю тебя по туннелю, а может, и сам с тобой уйду. Мы ведь почти за тобой и сбежали, и как только времени хватило тележку в туннеле наверх подтянуть?! Но всё-таки я очень виноват… – и, обхватив голову, хлюпнул носом. – Когда появился летун от Хилла, я ведь держал самку в пещерке под водопадом, то я сразу подумал о тебе. Если тебя действительно подослали, то что будет с тобой, когда сыскари нагрянут? Надо было в первую очередь парней будить, а со мной будто помутнение случилось, и Грас был бы жив…
Я улыбнулась и, приобняв его, прошептала на ухо:
– А Грас жив…
Дайк дёрнулся:
– В каком смысле?!
– В прямом. Во всяком случае, когда я виделась с ним в Банкоре, здоровяк был довольно бодрым, хоть и измучен долгим заточением.
– Что?! Он жив?! Ты его видела?!
Теперь настал мой черёд делиться воспоминаниями. Сказать, что мой рассказ о спасении Граса из Банкорской тюрьмы произвёл на Дайка впечатление – значит ничего не сказать. Нянь был в шоке! А то, что ключевую роль в этом сыграл Макс, а не я, – повергло его в состояние полного ступора! Он и плакал, и хохотал, когда мы, на пару с Максом, рассказывали, как самозабвенно копали, как, в буквальном смысле, пришлось вытаскивать этого здоровенного северянина из камеры, как выкрутилась перед наместником охрана, подставив и опознав вместо Граса другой похожий труп.
В общем, историю своих приключений после побега с Кифового носа я закончила только на рассвете, и то в общих чертах. Макс уплыл на охоту, пообещав поймать помимо рыбы каких-нибудь морских птиц, чтобы разнообразить наш рацион, а мы с Дайком принялись за утренние дела.
Вдвоём мы управились очень быстро. В конюшне он задал вопрос, который я уже ожидала.
– Кари, а как ты… вернее, вы с Максом посмотрите на то, чтобы мне остаться с вами в Тухлом доме? Я обещал Кареллу присматривать за тобой, если ты объявишься в Латрасе…
Я опёрлась на вилы и повернулась к парню:
– Ах, присматривать! Ну до весны я точно отсюда никуда не денусь. А присматривать можно и из города, просто заезжать иногда…
– То есть ты не хочешь…
– Почему не хочу? Хочу! И, уверена, Макс тоже не будет против. Только, Дайк… Я надеюсь, что ты уже понял… Я теперь не та беззащитная, умирающая девушка, которую ты спасал, и я не принадлежу ни Кареллу, ни кому бы то ни было, и присматривать за мной не нужно. Как только будет возможность, я вернусь на Кифов нос и попробую отыскать то место, тот переход или проход между нашими мирами, через который и попала сюда, если он, конечно, будет существовать. А вот захочешь ли ты проводить меня туда или нет, дело твоё. Найду я эту точку перехода или нет, я не знаю… но пока моя цель такова, а дальше посмотрим по обстоятельствам.
Дайк забрал у меня деревянное орудие труда, потом обнял и уткнулся носом в волосы:
– Я хочу остаться здесь, с тобой и мне плевать, как Карелл или кто-то ещё на это посмотрит. Раньше весны никто из них всё равно не объявится. Ведь ты его не боишься?
Я покачала головой:
– Нет, уже не боюсь. Я знаю, что на самом деле он не настоящий бандит, он благороден, верен и предан своим друзьям. Вот и тебя не убил за то, что отпустил меня. Чего бояться? Я уже умирала несколько раз, поэтому, наверно, мне и не страшно…
Дайк немного отстранился и заглянул в глаза:
– Мне теперь тоже не страшно… Ты столько рассказала, открыла такой странный и удивительный мир! И сама такая же удивительная, отари… Звёздочка…
Заметив, что глаза Няня начинают блестеть, а взгляд становится томным, я больно ущипнула его и, хохоча, повалила на солому:
– Можешь хоть сегодня перебираться к нам. Только вот что Хилл твой скажет?!
Швырнув в меня комом соломы, Дайк рассмеялся:
– Он в Банкор собирается, с первым же попутным кораблём! Говорят, тамошний наместник больно всякие редкости любит, попробует Вечный свиток продать.
– Да… Я тоже слышала, про такую страсть наместника…
– Потом в Латрас вернётся, как только шторма прекратятся, и будем решать, что делать.
– В таком случае я хорошую гостиницу знаю. А моё письмо он сможет передать?
Дайк хмыкнул:
– А куда он денется?! Ты же ему и десять рандов, и Вечный свиток подарила! Кари! Неужели ты могла подумать, что Хилл настолько неблагодарный?!
– Нет, конечно. Конечно же, нет…
Глава 11
Вот так мы и зажили втроём,
