Пум! – хлопнула входная дверь. В зал с кислыми лицами вошла пятерка Лиссы. Меня они заметили, только уже усевшись за стол. Увидев, что я тут тоже сижу, они вроде дернулись на выход, но после некоторой неловкости и пары фраз, которыми они обменялись между собой, решили остаться.
Вот вы, значит, какие… зубастики… такие милые с виду и такие опасные внутри… На лицо ужаФные, добрые внутри… только наоборот. А не пойти ли мне отсюда? Олаф, похоже, все рассказал. На зубастиков смотреть противно… Душно тут чтото… И муторно… както… Пойду, пожалуй… Но я же не могу просто так уйти? Как проигравший. Не так ли? А не спеть ли мне этим неблагодарным сущностям на прощание песенку, а? Я даже знаю, кажется… какую!
– Эй, Эри! Ты чего молчишь? – вывел меня из задумчивости Олаф.
– Хочешь, я тебе песню спою? – спросил я его, берясь рукой за гриф гитары.
– Конечно! – не задумываясь, ответил тот.
– Щас, спою! – многообещающе оскалился я и положил пальцы на струны.
Услышав звуки струн, девчонки обернулись на звуки. Я развязно подмигнул им и начал:
Что с тобой случилось?
Что ты горько плачешь?
Ну не получилось,
И погиб твой мальчик.
На четыре года
Он тебя моложе,
Не грусти, родная,
Подожди другого.
Что с тобой случилось?
Потеряла счастье,
Запрещает мама
С новыми встречаться.
Надо бы учиться
На одни пятерки,
Но одни мальчишки
В сердце у девчонки…
Маленькие варгочки в первый раз влюбляются,
Маленькие варгочки – каждый ошибается,
Маленькие варгочки, умер – не считается,
Маленькие варгочки, вы такие маленькие.
Маленькие варгочки в первый раз влюбляются,
Маленькие варгочки – каждый ошибается,
Маленькие варгочки в первый раз целуются,
Маленькие варгочки, кровь, кишки по улице.
Алая помада,
Прикус поправляешь,
Недоволен папа –
Пусть сидит в зиндане.
Ты теперь рисуешь
Тушью над глазами,
Краситься ведь кровью
Запрещает мама.
Что с тобой случилось?
Что ты горько плачешь?
Ну не получилось,
Ну погиб твой мальчик.
На четыре года
Он тебя моложе,
Не грусти, родная,
Подожди другого…
Маленькие варгочки в первый раз влюбляются,
Маленькие варгочки – каждый ошибается,
Маленькие варгочки, умер – не считается,
Маленькие варгочки, вы такие маленькие.
Маленькие варгочки снова забавляются,
Маленькие варгочки – в мертвых не влюбляются,
Маленькие варгочки в первый раз целуются,
Маленькие варгочки, кровь, кишки по улице [6].
Тишина… Только слышно, как гдето чтото капает у трактирщика.
Трах! – ураганом выхватывает Лиссу изза стола.
– Уходи! Убирайся отсюда! И чтоб больше… – нависает она надо мной, уперев руки в стол. Глаза бешеныебешеные!
Я индифферентно пожимаю плечом, встаю, беру гитару и иду к выходу под ошеломленными взглядами всех присутствующих. Открыв дверь, я оборачиваюсь и неожиданно для себя говорю:
– Айл би бэк… беби!
– Эри? Это ты? Я вернулась!
Раздавшийся из глубины дома голос заставил меня тормознуть в прихожей.
Мутантка приехала, подумал я, услышав голос Дины. Какой сегодня… сложный день!
В кабинете Эстелы
– Чем могу быть полезна, уважаемые господа маги? – Эста поднялась изза стола, внимательно глядя на двух мужчин, вошедших в ее кабинет. То, что в Эторию въехали несколько дней назад двое магов, ей уже доложили, но вот то, что они заявились прямиком к начальнику тайной стражи, не сулило ничего хорошего. Скорее, обещало проблемы. – Прошу вас, присаживайтесь, господа. – Хозяйка кабинета сделала приглашающий жест в сторону кресел и улыбнулась дежурной улыбкой.
– Благодарю вас, – с достоинством и неспешно ответил выглядевший более старшим маг и продолжил: – Мы, собственно, ненадолго. Мы с моим коллегой, – маг сделал кивок в сторону своего спутника, – разыскиваем своего… товарища. Мага.
– Да, – заинтересованно и доброжелательно спросила Эста, внутренне напрягаясь, – и что? Я могу вам чемто помочь?
– Пожалуй, да. Мы бы хотели поинтересоваться у главы секретной службы, не известно ли ей чтонибудь о молодом человеке шестнадцати лет, с темными волосами и карими глазами, который оказался на территории Этории примерно месяц тому назад? Зовут этого молодого человека – Эриадор. Или сокращенно Эри. Он княжич.
– Княжич? – вопросительно приподняла брови Эста, изображая на лице работу мысли и задумчивость. – Както не припоминаю…
Вот оно! В это самое время, пока лицо ее изображало задумчивость, в голове Эсты стремительно неслись мысли. Я так и знала, что с этим мальчишкой будут неприятности! Уж больно он странный! Еще и маг к тому же. Ах, как скверно! Гильдии магов мы проиграем в любом случае. Про прямое столкновение и речи идти не может, а в закулисных делах с ними тоже ловкостью не померяешься… Больно близки они к императору. Такого ему наплетут, век потом не отмоешься! Ох удружила Динка, ох и удружила! Да я сама виновата. Нужно было придушить его потихому, да и дело с концом. Нет, жалко стало дуреху. Как же, любофф! Пусть будет! Вот и мыль себе теперь холку…
– Вы знаете… Както не припомню я никого с таким именем… – с сомнением в голосе сказала Эста, задумчиво прикладывая пальцы левой руки к своей щеке, – не попадалось мне его имя в отчетах. А почему вы думаете, что он в Этории? Откуда вам это известно? Может, вы ошиблись и его здесь нет?
– Мы не ошиблись, – спокойно сказал маг, – нас привело сюда поисковое заклинание. Мы знаем, что юноша жив и находится совсем недалеко отсюда. Мы могли бы прямиком направиться туда, но решили не создавать ненужного волнения и не нарушать ваших законов. Поэтому считайте наше появление тут визитом вежливости, и мы просим вас оказать содействие в наших поисках. Мы ведь все подданные одного императора, не так ли?
В обращенных на нее глазах мага Эста увидела насмешку и превосходство.
Дарг, ругнулась она про себя. Поисковое заклинание! Это очень плохо. Спрятать Эри теперь не получится, все равно найдут. Нарушение договора с императором… Ммм… Только этого сейчас не хватало. Проклятая любовь! Как она всегда не к месту! Что же делать? Что же делать…
– Как, вы говорите, зовут этого молодого человека? – словно чтото припомнив, в вопрошающем жесте отвела руку от лица Эста. – Эр…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
