— Куда ты направляешься, моя голубка?
— День такой чудесный, что я решила навестить Гейл и нашего нового внука, — сказала она.
— Передай им обоим мою любовь, — ответил Чикала-заде-паша, — и скажи Гейл, что я очень доволен ею. Четыре сына за три года брака — большое искусство. Если бы жены наших сыновей были такими же исполнительными!
— А что вы будете делать в этот прекрасный день, мои господин? — спросила она.
— Я не видел Накш с тех пор, как привез ее во дворец. В последние несколько дней я был полностью занят с султаном. Я знаю, что сегодня пятница, голубка, но ты не будешь против?
Пятница в соответствии с Кораном была днем, который мужу надо было проводить с первой женой, но Латифа и ее муж не были физически близки в течение многих лет На самом деле принцесса Латифа Султан получала гораздо больше удовольствия от своей любимой рабыни, чем от мужа, который, обычно приходя в ее постель по пятницам, просто отсыпался всю ночь от излишеств предыдущих шести ночей.
— Конечно, нет, господин, — ответила она. — Мне приятно видеть, что женщина доставляет вам радость. В последнее время ваш гарем прискучил вам.
Он поднес ее руки к губам и стал целовать их.
— Ты лучшая из жен, которая только может быть у мужчины, голубка, — сказал он.
— Нет, Чика, — спокойно сказала она, — это мне повезло стать женой такого замечательного человека, подарившего мне пятерых прекрасных детей, которые сейчас дарят нам внуков и к которым я хочу поехать в такой прекрасный осенний день. — Она засмеялась, и он помог ей сесть в паланкин.
Она пробыла в гостях у Гейл два часа, любуясь младенцем Али и раздавая сласти и безделушки его ревнивым старшим братьям, которые сами были еще маленькими. Близнецам Мамуду и Мюраду было немногим более двух лет, а Оркану — год. Все они, слава Аллаху, были крепкими и здоровыми, хотя Латифе показалось, что ее дочь выглядит несколько усталой.
— В течение некоторого времени никаких детей, — предупредила она свою младшую дочь. — Ты теряешь свою красоту. Ферхад возьмет другую, более красивую жену.
— Пусть, — беспечно ответила Гейл с бравадой, напоминающей отцовскую. — Я навсегда останусь его первой женой и матерью его четверых старших сыновей. Я буду рада появлению другой женщины, это позволит мне заняться собой. Ферхад не слазит с меня, как похотливый боров.
Латифа Султан вежливо пожала плечами.
— Помни о том, что ты оттоманская принцесса, — сказала она. — Он должен просить у тебя разрешения взять другую жену. Будь осторожна, чтобы не столкнуться с серьезной соперницей.
— Любая женщина может оказаться соперницей, мама, даже какая-нибудь незаметная наложница. По крайней мере в качестве его жены у меня есть не только положение, но и законное средство защиты, — сказала Гейл.
— Все ли в порядке? — спросила встревоженная Латифа.
— Слава Аллаху, да, — засмеялась дочь. — Я просто устала. Успокоенная Латифа Султан покинула дом дочери и приказала носильщикам паланкина вернуться во дворец.
Когда они переходили улицу, ведущую вверх по холму в еврейский квартал Балату, принцесса неожиданно, как бы по , капризу, приказала носильщикам остановиться.
— Еще рано, — задумчиво сказала она. — Я навешу Эстер Кира.
Когда Сараи Кира узнала о ее прибытии, она поспешила во двор дома Кира приветствовать принцессу. С удивлением и явным удовольствием она тепло поздоровалась с гостьей — Почему вы не послали гонца известить о том, что приедете, принцесса? — спросила Сараи.
— Я навещала свою дочь Гейл Султан, — объяснила Латифа, — и, поскольку время еще не позднее, я решила повидать мою старую подругу Эстер Кира. Надеюсь, что не помешаю вам, Сараи Кира.
— Нет, нет, ничуть. Ваш приезд в наш дом — честь для нас. Проходите, я провожу вас к Эстер, которая будет рада вашему приходу, хотя подозреваю, она уже знает о нем. В доме Эстер всегда узнает все первой.
Носильщики паланкина уселись на корточках в тени, когда их хозяйка вошла в дом. По кругу был пущен бетель, который они с удовольствием жевали, сидя на земле. Служить Латифе Султан было легко, у нее было доброе сердце.
Сараи Кира отвела гостью к старейшине дома и, выполнив свои обязанности, извинилась и ушла. Принцесса удобно села, им принесли освежающие напитки, а потом в своей обычной манере Эстер Кира отослала слуг, чтобы они могли поговорить наедине. Она сразу приступила к делу.
— У вас есть новости для меня, дитя мое? — Ее темные глаза светились любопытством.
— Вы были правы, Эстер Кира. У Чики действительно есть англичанка, — спокойно сказала принцесса.
— О, он дерзок, ваш муж! — воскликнула Эстер Кира, черные глаза ее сверкнули с восхищением. Потом она сосредоточила внимание на принцессе. — Вы абсолютно уверены?
— Я встретила ее в банях и спросила, откуда она родом Она сказала мне, что она англичанка Она очень красива и очень сдержанна, Эстер Кира. Вы помните, что моя двоюродная сестра Инсили научила меня немного говорить по-английски Моя встреча с англичанкой, которую Чика зовет Накш, была очень краткой, но моего знания английского хватило, чтобы сказать ей «Будь осторожна, я помогу тебе». Потом я ушла с моими служанками. Но я слышала, как евнух Шакир нервно спросил ее, что я сказала. Накш и глазом не моргнула. Она спокойно сказала евнуху, что я просто поприветствовала ее на ее родном языке, как будто сказанное мной не имело никакого значения, — Хорошо! Хорошо! — одобрительно сказала Эстер Кира. — Она не сломлена, несмотря на рабство. Я боялась, что после того, как она все лето удовлетворяла его желания, ее убьют.
— Нет, Эстер! Она сильная, такая же сильная, как была моя родственница Инсили. Я поняла, что она такая же стойкая. Кроме того, женщины, которые провели лето на острове, сказали мне, что Чика решил не брать ее, пока она сама не согласится на это, и она не согласилась! Он нарушил свою клятву за день до того, как привез ее в наш дворец, отослав прочих и силой взяв ее. Но даже это не сломило ее гордость.
— Завтра, — неожиданно заговорила старуха, как будто говорила сама с собой.
— Что завтра? — озадаченно спросила Латифа Султан.
— Она должна быть освобождена завтра.
— Эстер Кира! Это невозможно! — воскликнула принцесса.
— Нет ничего невозможного, дитя мое, особенно если пытаться. Если кто-то терпит неудачу, нужно начинать все сначала, — твердо сказала старейшина. — Леди Бэрроуз пробыла во дворце вашего мужа три дня, верно? — Ее собеседница кивнула. — Визирь чувствует себя уверенно, оттого что она дома и ее местонахождение неизвестно. Поэтому сейчас настал момент нанести удар, пока никто ничего не подозревает.
