следующий день мы вылетели в Сеул…
Глава 50
И вот, наш родной офис, как мы все по нему соскучились! Нас встречают хальмони, Мичико-сан и мама Юко.
Бо Рам бросается к моей хальмони, как к спасательному кругу, и начинает слёзно жаловаться, что её в Японии плохо кормили. Это вызывает смех у всех людей, кто был с нами на гастролях, и ей напоминают, как она объелась сладким в Токио. Бо Рам насупилась. Но хальмони погладила её по волосам и сказала, что не даст в обиду «свою маленькую девочку». И повела обжору на кухню.
После обратного «вселения» «шишек» и японок в свои апартаменты и отъезда «сестёр» в свой офис, я поговорила по голофону с Чин Ёном. Он посоветовал сделать небольшой перерыв в работе, съездить куда-нибудь на несколько дней. Жаль, что из-за работы девочек в «Вельвете», а она продлится до января, мы не имеем возможности отдохнуть хотя бы две недели.
В этот и следующий день мы ничего не делали. Только все поехали к родственникам, дарить привезённые из Японии подарки. Лисе повезло, к ней из Таиланда приехали отец и мать.
Тут я впервые узнала, что это её отчим, и он швейцарец. Японкам ничего никому дарить не надо было – они видели своих родственников во время турне. Бо Рам и компанию Чин Ён отпустил по домам на три дня, Юко и так жила с мамой и бабушкой, поэтому привезла им сувениры прямо в офис.
За Сон Ён прилетела её мама, довольная подписанными в Японии контрактами, и забрала её в поместье. Алисе и Жене ехать было некуда. И они вместе со мной, хальмони и Машей поехали в гости к Сон Хену.
Нас встретила вся его семья, обрадовались привезённым из Японии сувенирам, мы посидели за столом, рассказали, что и как было, показали некоторые записи концертов…
На следующее утро я объявила, что нас на два дня пригласила на Чеджу моя хорошая подруга Микки Ракизи. Её не будет на острове, но она оставила мне ключ от своего двухэтажного дома.
Маша, слушая моё вранье, скалила зубы, но ничего не говорила. Мы захватили с собой японок и уже через четыре часа я открывала ворота нашего дома ключом. Стайка девчонок разбежалась по небольшому двору. Дом «туристкам» понравился.
Потом мы вышли в город. Он назывался Согвипхо. За два дня мы побывали в находящихся около него нескольких парках.
Вначале посетили ботанический сад. Маша наснимала там кучу голографий.
На второй день мы покатались на лошадях в Чеджу Хорс Парк
Потом мы заглянули Хюри Парк – воссозданный руками человека лесной ландшафт. Там было много мелких водоёмов, где плескались караси, которых можно было кормить крошками хлеба или специально уложенной около воды едой в мешках.
В парке было много цветов, росли лимонные деревья. Везде стояли скамейки, на которых можно было присесть и отдохнуть. Мы с собой взяли заготовки для шашлыка, и в специально отведённом месте я и Маша, по очереди, готовили блюдо. От запаха мяса у девчонок текли слюнки, но они терпеливо ждали, пока всё будет готово. И дождались! Каждой досталось по два шампура.
Девчонки за эти дни хорошо отдохнули, набрались новых впечатлений, и мы весело отправились обратно в Сеул.
Через день после этого на счёт нашей фирмы пришли заработанные в Японии восемнадцать миллионов долларов. Я устроила большое собрание нашего лэйбла. После сообщения, что нам переведены деньги за гастроли, начала их распределять всем работникам, в том числе и охране. А это тридцать человек.
За проведённую работу была выдана премия в пятьдесят тысяч долларов на нос. Нашему поварскому составу выдали зарплату по сто тысяч долларов. Трейни, и директор с заместителем, получили по двести тысяч долларов.. Ещё шестьсот тысяч я выделила на замену изношенного инвентаря и инструментов. Из оставшихся двенадцати миллионов, шесть пошли в резервный фонд, остальные – на содержание наших трёх зданий и автопарка.
Вечером того же дня у нас состоялся хвестик, на котором присутствовали и Чин Ён, и дедушка Айяно. Особенно радостными были японки из «сюрприза». Они явно не ожидали столько денег получить от гастролей. Директор охранного агентства «Драконы моря», дед Айяно, смеялся:
- Моя внучка получает в пять раз больше, чем я! Джин Хо, вы своими премиями и зарплатами переманите всех моих людей к себе!
Чин Ён спросил меня о заявленном фильме:
- Когда вы начнёте над ним работать?
- Наверно, в середине или конце января. Музыка уже есть, там осталось одну песню на английском вставить. Но это мы сделаем. Актёров пришлют из Японии, съёмки будут на Чеджу, в Согвипхо.
- О! Ты уже выбрала и место съёмок! А где актёры будут жить?
- Там есть дом знакомой, которая мне его одолжит на время пребывания в нём актёров и операторов.
- Это, хорошо! Это значительно снижает затраты на производство фильма.
- Еду им будут привозить из местного ресторана – там хозяин японец.
- Ты всё предусмотрела.
- Это не только я, но и Мин Джи постаралась!
Маша стояла и, попивая из бокала шампанское (крепче напитки нам пока не разрешены), слушала наш разговор. Когда Чин Ён отошёл, я сказала Рыжику:
- Вот и дом пригодился, и пустовать на время съемок не будет.
- А что со швейцарской квартирой делать?
- А у нас ведь в январе будет недели две отдых. Нет ни рекламных компаний и ничего другого. Японок отправим отдыхать домой, на острова, «сёстры» и так по родственникам разъедутся, а мы возьмём наших «шишек», и дунем на виллу в Швейцарию! Нас пригласит твоя хорошая подруга Пача Аргентино!
- Ха, ха, ха! – Загоготала и так уже весёлая от выпитого алкоголя Маша.
- Чему радуемся, соньяо? – Подошла к нам хальмони.
- О! И бабушек тоже возьмём! – Развеселилась Рыжик.
- Куда? - Хальмони с подозрением посмотрела на Машу. – Куда ты хочешь нас взять, Мин Джи? Больше не пей. А то опять будешь зелёная ходить!
- В Швейцарию поедем! Нас в январе её подруга к себе на виллу пригласила. Вот вас и возьмём.
- А Сон
