в более достойное место.
– Мне с тобой везде дворец, красивый…
Между тем в городе поднялся страшный переполох. Ближние, подоспев наконец от дома фон Барнхельма к ратуше и застав там лишь трупы охраны, бросились в погоню во главе со Шпренгером. Отряд нагнал грабителей в лесу, неподалеку от подножия горы Шлосберг. Но люди, наряженные монахами и стражниками, дрались как черти, дали решительный отпор. Потеряв троих ближних, инквизитор приказал отступать в город.
Наутро, услышав новости, Сенкевич остался доволен. Теперь инквизиция будет искать банду за пределами Равенсбурга. Это отвлечет внимание от него и оттянет силы из города. А уж наемники постараются создать громкую славу о своей шайке – они получили приказ грабить деревни, оставляя жителей в живых. Скоро слухи о трех монахах и стражниках расползутся по всему княжеству. Можно спокойно залегать на дно и разбираться в старинных книгах.
Глава десятая
Дан
– Пойдем, Клинок, в трактир. Угощаю, – сказал мрачный Волдо, заглядывая в казарму, где ученики готовились ко сну, и добавил себе под нос: – Псы инквизиции тоже должны когда-нибудь отдыхать.
В трактире, под аккомпанемент пьяных выкриков и шипения мяса на вертеле, завязался разговор.
– Не удалась моя засада, – сплюнул Волдо. – За то и выпьем. Он отхлебнул пива из огромной кружки, отер с губ пену рукавом. – Ты делал в Ребедорфе странные вещи, Клинок. Я внимательно наблюдал за тобой. Ты непрост, парень, и не верю я в твои видения. Не Господь тебе помогает, нет…
– А кто же, по-твоему? Дьявол? – тихо спросил Дан.
Волдо в несколько глотков осушил кружку, пристукнул дном по столу, подзывая служанку:
– Еще… Ты все делаешь сам, Клинок. Не знаю, откуда в тебе это берется, да и плевать мне. Может, это дар Господа, может, еще кого, но ты умеешь искать. Я помню, как ты тогда клок волчьей шерсти нашел. У тебя чутье, как у хорошего охотника. – Волдо наклонился, выдохнул в лицо с пивным запахом: – Сумеешь выследить вервольфа?
– Сделаю все, что смогу, – заверил Дан. – Но мне нужна свобода. Если стану объяснять каждый шаг, ничего не выйдет.
– Будет тебе свобода! – Кружка снова была опорожнена. – Эй, девка, еще!.. С завтрашнего дня разрешаю тебе действовать по собственному усмотрению. Забирай своих мальчишек, ройте землю, допрашивайте людей, пытайте, режьте, жгите… Только найдите мне след этой твари!
Дан молча кивал.
После пятой кружки Волдо слегка захмелел. Глаза налились кровью, взгляд стал тяжелым, язык чуть заплетался:
– Сестра у меня здесь. А у нее две дочки, шесть и двенадцать лет. Шустрые девчонки, веселые такие. Сам-то я семьи не завел, все служба сожрала, теперь племянницы мне вместо дочек. Как подумаю, что вервольф и их… – Он изо всех сил шарахнул кулаком по столу. Глиняное блюдо с хлебом, сыром и луком подпрыгнуло. – А мы все ведьм да колдунов хватаем без толку… Искать зверя надо, выслеживать, ловить, вот что я скажу!
– Хорошо. – Дан поднялся. Пить не хотелось, единственным желанием было отдохнуть как следует. – Я пойду. Завтра начну поиск.
– Найди его, – повторил Волдо. – А уж тут я не подведу. Я солдат, Клинок, и солдатом помру…
Подходя к казарме, Дан заметил, как вдоль стены ратуши скользнула и шмыгнула в темноту серая тень. Кто-то отправился на ночной променад… В свете последних событий это настораживало.
В спальне Дан решил проверить, все ли ученики на местах. Зажег светильник и двинулся вдоль рядов спящих. Плюгавый Хейнс тонко посвистывал носом, сопел пухлый Абелард. Андреас фон Гейкинг улыбался, наверное, видел во сне очередную красотку. Заливисто храпел Ганс. На месте был вечно хмурый Карл. Отто… Гюнтер… Питер…
Дойдя до постели Энгеля, который с головой накрылся одеялом, Дан остановился. Что-то в силуэте товарища показалось ему странным. Он наклонился над Энгелем: дыхания не было слышно. Сдернув одеяло, Дан увидел наскоро сооруженную из тряпок «куклу».
Он улегся на свое место и принялся ждать. Энгель вернулся, когда часы на ратуше пробили четыре раза, на цыпочках пошел к своему месту. Дан подскочил, схватил его за плечо, развернул:
– Где был?
– Тебе какое дело? – попытался вырваться Энгель.
– Ты в моем отряде, – прошипел Дан. – Я должен знать о вас все. Может, ты и есть вервольф?
– Вор я, а не вервольф. – Энгель достал из-под плаща тугой мешочек, потряс над ухом Дана. – Вот, добыча за сегодня. Я простой вор, забираюсь по ночам в дома и облегчаю кошельки зажиточных горожан.
Как всякий работник органов, Дан не любил нарушителей закона, но, поразмыслив, пришел к выводу, что вор лучше вервольфа и уж точно полезнее. Энгель в силу необычного ремесла отличался пронырливостью и хорошей реакцией. Главное, он еще ни разу не подвел товарищей. Дан выпустил его и уже вполне миролюбиво спросил:
– А как тебя в ближние-то занесло?
Поняв, что никто не потащит его в пыточную и не вызовет стражу, Энгель ответил:
– Я сам из Бранденбурга, там у меня сестра, младшая. Была она служанкой при богатом доме, сынок хозяина обесчестил ее и обрюхатил, а потом вышвырнул прочь. Ну я и решил отомстить. Забрался ночью в дом, обчистил все шкатулки, потом пошел в спальню барончика, да и наказал его по-свойски. Отбил то, чем детей делают. Да еще… – Энгель замялся, потом со смехом продолжил: – На обеденном столе кучу навалил. Чтобы помнили обо мне.
Дан сдавленно фыркнул.
– Меня искать стали, пришлось уйти из города. Прибился сюда, а тут инквизиторы приехали, стали народец в ближние набирать. Я и поступил, подумал, среди них точно искать не будут. Это ж воинство Христово, святые люди…
– Но все равно взялся за старое, – хмыкнул Дан.
– Жить на что-то надо, – ханжески вздохнул Энгель. – Я еще сестре деньги с оказией передаю, она одна сына растит.
– Ладно, – решил Дан. – Считай, я ничего не слышал. Только смотри мне: чтобы не страдали обязанности в отряде. Пошли отдыхать.
Средневековье, думал он, сложное время. Приходится идти на компромиссы…
– А ты чем за товарищами следить, лучше бы к брату Генриху присмотрелся, – донесся до него сонный голос Энгеля. – Я частенько вижу, как он по ночам погулять выходит.
* * *
– Так кого ты видела, милая? Скажи, не бойся.
Девочка лет семи упорно молчала. В широко раскрытых голубых глазах – невыразимый ужас.
– Кирстен у нас трусиха, – вмешался ее брат. – Она зажмурилась тогда и не смотрела.
– А ты? – спросил Дан. – Как тебя зовут?
– Курт. А я смотрел, добрый господин. Только темно было, видно плохо. Но Ирма спала рядом. Он наклонился, схватил сестру… И я увидел… – шепотом закончил мальчик.
– Что ты увидел?
– Это волк, добрый господин. Огромный волк, только ходит он как человек. Пасть у него зубастая, а глаза горят
