следовало отпускать тебя на вокзале. Но это уже сделано, и на тот момент я был уверен, что это правильно по отношению ко всем, что другого варианта и быть не может. Возможно, мне не надо было вмешиваться в твою жизнь, предлагая тебе варианты, которыми я хотел, чтобы ты воспользовалась. Но по-другому я бы не смог, даже если бы сильно хотел. И обо всех своих поступках, однозначно, сожалеть теперь бесполезно. Но вот о чём я буду жалеть до конца своей жизни, так это если не опущусь сейчас на одно колено, – и Серж действительно сделал это, – и не спрошу тебя, Милая.
Лина убрала руку с моей и приложила обе ладошки к губам. Я смотрела на Сержа, словно кроме нас с ним здесь больше никого не было.
– Милая, десять лет назад я сказал тебе, что появлюсь в твоей жизни и, если ты будешь всё ещё не против, попрошу тебя станцевать для меня, помнишь?
Я не могла ответить, слёзы не дали бы мне вымолвить ни одного слова, поэтому я только моргнула.
– Не хочешь ли ты танцевать только для меня, Милая?
Серж коснулся моих пальцев своими, повернул мою ладошку вверх и положил маленькое аккуратное колечко. Я опустила взгляд на украшение, потом вернула его на Сержа. Он не шевелился, застыл возле меня, стоя на одном колене, словно скульптура. Не видно было даже, как он дышит.
Я не танцевала уже много лет, и никогда с той ужасной ночи у меня не было желания двигаться под музыку. Я смирилась с тем, что больше не захочу кружиться под мелодии. Но глядя в глаза мужчине, которого любила, я поняла, что хочу станцевать для него, только для него, для него одного во всём этом мире. Это было осознание чего-то важного для меня, и во мне начало подниматься цунами, состоящее из радости и счастья.
– Я говорила тебе десять лет назад, Серж, что станцую для тебя, в любое время, когда ты этого захочешь. Но дело в том, что я уже давно не танцую больше, даже для себя. – В глазах Сержа промелькнул ужас. Наверное он подумал, что я ему отказываю. Что ж, думаю, немного помучить его было нелишним. Я улыбнулась. – Но для тебя я хочу станцевать, только для тебя, Серж. Надень мне уже это кольцо, я и так слишком долго ждала. – Серж нежно перевернул мою ладонь, взяв колечко, надел мне его на безымянный палец. Думаю, это было слишком долго для него, потому что в следующий момент он притянул меня, и наши губы нашли друг друга.
Я услышала, как Лина всхлипнула рядом со мной.
– Лина, я должна плакать в этот момент! – укорила я подругу.
– Ты уже своё отплакала, Мелкая, оставь немного слёз и для меня, – огрызнулась та, уже не сдерживая рыдания.
Макс подошёл к жене и обнял её.
– Вот почему, я решил, что нам надо сразу пожениться, – сказал он Лине, – глядя на своих друзей, которые не могут построить личное счастье, я решил, что своё не готов ни отпускать, ни ждать так долго.
– Макс, оно того стоило, чтобы ждать! – ответил ему Серж, не выпуская меня из своих объятий.
– Мне, конечно, уже не хочется убить вас двоих, как десять лет назад, – раздался голос Марка, сидевшего у окна. – Но пока вы не поможете найти мне невесту, которая не изменит перед свадьбой или не сбежит в свадебном платье, я не дам своё благословение на ваш брак!
– О, думаю, у Лины уже есть план, правда, подруга? – весело посмотрела я на Лину, которая захлопала в ладоши.
– Пожалуйста, давайте решим этот вопрос быстрее, я не готов ждать ещё десять лет, – проворчал Серж, и мы все засмеялись.
Эпилог. Юля
– Боюсь, что многое из этого на меня уже не налезет, – только и смогла произнести после того, как увидела свои старые вещи в шкафу.
Серж хранил у себя дома всё, что купил мне много лет назад, и то, что я не забрала убегая. Он перевёз все платья, юбки и остальные тряпки в Нью-Йорк. Я не могла придумать хоть какое-то разумное объяснение этому, но разве что-то в нашей с ним истории поддавалось логике. Все правила разлетелись к чертям, брызгая фонтаном из неизвестных.
– Значит, куплю новые, – отозвался Серж. Он поставил наши чемоданы сбоку от меня. – Я пойду включу чайник, ты пока осматривайся.
А осматриваться было где. Дом у Сержа был большущий, как в тех самых фильмах. Комнаты просторные. А этот шкаф, нет, это даже не шкаф, это целая гардеробная. Однажды я смотрела сериал, так вот там главная героиня всё хотела себе такую же, а теперь это есть у меня. Я дотронулась до своих старых вещей, провела по ним рукой. Почему он не оставил всё в квартире Марка?
Я задержала взгляд на розовом воздушном платье, которое надевала, когда Марк познакомил меня с Сержем и Максом. Мне очень захотелось примерить его, наверное, не влезу, но попробовать стало физически необходимо. Достала его и осторожно стала надевать, словно боясь, если оно будет мне мало, то прошлое затрещит по швам и разорвётся на кусочки, а мне очень хотелось его помнить. Ведь именно с прошлого всё и началось. Удивительно, оно совсем в притык, но дышать было можно.
Губы растянулись в улыбке, и я закружилась. Откуда-то послышалась музыка, наверное, Серж включил. По первым же аккордам я узнала давно забытую песню. Ну конечно, другой быть просто не могло. Aerosmith, Сrazy. Обернулась, а Серж стоял в проёме двери, смотрел прямо на меня.
– Наконец-то, я окажусь единственным зрителем, – тихо произнёс он на выдохе, и было видно, что нервничал.
А мне вдруг с немыслимой силой, так захотелось танцевать, что всё, образовавшее в моей жизни барьер, стало рушиться под напором возрастающего желания. Я шагнула навстречу к нему. Ещё один шаг. Музыка словно звала меня. В этот момент я будто принимала себя заново, позволяя наконец-то почувствовать музыку внутри себя и освобождаясь от оков страха. И с каждым новым движением я ощущала, как душа оживает, словно давно потерянные фрагменты меня возвращались на место. Каждая нота приносила мне радость и свободу, словно я снова обрела себя, вернулась к своей сущности. Тело таяло под музыкальным ритмом, становясь единым целым с миром, что развернулся вокруг. И этим миром был для меня Серж. Мужчина, которого я любила все эти годы, мужчина, который был незаметно рядом со мной и которому понадобилось
