Читаем без скачивания Темный Лорд: Темный Лорд. Темное пророчество. Меч Эриджуна. Озерная леди. Клятва Темного Лорда - Александр Дмитриевич Прозоров

для смертных хороший предрождественский розыгрыш, в который никто не поверит, Битали даже не представлял. Вьюгой не закружишь, морозом не запугаешь, с пути вечером не собьешь. А коли смертного хорошенько не запугать – он ведь потом и восторга от чудесного избавления не получит…

* * *

Недоморф вернулся незадолго до полуночи. Страшно довольный, пахнущий болотом и весь в репейнике.

– Думаешь, это они меня? Это я их! – не дожидаясь вопроса, сообщил он. – Давно меня не видели, совсем расслабились.

Надодух скинул куртку, повесил на спинку стула.

– Съели бы тебя перед самыми каникулами, во смешно бы было! – сказал ему Битали.

– Зубы облома…

Его голос заглушил оглушительный вой, над тлеющим очагом возникла коричневая бесформенная фигура, набухла.

– Убери его, Битали! – шарахнулся к постели недоморф. – Убери, он мне еще вчера надоел!

– Горе нарушившим волю Великого Чахары!!! – кинулось существо к Надодуху, загнав его под постель, затем повернулось к Битали: – Горе нарушившим волю Великого Чахары! Все кары небес и проклятия земель обрушатся на ваши головы!

Существо начало таять.

– Ну вот, теперь будет тикать, – тоскливо вздохнул недоморф. – Битали, вообще-то сейчас ты вместо профессора Налоби отвечаешь за призраков. Убери его отсюда.

– Налоби за привидения не отвечал, – мотнул головой Кро. – Он только наложил на них заклятие. И то всего один раз.

– Так и ты наложи.

– Сам наложи, если такой умный.

– А мне не надо, я завтра уезжаю… – И Надодух, избавляясь от нудного мерного тиканья, накрыл голову подушкой.

Битали поступил точно так же. Довольно долго мучился, пытаясь спастись от звука, возникающего, казалось, прямо внутри головы, но, в конце концов, все-таки заснул, провалившись до самого утра в недра какого-то механизма, где пришлось долго-долго уворачиваться от зубцов шестеренок, мелькающих маятников и пульсирующих пружин. Причем на этот раз он и без мадам Деборе прекрасно догадался, что может означать возникшее сновидение.

Когда Кро проснулся, соседа по комнате уже не было. Сумки его пропали, кровать была застелена, но без белья. Видимо, проспал Битали весьма долго, раз уж домовые даже здесь успели навести порядок. Молодой человек выбрался из-под одеяла, с нарочитой неторопливостью подошел к окну: солнце поднялось уже высоко, намекая на то, что первый урок прошел без него. Битали в ответ только сладко потянулся:

– А вот и не проспал! Каникулы.

Он взял из шкафа полотенце, не спеша спустился на первый этаж, долго и старательно принимал душ, потом вернулся назад, оделся и отправился по тихой, как могильный склеп, школе в столовую. Но когда провалился в нее сквозь землю двора – обнаружил, что лотки для готовых блюд пусты, столы куда-то исчезли вместе со стульями, а со стороны кухни не доносится никаких запахов и звуков.

– Сюрприз, – пробормотал Кро. – Две недели на подножном корму. Интересно, как мне удастся объяснить это домовым?

Вместо завтрака ему пришлось отправляться в кабинет директора, но нарисованная на стене змея не пожелала переносить его наверх, как он ни стукал ее своей волшебной палочкой. Немного поразмыслив, юноша решил спуститься в подвал перед столовой и пройтись через тамошние кладовки – авось удастся что-нибудь найти. Но перед самой лестницей неожиданно наткнулся на мадам Лартиг, шествующую во главе длинного каравана из стопок постельного белья.

– Мсье Кро, хорошо, что я вас встретила, – холодно-безразличным тоном заявила она. – Поскольку столовая закрыта на каникулы, я распорядилась переправлять положенный домовым хлеб в кабинет профессора Налоби. Как это происходило ранее, пока вы не стали направлять за ним посыльных…

– Если столовая закрыта, где я буду есть? – перебил надменную женщину Битали.

– Насколько я помню, мсье, – на этот раз мадам не сдержала довольной усмешки, – вы находитесь у нас на службе, а не на пансионе. Питание служащих – это их собственная забота. Они получают достаточное содержание. И не забывайте, мсье, что хлеб предназначен для домовых, а не для вас.

Довольная собой дама прошествовала мимо, задев его жесткой полотняной юбкой.

– Болотные духи… – За содержанием, как понимал Битали, обращаться все равно следовало к директору, который опять же отсутствовал. Впрочем, в любом случае профессор Бронте намекал, что положенные Кро деньги будут просто зачтены в счет платы за обучение.

Хлеб и вправду оказался в кабинете, ровно выложенный на полки одного из шкафов. Пересчитав буханки, Битали извлек грелки, повесил веревку, без промедлений залил емкости молоком, достал ножи и стал резать угощение. Потом вызвал Батану, попросив его разлить молоко и разложить куски по плошкам. Сам же упаковал два десятка мисок и четыре буханки в сумку, прихватил одну грелку и поспешил на огород.

Здесь он управился сам, накрыв на краю Тихого лагеря, сразу за полем, широкий стол, вызвал гномов и повернул назад. Миновав половину грядки, Битали заметил появившуюся из-за угла прогуливающуюся парочку: мужчина в кожаной куртке и обтягивающих брюках вел под руку женщину в широкополой шляпе с легкой вуалью по краям, в длинном бежевом платье, пышная юбка которого скользила над самой травой. Почему-то ему подумалось, что это профессор Омар ибн Аби Рабиа и мадам Деборе, неизменно помогающая арабу во время сложных уроков. Но, пройдя еще с десяток шагов, Битали вдруг замер на миг, прикрыв глаза от яркого неба ладонью, а потом сорвался с места, перепрыгивая через кочаны, кусты салата и морковную ботву:

– Мама!!! – Он крепко обнял женщину, сжав так, что она едва могла вздохнуть, отпустил, кинулся к отцу: – Вы приехали, папа! Приехали! – Снова повернулся к матери и опять обнял, но уже не так сокрушающе. – Мама, как я по вам соскучился!

Женщина, одной рукой прижимая его к себе, другой сильно сдвинула край шляпки себе на лоб. Вслух она так и не сказала ни слова.

– Великие прародители, чем же они вас тут кормят? Ты вымахал почти на голову! – восхитился отец. – Небось, ешь за троих, спишь за четверых?

– Я еще учусь за пятерых. – Кро повернул голову к нему. – Пап, а где твоя борода?

– Подпалил немного по неосторожности, – отмахнулся тот. – Оставил себе чуток усиков на память, и ладно.

Усы у сеньора Кро были иссиня-черными, узенькими, как мышиный хвостик, однако густыми, как зубная щетка.

– Прическа тоже другая. Тебя опять не узнать, папа. Иногда мне кажется, что ты специально пытаешься от меня спрятаться.

– Прежние лохмы никак не смотрелись с новыми усами! Да, дорогая?

В руке сеньоры Кро появился платок, которым она промокнула почему-то губы и сдавленно сказала:

– Мальчики, пойдемте домой.

– Вы сняли дом? Далеко? – поинтересовался Битали. Все же про свою обязанность забрать опустошенные миски он не забыл.

– Пойдем, увидишь, – обняв сына за плечо, повел его отец вокруг замка.

Они миновали