— Что бы они ни принесли, сейчас мы узнаем об этом, — сказала принцесса, когда двойные двери распахнулись и появилась группа закутанных в черное женщин с яркими узлами в руках. Торговки опустили узлы на пол и развязали их, чтобы показать, что они будут продавать. Наложницы, забыв о правилах приличия, бросились вперед выбирать самое лучшее.
Латифа Султан положила руку на локоть Валентины, удерживая ее.
— Ждите, — тихо сказала она. Когда она убедилась, что остальные слишком заняты, чтобы обращать на них внимание, она сказала тихо и торопливо:
— Вы узнаете Сабру, жену Льва Кира?
Валентина пристально посмотрела на торговок, потом медленно кивнула.
— Я вижу ее. — Ее сердце подпрыгнуло от волнения.
— Вся эта торговля устроена, чтобы облегчить ваш побег, Накш. Вы должны делать точно то, что я вам говорю, не задавая вопросов. Вы поняли?
— Да, госпожа. — Прекрасное лицо Валентины порозовело от возбуждения.
— Вы немедленно уходите за ширму для умывальника в дальнем конце комнаты. Не привлекайте внимания. Сабра принесет вам яшмак и чадру. Наденьте их и подчиняйтесь ее указаниям, не задавая вопросов. Если Аллах воспротивится и вас поймают, я буду все отрицать. Именно я буду наказывать ваше беззащитное тело, потому что это входит в мои обязанности хозяйки гарема. Если вас поймают, другой возможности бежать не будет. Я не буду снова вам помогать. Сейчас я делаю это только для того, чтобы защитить своего мужа. Само ваше присутствие в его доме представляет опасность для всех нас.
— Опасность, которой я не способствовала, госпожа, — резко напомнила Валентина принцессе. — Я была бы дома в Англии и вышла бы замуж за своего нареченного, если бы не ваш муж.
Латифа Султан улыбнулась.
— Я не буду спорить с вами, моя дорогая. Как знают все мудрые женщины, мужчины — создания слабые. Они не могут отказать себе ни в чем, с ними иногда надо обращаться, как с непослушными мальчишками. Подобно мотылькам, мужчинам трудно устоять перед прекрасным пламенем. Наша обязанность состоит в том, чтобы они не очень сильно обожглись. Я желаю вам удачи, леди Бэрроуз. — Принцесса сказала последнее предложение по-английски, а потом с присущей ей грацией пересекла комнату и присоединилась к остальным.
Все женщины были заняты с торговками. Валентина осторожно огляделась по сторонам, ища взглядом постоянно присутствующих евнухов, но их не было. Наверняка об этом позаботилась Латифа Султан.
Валентина торопливо пересекла комнату и проскользнула за ширму. Ей показалось, что прошла вечность. Что будет, если кому-нибудь из женщин надо будет пройти за ширму? Что ей делать? Потом неожиданно через ширму перелетела черная накидка, и она услышала торопливый шепот Сабры:
— Поторопись, госпожа! Времени мало!
Валентина натянула грубый шерстяной яшмак и опустила капюшон. Он закрыл ее голову до бровей. Она закрыла лицо черной чадрой и быстро вышла из-за ширмы.
Сабра взяла ее за руку и быстро-быстро говорила, пока они шли через комнату к женщинам:
— Жена визиря и его любимые женщины уже купили то, что им хотелось, поэтому некоторые из нас пойдут в главную комнату гарема, где нас ждут другие торговки. Однако одна женщина из нашей группы раскроет еще один узел, который принесла с собой. В нем такие красивые украшения, что они не смогут устоять. Наш уход вряд ли будет замечен. — Сабра пошарила в халате и вытащила оранжевый шелковый платок, который отдала Валентине. — Вот! Это ваш пустой узел. Вы продали все свои товары. — Ее глаза озорно сверкнули.
Когда они дошли до толпившихся женщин, Сабра осторожно подергала за халаты трех своих спутниц. Те без слов собрали свои вещи и отошли от группы болтающих, торгующихся женщин.
— Госпожа принцесса, — тихо сказала Сабра, — позвольте нам пройти сейчас в главный гарем, чтобы предложить там свои товары? — Роба! Ты уже показала женщинам свои красивые товары?
Пухлая маленькая женщина с улыбающимся лицом развязала фиолетовый шелк и показала несколько очень красивых камней, каких Валентина никогда не видела. Они были так необычны, что она чуть ли не почувствовала искушение остаться! Наложницы визиря заахали.
Камни такого качества обычно предназначались только для женщин султана. Они жадно вертели в руках камни, Гюльфем и Хатидже немедленно начали ругаться из-за нескольких желтых бриллиантов.
— Я разрешаю, идите, — спокойно сказала Латифа Султан, даже не взглянув на нее.
Сабра закрыла лицо чадрой и, все еще держа Валентину за руку, вывела ее из комнаты. Три другие женщины молча повернулись и пошли по коридору в главную комнату гарема, а Сабра и Валентина, оставшись вдвоем, быстро пошли по извилистым коридорам.
— Мы должны остановиться у комнаты главного евнуха, чтобы оставить ему плату, прежде чем мы выйдем из дворца, — прошептала Сабра.
— Вместо Хаммида сегодня сидит мой евнух Шакир, — ахнула Валентина. — Он наверняка узнает меня!
— Это невозможно, госпожа. В наших накидках мы неразличимые, бесформенные существа. Но помните о том, что глаза надо держать опущенными. Ваши глаза едва ли можно забыть.
Сабра постучала в дверь комнаты главного евнуха, и женщины вошли.
Комната была тускло освещена, в ней сильно пахло мускусом и амброй. Благовония курились в серебряных напольных курильницах, расставленных по комнате. Шакир лениво развалился на диване Хаммида, куря кальян. Молодой мальчик-блондин, голый, если не считать золотой цепочки на поясе, свернулся рядом с ним на диване. Шакир помахал рукой, чтобы две женщины, плотно закутанные в накидки, подошли ближе. Мальчик смотрел на них большими, кроткими карими глазами.
— У вас есть деньги для главного евнуха? ; — спросил Шакир высоким, писклявым голосом.
— Да, господин, — задыхаясь выговорила Сабра. Она непонятным образом сгорбилась, а ее голос стал поразительно похож на старушечий. — И еще немного для вас, мой господин! Хе! Хе! Хе! — закряхтела она, и тут приступ кашля согнул ее пополам.
Шакир близоруко всматривался в них через облако голубого дыма, висевшего в комнате. Он видел двух старух-торговок, потому что Валентина, быстро последовав примеру Сабры, теперь сгорбилась и выглядела калекой. Сабра что-то сунула ей в руку, а когда мальчишка-блондин с кошачьей ловкостью соскочил с дивана и протянул руку, обе женщины шагнули вперед, подобострастно кланяясь, и вложили в нее маленькие кошельки с бакшишем. С поклонами они попятились к двери.
— Вы продали все ваши товары? — устало спросил Шакир, по-хозяйски шаря по телу мальчика, который вернулся на свое место.
— Да, господин евнух! Как женщины визиря любят красивые драгоценности! Роба и я быстро распродали их, — кряхтела Сабра. — Будьте благословенны, добрый господин! Пусть Яхве защитит вас!
