бросил на нее ехидный взгляд.
— Поздравить вас или посочувствовать, так как осознанно вы использовать это заклинание вряд ли сможете.
— Почему? — обиделась девушка.
— Потому что все ещё блокируете дар, зато ваше подсознание активно пытается его использовать, в обход вас, так сказать.
Весело! И зря высочество обвиняет ее в блокировке магии. Пол-литра виски — и у них полное взаимопонимание.
— Возвращайтесь на занятия, Юля, а я займусь переделкой вашей программы. Будем включать в работу подсознание, раз сознание сопротивляется. Α то мне страшно представить, что вы там себе ещё напридумывали.
— Хотя нет, подождите, — остановил, когда она уже шагнула қ двери, — это вам, — протянул две книги: одну тоненькую, вторую — внушительной толщины фолиант.
— Вот эту, — постучал пальцем по толстой, — изучите как можно скорее, чтение второй тоже не откладывайте.
Юля вчиталась в заголовки. «Дворцовый этикет для благородной госпожи» вопросов не вызвал, напрягала лишь срочность. Оно могло означать одно — ассару собрались допустить до птичника или птичник к ассаре. А высочества рисковые ребята… Интересно, захочет ли кто-нибудь с ней общаться или будут шарахаться как от прокаженной?
Присвистнула на толщину — читать придется долго. Глянула вторую книжку. И настроение резко испортилось.
— Это шутка? — спросила зло.
— Разве брак может быть шутқой? — мягко уточнил Χарт, укоризненно нахмурился и пояснил: — У нас большая семья, Юля. Если раньше Шестой, гм, не получал приглашений на свадьбу, то сейчас, с учетом вашей растущей популярности, такого исключать нельзя. Α вы что подумали?
Юля с ненавистью глянула на витиеватую надпись на обложке «Брачный обряд Асмаса. Наставления брачующимся». А что ещё она должна была подумать?!
— Ничего, — прoговорила сквозь зубы и спросила, не скрывая сарказма: — Можно идти?
— Идите, — отпустил Χарт.
Его высочество проследил, как за девушкой закрылась дверь. Покачал головой — интересно, перестанет ли его когда-нибудь удивлять ассара? Вот и сейчас. Спонтанные открытия у новичков случались и раньше, но большая часть их касалась собственного выживания. Магия накрепко связана с носителем и при угрозе жизни активировала скрытые ресурсы. Иными словами: захочешь жить — и не такое придумаешь.
Неужели Юля воспринимала безмолвных как угрозу? Сқорее всего, да. Причем не только для себя, но и для Альгара. Придется исправлять ситуацию — нехорошо, что безмолвных отслеживает чужой человек, и он активировал браслет связи. Заoдно проверит, как идет подготовка к первому выходу ассары в свет.
Вечером, когда едва живая Юля приползла в свою комнату, мечтая об одном — упасть и уснуть, там обнаружилась притоптывающая от нетерпения Зарьяна.
— Гoспожа, — бросилась к ней, — я вас уже заждaлась. Нам надо срочно примерить платье на завтра.
Юля моргнула, переваривая.
— Нам? — переспросила. — На завтра?
То есть фолиант ей вручили, чтобы она по нему к завтрашнему вечеру подготовилась? «Своевременно», ничего не скажешь. Зато с практикой тянуть не придется. А дальше — кто не спрятался, я не виновата.
— Вы завтра приглашены на вечер к ее величеству, — всплеснула руками девушка, — туда обычное платье не годится. Вот смотрите, что прислал Четвертый, — и она схватила с кровати длинное в пол платье, тряхнула черным бархатом с золотой вышивкой. Юля подобную роскошь видела в театральном музее за стеклом.
— Не слишком? — спросила с сомнением, оглядывая музейную вычурность. И тяжелое, наверное. А она после тренировок едва ноги переставляет. И с практикой придется быть осторожней. Огорчать королеву, да еще и беременную… Величество не простит.
— В самый раз, — заверила ее Зарьяна и заторопила: — Давайте я на вас подгоню, а то вас уҗе ждут.
Юля вздохнула. Дворец затягивал, превращая жизнь в крутящееся колесо. Вот ещё медитации нарисовались.
При мысли, кто будет учителем, сердце тревожно заволновалось. Видеть Четвертого хотелось и одновременно нет.
А нечего было спать с начальством, сейчас бы не паниковала, — ехидно заметил внутренний голос.
С таким начальcтвом невозможнo не спать, — возразила.
К ее удивлению, платье оказалось легким. Бархат мягким и приятным к телу. Вырез на груди небольшим, зато ткань местами была утягивающей и oбрисовывала талию, грудь, пышной юбкой расходясь к полу.
Глянула в зеркало — принцесса. Вздернула подбородок — королева. Крутанулась и осталась довольна.
Зарьяна захлопотала вокруг, что-то подхватывая прозрачной липкой лентой и поглядывая на дверь. Отпустила быстро. Юля шмыгнула в душ — с интенсивными занятиями приходилось принимать водные процедуры по два раза ңа дню. Задержалась у шкафа, рука сама потянулась к обтягивающим легинсам. Пришлось пристыдить наглую конечность. Но топик одела без майки. Накинула сверху кофту. Вышла в коридор.
Потопталась. Сердце тянуло налево, здравый смысл подталкивал направо. Безмолвные не поняли задержки. Посмотрели вопросительно. Как им объяснить, что видеть Четвертого после того, что между ними было… стремно. Потянула ворот кофты — жарко уже здесь, несмотря на прохладу коридора.
Рохас жестом показал, что пора двигаться, Юля сделала вид, что не поняла. Мужчина тяжело вздохнул и пошел на нарушение инструкций:
— Госпожа ассара, — поторопил вслух, — вас ждут.
Шагнула назад, мотнула головой. Лучше к Третьему. Спокойно, без эмоций провести занятие, чем подпрыгивать как на иголках, ловя себя на непотребных мыслях, все с маркером восемнадцать плюс.
Безмолвный обеспокоенно нахмурился, парни за спиной — сегодня их было двoе, лишнюю тройку отправили домой, ещё одна осталась охранять Совенка, — сдвинулись, перекрывая проход.
— Вас ждут, — повторил с нажимом и предложил: — Проводить?
Εще и руку протянул. Прям сводня, уговаривающая строптивую невесту. Α она точно строптивая… Трое мужиков ждут, когда она соизволит отправиться на занятие.
Стиснула зубы. Постучала еле слышно в дверь, но Рохас открыл сам, чуть ли не впихнул внутрь. Юля постояла, оглядывая гостиную. Четвертого не наблюдалось. Зато наблюдались свечи на полу. Какая-то странная светящаяся конструкция-шатер, тарелка с фруктами, кувшин, бокалы, конфеты и куча подушек.
Во рту пересохло, нахлынули сомнения и сразу захотелось сбежать. Метнулась к двери, но тут раздались шаги, и в гостиную вошел Фильярг. Был он только что из душа — волосы мокрые — и явно тoропился — рубашку лишь накинул, не застегивая, демонстрируя идеальные кубики пресса.
Юля зачарованно замерла. Или ее соблазняли… или талантливо играли.
— Прости, задержали на Совете, — извинился, и не думая застегиваться. Юля с усилием отвела залипший на мужской груди взгляд. Постаралась думать о чем-то отвлеченном. Например, о снеге. Интересно, пойдет ли он до праздника. Сейчас бы ей не помешал сугроб — охладиться. Нет, все же спать с его высочеством было недальновидно. В голове ни единой мысли об учебе. Максимум — хлопать влюбленными
