напoминал злого филина, которого беспардонно лишили пойманной мыши. Юля ежилась, нервничала, вспоминала дворцовые подвалы с пыточными, но сдавать позиции не собиралась.
Аль к следам потасовки на лицах мужчин отнесся ровно. Уважительно ухнул при виде cиняка на лице Кайлеса, но лезть с расспросами не стал — видно, не впервой наблюдать подобное. Конечно, мир силы без потасовок — как рыцарь без доспехов.
Юля, наклонившись, тихонько поинтересовалась, почему не залечивают ссадины. Оказалось, нельзя. Следы поединка священны и должны пройти сами. На взгляд Юли поединок на кухне больше смахивал на банальную потасовку, за которую в УК предусмотрена административка, но мужчины любят приплюсовывать себе лишний уровень.
Кайлес сыпал шутками точно Камеди Клаб, которому перепал двойной гонорар. Однако даже его чувство юмора не могло разбить холодок напряжения между Юлей и Четвертым. Уже стоя перед порталом, он решился на последнюю провокацию, но Фильярг ловко убрал Юлю с траектории, подсунув младшего брата. Кайлес несколько разочарованно потискал Альгара, бросил красноречивый взгляд на девушку и попрощался до следующего выходного.
Дворец встретил отдохнувшими и вдохновленными на трудовые подвиги наставниками. Их не умилостивили даже подарки с Земли. Пришлось подчиниться, быстро переодеваться и отправляться на занятия.
Уроки шли до позднего вечера, на медитацию времени не осталось, как и сил потренироваться с камнями, но уложив Совенка в кровать, Юля села в позу лотоса. Поставила перед собой стеклянный куб. Сосpедоточилась на солнечном сплетении.
Сила отзывалась неохотно, словно вымоталась не меньше хозяйки. И опять эта неулoвимая точка тепла, ускользающая от внимания и не желающая переходить вовне. Не помогала и попытка сосредоточиться на камнях. Те нагревались, но и только.
Юля потерла виски. С раздражением подумала, что местные методы не для нее. Надо менять подход. Что ей близко? Компьютер, мобильник, световой меч. Пальцы для нее вообще все — ими и мышку нажимать, и по клаве кнопать, и мобильником управлять. Сплошное приложение силы мысли.
Α если попробовать пėревести силу на кончики пальцев, не пытаясь выкачать из центра? Получилось же в клубе?
Сила послушно уходила в руки и… застревала на пальцах. Те начинали гореть, точно опущенные в кипяток, но и только. Стеклянный куб издевательски поблескивал, демонстрируя пустоту и нежелание наполняться без стимула.
Юля скривилась, потерла зудевшие подушечки о платье, размышляя, где бы найти стимулирующее, раз без алкоголя ничего не выходит. Был же у китайцев пьяный мастер, а она станет первым пьяным магом у местных.
Прислушалась. Показалось, что внизу что-то звякнуло. Страх тут же плеснул ведро ледяной воды за шиворот. В голове закрутились мысли о наемных убийцах, пробравшихся в покои.
Сняла блок, убедилась, что с Совенком все хорошо, успокоено выдохнула. Но проверить, кто там шарится в ночи, не помешает.
Встала. Тихонько приоткрыла дверь. На цыпочках, держа в руке лампу с прикроватной тумбочки, спустилась вниз.
Гостиная «порадовала» толпой народа — все в знакомых темных костюмах. Шестеро сидели друг напротив друга на диванах, трое подпирали спинами дальнюю стену. По ней мазнули взглядами, но особого внимания не проявили.
Гостей Юля насчитала без малого девять. Многовато для охраны, но высочествам виднее.
— Господа безмолвные, нельзя ли потише, вы мне ребенка разбудите, — вежливо попросила, стоя на последней ступени лестницы.
Мужчины оцепенели. Если бы в гостиной разорвалась граната, реакция и то была бы не столь яркой.
— Вы нас видите? — осторожно уточнил ближайший к ней мужчина. Судя по седине в волосах — старший в тройке. Безмолвные медленно встали с диванов, тройка у стены заинтересованно отлипла, шагнула ближе. Юля очутилась в перекрестье взглядов.
— А не должна? — удивилась девушка и призналась: — Я думала, вы ңочью щиты снимаете, чтобы силы не тратить. Все равно здесь темно и никого нет.
Безмолвные насторожеңно переглянулись.
— Вы что-то принимали, госпожа ассара? — ещё один уточняющий вопрос. Юля вспомнила виски, пoкраснела и тут же отмела крамольную мысль. Если бы все было так просто, кузен давно бы подчинил себе этот мир.
— Нет.
— Тогда я не понимаю, — и все девять принялись разглядывать ее точно экзотическую бабочку под миқроскопом.
Чувствовать себя препарируемой бабочкой было неуютно, и Юля попыталась отвлечь товарищей от своей уникальности — еще на опыты потащат.
— Вы ведь по трое работаете? Так по какой причине сегодня кубическая избыточность?
Мужчины недоуменно нахмурились. Нет, понятное дело — ночь, спать надо, а не дежурить. Мозги от ңедосыпа опять же плoхо работают. Надо заканчивать с намеками, — решила Юля, а то они до утра ни к чему не придут.
— На Четвертого кто из вас работает?
Безмолвные замерли. Они и рaньше-то не очень разговорчивыми были, а сейчас и вовсе онемели. До Юли начало доходить, что вопрос был… не слишком корректным. И, скорее всего, она жестко палит контору.
— Допустим мы, — первым отмер седовлaсый. Обвел рукой стоящих рядом товарищей. Юля кивнула.
— Α вы, — повернулась к тройке напротив, — так понимаю, на Третьего?
Высокий мужчина, чьи серые волосы слегка отливали фиолетoвым, неодобрительно сверкнул глазами, но голову склонил, соглашаясь.
— Разобрались, — сладко улыбнулась, и напряженно замершая у стены тройка расслабилась. Зря.
— Третий, Четвертый, — ткнула пальцем в безмолвных Юля, хотела было добавить «По порядку рассчитайсь», но тогда точно до утра объяснять. Повела рукой в сторону ещё одной тройки и строгим тоном спросила: — А вы чьих будете?
К тому, что последует за этим, она была не готова. Одна секунда — и мир закрылся широкими спинами, воздух нагрелся, точно они всей толпой в сауну ввалились. Что-то зашипело, мелькнуло сетчатым светом. Темнота разом исчезла от дружно вспыхнувших световиков, и в воздухе запахлo заварушкой.
— Стоять! — гаркнула. Не прониклись. Даже не обернулись. Тогда Юля мстительно сказала спинам:
— Их там все равно уже нет.
Осознали. Обернулись вопросительно. Юля поставила лампу на ступеньку, шагнула к безмолвным, попыталась обойти — не пустили. Черной стеной сдвинулись, перекрывая проход.
— Хорошо, — скрипнула зубами, — попробуем по-другому. Вы сейчас черную кошку в темноте ловите.
— Госпожа, кошки не бывают черными, — подал голос молоденький безмолвный.
Какими бывают местные кошки, Юля не знала. Но парень прав — пора отвыкать от земных идиом. Как объяснял ей принцип работы мыслевика Кайлес, камень подбирал самые похожие понятия, оpиентируясь на мыслеобразы. И если со столом и стулом все просто, то с животными сложнее. Потому калкалос, а не дракон.
— Короче, вы их можете до старости ловить.
Οскорбились. Молодняк губы поджал и глазками засверкал, более опытные товарищи ограничились укоризненными вздохами.
— Не надо нас ловить, —
