Читаем без скачивания Темный Лорд: Темный Лорд. Темное пророчество. Меч Эриджуна. Озерная леди. Клятва Темного Лорда - Александр Дмитриевич Прозоров

– Горе нарушившим волю Великого Чахары!!! – Фигура качнулась вперед и звонко щелкнула зубами перед самым лицом Битали. Извернулась и так же стремительно кинулась на недоморфа: – Горе нарушившим волю Великого Чахары! Все кары небес и проклятия земель обрушатся на ваши головы!

– Меня-то за что?! – возмутился Надодух.

Не ответив, призрак растаял в воздухе, а по комнате стало разноситься оглушительное тиканье.

– А меня за что? – запоздало поинтересовался Битали.

– Ну, ты Темный Лорд, – напомнил сосед. – У тебя с призраками особые отношения.

– Это не отношения, это определенно часы смерти, – парировал Кро. – А ты у нас знатный родовитый чатия. Я же – никто, никакой родословной.

– Но это не мой дом!

– И не мой!

– Вот проклятье! – Недоморф поднялся, сходил за подушкой, вернулся назад. Лег, старательно накрыв голову.

Битали поднял свою подушку с пола, тоже прижал ее к ушам. Но тиканье без труда пробивало эту преграду, мерно и нудно стучало по ушам. Потерпев с десяток минут, юноша откинул одеяло и приподнял голову. Надодух, как оказалось, уже вовсю шарил по комнате, пытаясь найти источник тиканья.

– Может, спустимся в кабинет? – предложил Кро.

– Ага, – недовольно буркнул недоморф. – Из-за какого-то полоумного призрака я буду вещи и постели с этажа на этаж переносить. А спать когда?

– Тогда просто ложись… – посоветовал Битали. – Все равно ничего не найдешь. Я полдня промучился.

– А почему не предупредил?

– Я предупредил, – зевнул Битали. – Ты сказал, что это часы смерти. А их найти невозможно. Это тикает сам дом.

– Хорошо хоть, всего сутки до отъезда остались! – недовольно буркнул Надодух и опять вернулся в постель. – В этой школе вечно все через зигзаги происходит.

Тиканье продолжалось до самого рассвета. Через пару часов Битали привык к нему и даже ухитрился закемарить. Но это был полусон, и когда звуки с рассветом исчезли, он с легкостью провалился в сон настоящий – проспав в результате завтрак. Молодые люди и первый урок могли бы пропустить, но Черныш Надодуха, тоже оставшийся голодным, так стучал клювом в стекло, что все же разбудил хозяина и его соседа.

Впрочем, Кро и Сенусерт ничего не потеряли бы, даже если бы проспали весь день. Мадам Деборе посвятила урок тому, что велеречиво хвалила учеников за прилежание, а потом долго напоминала, какие именно навыки им надлежит закреплять на каникулах: следить за настроением во сне и просыпаться медленно, тренировать интуицию, следить за ночным небом и запоминать основные астрологические циклы. Очень похожим оказалось и занятие профессора Омара ибн Аби Рабиа – только араб советовал посвящать время тренировке концентрации и отработке навыков работы с зеркалами.

По прикидке Битали, на честное выполнение всех предложенных заданий ему пришлось бы тратить не меньше двадцати часов в день. А ведь впереди была еще алгебра!

Однако мадам Кроус, при всей своей повседневной требовательности и суровости, внезапно поступила мудрее и щедрее остальных. Войдя в аудиторию, она медленно обвела курс суровым взглядом и неожиданно произнесла:

– Вы, подозреваю, ни о чем, кроме каникул, думать не способны. Проку от вас сегодня никакого не будет. А посему: с наступающим вас праздником! Все свободны.

Она сунула под мышку журнал и вышла прочь. Курс же, только после этого поверив в подарок, дружно взревел:

– Ур-ра-а-а! Каникулы!!!

Братство Башни рассталось сразу после ужина. Разговор не клеился. Каждый сидящий за столом мысленно был уже дома, отвечали все невпопад, сидели с озабоченным видом. Битали не выдержал и, наскоро доев салат, поднялся:

– Хорошо вам отдохнуть, ребята. До встречи через две недели.

Надеясь разогнать тоску, Кро поднялся во двор замка, но даже здесь сегодня было пусто. Впервые за полгода никто из замка не пришел сюда, чтобы погонять мяч. Битали посидел на скамье трибуны, следя за ползущими над каменным колодцем низкими облаками, начал зябнуть и отправился в башню.

В комнате было куда как теплее: в очаге подыхал жаркий огонь.

– В честь чего костер? Зима пришла?

– Старые контрольные, зачетные работы, экзаменационные листы, – сообщил недоморф. – Чего их хранить? Только огорчаться. Вот это тоже туда, и это тоже. О, любовное послание.

– От кого?

– Понятия не имею, еще до меня тут было. Бумага какая желтая! Наверное, лет сто в ящике валяется. Тоже в топку…

Освободившись от лишних бумаг, Надодух выставил к постели сумки и начал их укладывать. Из учебников он прихватил только справочники и конспекты по колдовству, собрал всю одежду, уложил запасную обувь. Взвесил сумки в руках:

– Вроде все… Счета директор выдаст при посадке на автобус. Черныш сам долетит, не маленький. Точно ничего не забыл? Осталось только поспать. Что ты такой понурый, дружище? Хочешь, с собой тебя возьму? У нас места хватит! Целые этажи свободных покоев, все слуги разбежались давно. Хочешь? Давай, собирайся!

– А как же твой цветник на поляне?

– Суета! – отмахнулся Надодух. – Новый сделаю лучше прежнего. У меня это дело с каждым курсом лучше получается. Поехали!

– В другой раз… – Поддавшись порыву, Битали подошел и обнял друга. – Спасибо, но мне тоже родителей увидеть хочется.

– Пусть ко мне приезжают! Нам гости в радость, а не в тягость.

– Домовые, родители, я не ожидал и не готов, – по очереди загнул пальцы Кро. – Извини, в другой раз.

– Ладно, тогда я пойду, пробегусь по лесочку, – передернул плечами недоморф. – Давно уже любимые кроны не шерстил. Не хочешь?

– Беги, – отмахнулся Кро. – Я с метаморфами в догонялки играть не любитель.

– Угу, – кивнул Надодух, прыгнул через пылающий очаг к подоконнику и исчез.

Битали же подумал, что сегодня, наверно, даже оборотней в замковом саду нет – вещички складывают. И опять откинулся на спину, заложив руки за голову. Отчего-то вспомнились розыгрыши, которыми хвастались однокурсники из колледжа Глоу. Один рассказывал, как закружил соседскую девчонку в снежном вихре буквально в нескольких шагах от дома и мучил ее мороками, пока та не взмолилась к небесам о помощи. После этого он осыпал малышку дождем из конфет и сделал светящуюся дорожку прямо до ее дверей. Девчонка рассказывала об этом непрерывно несколько дней, но никто из смертных не верил ей ни на йоту. Другой завалил живущую на отшибе семью стариков снегом по самую крышу, не давая выйти, а когда те вконец отчаялись и собрались встречать Рождество водой и сушеной рыбой, ровно в полночь подбросил им на стол огромную запеченную индейку, какой не видели в этом доме уже лет двадцать.

Здесь же, во Франции, про снег никто толком и не слышал, зимой считалась погода, при которой нужно надевать свитер, и каким образом здесь устроить