Они смеялись недолго. В этот же день Оплот пал под натиском армии мертвых.
Ничто не могло противостоять им. Потоки горячей лавы, извергаемой Властителями Судеб, надежно преграждали путь телам, однако ничем не могли помешать душам. Земельные валы, которые нераканцы прежде безуспешно пытались взять штурмом, теперь стояли словно памятники тщетности усилий соламнийцев. Густой серый туман, состоявший из душ умерших, стекал со склонов гор, несся потоком через долину и вливался в оборонительные сооружения Оплота, вынуждая осаждавших и осажденных в ужасе жаться друг к другу.
Мине не нужно было заставлять своих инженеров биться над тем, как проникнуть в город. Ей оставалось лишь подождать, пока перепуганные хозяева сами не впустят завоевателей.
Бежавшие от армии мертвых соламнийцы быстро пополняли собой ее ряды, ибо Рыцари Тьмы, прятавшиеся в призрачной мгле, вырезали их без всякого сожаления.
Наконец войско, ведомое Галдаром, ворвалось в город, завязав бой на его улицах.
Мина тем временем находилась на подступах к Оплоту и делала все возможное и невозможное, чтобы не допустить паники в рядах своих войск. Она останавливала беглецов, подбадривала их и возвращала на поле битвы. Казалось, ей удается присутствовать в нескольких местах одновременно; ее телохранители уже совершенно загнали своих лошадей, пытаясь поспеть за огненным скакуном Мины.
Как и обещала Повелительница Ночи, Герард не принимал участия в штурме Оплота — он следил за ним с вершины ближайшей горы в компании эльфийского короля, Одилы, повозки с саркофагом Золотой Луны и телами двух чародеев, а также охраны в виде четырех Рыцарей Тьмы.
Тихая, сосредоточенная Одила и задыхавшийся от бессильной злобы Герард молча смотрели, как один за другим падают их товарищи, и видели странное, неземное свечение, исходившее от Мины.
— А что за туман наполняет долину? — спросил Сильванеш, с удивлением глядя вниз.
— Это не туман, Ваше Величество. Это души умерших, — мрачно ответил Герард.
— Даже мертвые обожают ее! — восторженно воскликнул Сильванеш. — Они пришли сражаться ради нее!
Герард взглянул на повозку с магами, поинтересовавшись про себя, сражается ли сейчас за Мину душа Маджере и насколько полумертвый чародей «обожает» ту, что ввергла его в подобное состояние. Соламниец хотел высказать свое мнение эльфу, но вовремя сдержался. Да и потом, Сильванеш все равно бы ему не поверил. Рыцарь молча отъехал в сторону.
Шум битвы и крики умирающих поднимались из зловещих сумерек, продолжавших сгущаться, и Герард вдруг почувствовал, что в мозгу у него тоже возник какой-то кровавый туман. Не в силах больше оставаться на месте, рыцарь решил скакать вниз, на помощь своим друзьям, чем бы это ему ни грозило и каким бы бесполезным ни казалось.
— Герард! — услышал он встревоженный голос Одилы.
— Ты не остановишь меня! — крикнул ей Герард сердито, но в то же мгновение туман у него в голове немного рассеялся и он увидел, что Одила и не пыталась остановить его — она пыталась его предупредить.
Четыре Рыцаря Тьмы обступили соламнийца со всех сторон.
Герард не знал, каким образом они догадались о его намерении, да и не хотел знать. Обрадовавшись неожиданно открывшейся ему возможности хотя бы таким образом поквитаться с врагом, он выхватил свой меч, однако первые же слова рыцарей повергли его в изумление.
— Уезжай, Герард, — обратился к нему один из них, которого звали Клорант. — Это не твоя битва. Мы не желаем тебе вреда.
— Это моя битва, мерзкие ублюдки… — начал было Герард и тут же осекся.
Он понял, что совершенно не интересовал нераканцев, — они не сводили своих горевших ненавистью глаз с молодого эльфийского короля. Герард вдруг вспомнил о гадких шутках и выкриках, которыми встретили Сильванеша в лагере. Он оглянулся: эльф был безоружен и абсолютно беззащитен против свирепой четверки.
— Судьба этого остроухого — не твое дело, Герард, — процедил Клорант сквозь зубы, и в его голосе послышалась явная угроза. — Так что езжай и не оглядывайся.
Соламнийцу стоило немалого труда подавить свою ярость и заставить себя рассуждать спокойно и рационально. О, с какой силой он проклинал сейчас Мину, насквозь видевшую его сердце!
— Эй, ребята, вы смотрите не в ту сторону, — громко сказал он и, пришпорив лошадь, как бы случайно вклинился между Клорантом и Сильванешем. — Сражение идет во-он там, позади вас.
— У тебя не будет неприятностей с Повелительницей, — пообещал Клорант, не обращая внимания на попытку Герарда загородить ему путь. — У нас есть план: мы скажем, что были атакованы вражеским патрулем. Нам удалось отбиться, но соламнийцы убили эльфа.
— Мы притащим сюда пару тел, — добавил другой. — А себе пустим немного крови — все должно выглядеть правдоподобно.
— Я бы сам с удовольствием пустил вам кровь, — хмуро сообщил Герард, — но надеюсь, что до этого дело не дойдет. Эльф не заслужил смерти. Он совершенно безобиден.
— Ничего подобного. Он опасен для Мины, — возразил Клорант. — Он пытался убить ее, когда мы были в Сильванести. Тогда Единый Бог спас ее, но в следующий раз этот урод может успеть довести свое дело до конца.
— Если он пытался убить Мину, пусть Мина с ним и разбирается, — рыкнул Герард.
— Она ничего не видит, ослепленная его притворной лестью, — ответил Клорант. — Мы должны защитить нашу Повелительницу от самой себя.
И тут до Герарда дошло: перед ним стоял еще один пылкий влюбленный. Да какое там один — все они были влюблены в Мину! Вот истинная причина, по которой они решили избавиться от Сильванеша.
— Дай мне меч. Я сам могу за себя постоять, — заявил эльфийский король, подъехав к Герарду и окинув его гордым и презрительным взглядом. — Я не нуждаюсь в твоей помощи.
«Глупый юнец! — со злостью подумал Герард. — Заткнись и предоставь это мне!» Вслух же он сказал:
— Я охраняю короля по приказу Мины. Я поклялся выполнить его, так же как и вы, и теперь не могу отступиться, ибо это запятнает мою честь. Вам никогда не доводилось слышать такое слово?
— Честь! — Клорант сплюнул на землю. — Ты говоришь как соламниец. Решай быстрее, Герард: либо ты уедешь и оставишь эльфа нам, либо мы используем твой труп, чтобы инсценировать нападение. О, не беспокойся за свою репутацию, — ухмыльнулся он. — Мы скажем Мине, что ты сражался до последней капли крови. Ничто не запятнает твою драгоценную честь.
Герард не стал ждать, пока нераканцы перейдут от слов к делу. Не дав Клоранту договорить, он устремился прямо на него.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
