Казалось бы, «причина несчастья» найдена. Однако появилось множество свидетельств очевидцев, наблюдавших катастрофу со стороны. Они-то и подвергли сомнению версию резонанса, ибо утверждали: солдаты шли не в ногу, да и лошади идти в ногу никак не могли. К тому же навстречу ехали извозчики, по тротуару брели прохожие. Словом, никакого слаженного хода не было, а значит, и резонанс не мог возникнуть. Но ведь мост упал – что за мистика такая?..
Горожане выдвигали свои версии. Молва вспомнила, что в одном из домов на Фонтанке проживала дочь скромного почтмейстера Мария. И, как на грех, влюбилась она в бравого вояку-красавца. Да только офицер обманул девицу: пообещал жениться, но слова не сдержал, польстившись на богатенькую. Ну а брошенную девушку его приятели по полку подняли на смех, прозвав Марией Египетской – то ли потому, что жила она у Египетского моста, то ли потому, что так звалась в Библии девица весьма легкого поведения.
И вот однажды обманутая Мария выглянула в окно и увидела: идет по мосту полк ее обидчика. И так у нее сердце разобрало, что выкрикнула она в гневе: «Чтоб вам, военным, провалиться!» И Бог услышал ее молитвы – в ту же секунду мост рухнул.
Возникла и иная версия обрушения. Вспомнили петербуржцы, что Египетский мост облицован блоками черного гранита, вынутыми из стенок рва Михайловского замка. Почему уж так вышло, за давностью лет не понять: может, нужного камня не нашли, а может, в строительной спешке что-то напутали, но только за пару недель до надвигавшейся церемонии официального открытия моста гранит для облицовки его был спешно доставлен из Михайловского замка, пользовавшегося в Петербурге дурной славой. Мало того что именно там был убит император Павел I, сами мрачные стены этого сооружения навевали на горожан ужас уже с первого дня его возведения. Поговаривали, что замок был построен по мистическому плану, насыщен мальтийской символикой. Шептались и о том, что гранит на постройку брали с мест древних капищ и потревожили прах старинных богов, которые и прокляли строительство. Вот и навлек черный гранит новую беду на Петербург.
Но была и самая таинственная версия обрушения Египетского моста – зловещее влияние сфинксов. Историки и оккультисты давно заметили, что мистическая культура Древнего Египта с ее культом загробного мира неожиданно, но властно прижилась в северном городе, традиционно именуемом городом-призраком. Мало того, что его Эрмитаж хранил множество древних артефактов, но прямо на пристани, напротив Академии художеств, стояли в петербургском тумане привезенные в 1832 году из Египта настоящие сфинксы, созданные еще во времена Аменхотепа III. Сразу же со времени их установки петербуржцы перестали прогуливаться в тех местах, замечая, что фигуры загадочно-мрачных существ смотрятся в вязком туманном петербургском воздухе мистически и даже как-то глумливо, будто зная нечто, им одним ведомое. Сфинксы глядят на окружающих свысока, презрительно и неприятно. Мистически настроенные горожане говорили, что негоже привозить в город-призрак еще и призрачные статуи, связанные с темными верованиями Древнего Египта и его мрачными тайнами. Неизвестно ведь, как они себя поведут! Может, вывезенные с привычных мест загадочные сфинксы станут мстить за то, что их лишили родины? Но реальность оказалась еще более непредсказуемой. Сфинксы сами организовали себе время. В 1834 году в Пулкове под Санкт-Петербургом началось строительство Пулковской обсерватории, и столица… поменяла часовой пояс. Так египетские сфинксы, совершив путешествие чуть не через половину земного шара, вновь оказались в привычном для них часовом поясе.
Однако по городу поползли слухи, что установка мрачных чудовищ не пройдет так просто, и в первую очередь грозно аукнется императору Николаю I, по чьему личному повелению сфинксы оказались в далеком заснеженном Петербурге. И когда Николай умер, горожане, крестясь, стали шептаться, что на самом-то деле император покончил с собой – не вынес позора за поражение в Крымской войне, презрения подданных и… злобы сфинксов, кои по его милости стали сиротами, прозябая в холодном туманном городе вместо их родной жаркой страны.
Когда же сына Николая, императора Александра II, настигла бомба народовольцев, горожане заметили, что египетские сфинксы торжествующе ухмылялись весь кровавый день. И стало понятно, что хоть каменные изваяния чудовищ и «украшали» город, но ненавидели его и крови были рады. Так что и в 1905 году никто особо не удивился очередной мести сфинксов. Правда, фигуры Египетского моста не могли похвастать древней «родословной» из самого Египта и были всего лишь «новоделами», созданными уже в петербургских мастерских, но все равно: сфинкс есть сфинкс – чудовище, загадывающее мистические загадки и даже, говорят, поющее в египетской пустыне песни ужаса.
И надо сказать, что Египетский мост тоже не молчал. Его даже называли Поющим. Поразительно охарактеризовала его «Петербургская газета» от 18 января 1901 года: «Поющий мост. Оказывается, и такой есть в Петербурге. Это Египетский. Он, как известно, цепной системы, и когда вы едете по нему, то его цепи издают самые разнообразные заунывные звуки и пение». Ну а за месяц до катастрофы, в рождественские дни 1904 года, петербуржцы стали замечать, что «заунывное пение» слышится все громче. Поэты и мистики тут же заявили, что «под звон цепей моста поют четыре сфинкса». И песня эта предвещает «ужасные событья». И вот сначала случилось Кровавое воскресенье, потом рухнул сам Египетский мост. Однако в начале 1905 года никто и не подозревал, что скоро события 9 и 20 января покажутся цветочками. И не рухнувший мост станет падать в пропасть, а вся страна, объятая революционным вихрем.
Впрочем, все обрушения когда-нибудь да заканчиваются. Закончились революции, отгремели войны. Между прочим, сфинксы пережили блокаду вместе со всем городом на Неве. После Великой Отечественной войны было разработано целых 17 вариантов возрождения Египетского моста. Победил проект инженера В. Демченко, архитекторов П. Арешева и В. Васильковского.
И вот мост возник заново – в своем классическом виде, но в новом инженерном решении и современных материалах. Строительство длилось два года (1954–1956). Старинных сфинксов отреставрировали, добавив к ним фонари-обелиски. Возродили иероглифы, орнаменты, цветы лотоса. Казалось бы, все устои – и моста, и окружающей его жизни – стали незыблемыми. Но в 1989 году на одного из сфинксов налетел автомобиль. На его капоте почему-то красовалась алая ленточка с серпом и молотом – гербом СССР. Люди не пострадали, но чугунный сфинкс от сильного удара рухнул в воду Фонтанки. Когда беднягу вытащили, он оказался сильно разбит. Мистики восприняли новую катастрофу как новый знак, предвещающий нечто зловещее. Долго ждать не пришлось – страна с серпом и молотом развалилась на части.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
