— Что ж, благодарю, магистр капитула, а, может быть, вы также хотите научить меня, как разбирать и смазывать лазган? — саркастично спросила женщина.
Астелан не принес извинений, а маркиза не стала их ждать. Мелиан подошел к магистру, как только женщина вышла.
— Иногда ее язык сочится ядом, магистр капитула. Вы не должны мириться с таким высокомерием.
— Мне нужна ее помощь. Пусть думает, что к ее мнению прислушиваются… пока… по крайней мере.
Мелиан наклонился поближе и заговорил более тихо.
— Простите, магистр капитула, но не могу не спросить об отсутствии Галедана.
— О… Хм… Магистр Темур сказал, что кое-кто, возможно, не согласится с нашими сегодняшними решениями. Я поговорил с Галеданом и решил, будет благоразумно, чтобы он… получил иные приказы.
— Жаль… Мне нравится Галедан.
— Уверен, довольно скоро он разделит нашу точку зрения. Пока же больше не говори с ним о своих тревогах. Пусть думает, что я успокоил их.
— Как пожелаете. Какие будут следующие приказы?
— Никаких, просто держи ухо востро.
— А вы, магистр капитула? Что вы собираетесь делать?
— Сосредоточение большого числа вооруженных легионеров так близко к Редеваку вызовет вопросы. Я должен организовать учения.
Астелан вынул пистолет и передернул затвор.
— Боевые, конечно.
Сцена 3
Крепость Альдурук
День
По готическому каменному коридору к покоям Лютера шагают шестеро вооруженных космодесантников. Вдалеке раздаются болтерные выстрелы, как внутри, так и снаружи крепости. Повсюду звучат сигналы тревоги.
То, что личные покои Лютера в цитадели Альдурука охраняло только пятеро легионеров, в то время как под его командованием их были десятки тысяч, видимо, свидетельствовало о растущем высокомерии великого магистра.
— Стойте! Не приближайтесь, — потребовал один из стражей.
Оказавшись лицом к лицу с тремя магистрами капитула и таким же числом ротных капитанов с обнаженными пистолетами и клинками, охрана вполне предсказуемо решила не вступать в бой. За исключением одного. Астелан отстраненно смотрел, как воин за пультом охраны извлекает меч.
Магистр капитула отстал, позволив Темуру выйти вперед.
— Старшие по званию приказывают тебе посторониться, — потребовал тот.
Воин перепрыгнул пульт и с криком «За Калибан и Орден!» нанес удар мечом в шею Темура.
Ветеран, имевший за спиной более сотни кампаний, с легкостью парировал удар и с той же непринужденность развернул клинок и приставил его к горлу легионера.
— Сдаешься?
Одновременно Неридес и другие командиры обезоружили остальных охранников. Отказавшийся подчиняться легионер зарычал и, отступив на шаг, ударил кулаком в грудь Темура.
Секунду спустя окутанный энергией меч магистра капитула пронзил грудь воина, осветив лицо синей аурой. На нем застыла маска боли и удивления.
Темур с выражением искреннего сожаления вырвал меч, позволив телу с грохотом рухнуть на пол.
Неридес и Астелан невозмутимо восприняли необходимость смерти космодесантника, но младшие капитаны побледнели, только сейчас осознав, что их переворот не должен был быть бескровным.
Это был переломный момент. Обратной дороги для них не было.
Астелан подошел к пульту охраны, в то время как остальные капитаны надевали на стражников электронаручники.
— Тревога не поднята, замки не заперты, — сообщил он.
Его пальцы заработали по клавиатуре и за спиной щелкнули открывающиеся засовы. Немедля ни секунды, Темур распахнул двойные двери.
Мятежники обыскали приемную и спальню, никого там не обнаружив, хотя доклады подтверждали, что Лютер в это время будет в своих покоях. Оставалась одна комната — святилище великого магистра этажом выше. Астелан поднимался по лестнице последним, держа наготове силовой клинок и болт-пистолет. Добравшись до цели, Темур без колебаний врезался плечом в деревянную панель, расколол косяк и сорвал дверь с петель.
Лютер стоял у высокого окна, глядя на юг поверх более низких галерей и башен Альдурука. Великий магистр был крупным мужчиной с широкими плечами и толстой шеей еще до проведенных апотекариями Легиона аугментаций. Кожа у него была сухой и морщинистой, на шее вздулись от напряжения искусственно улучшенные вены.
Великий магистр Ордена держал большую книгу в темно-красном кожаном переплете, на открытых страницах лежал в качестве закладки небольшой кинжал.
Он захлопнул книгу и невозмутимо повернулся. Со сдержанным выражением лица и поднятой бровью он взглянул на нарушителей его покоя.
— Что это за манера входить? Если бы вы попросили, я бы с радостью дал вам аудиенцию.
Темур не был расположен к шуткам Лютера и приставил болт-пистолет к голове великого магистра.
— Властью Императора человечества я обвиняю вас в захвате власти в Первом Легионе, неподчинении приказам вашего примарха и других преступлениях, которые будут установлены позже. Вы должны сдать оружие и отречься от власти над Калибаном и его войсками.
Взгляд Лютера остановился на стоявшем у двери Астелане.
— И ты, Мерир? Я считал тебя мудрее. Ты понимаешь, какую катастрофу собираешься устроить? Ты ведь не веришь в то, что этот фарс удастся?
— Я подумал, что у вас могли быть сомнения в моей искренности. Позвольте развеять их.
Астелан поставил маленький гололитический приемник на стол и включил вокс.
— Начинайте передачу.
Ему ответила леди Тилана.
— Связь установлена, магистр капитула. Готовы начать по вашей команде.
Гололит ожил, показывая остроконечную башню, которая поднималась ввысь на покрытых редким лесом холмах. Лютер пригляделся к зернистому изображению.
— Редевак? Астропатический комплекс? — догадался Лютер.
— Именно, — подтвердил Астелан.
Астелан отрегулировал изображение, чтобы показать главную долину, ведущую к башне. По холмам продвигались несколько тысяч легионеров, прикрываемые с флагов танками и шагоходами сил обороны. Даже в проецируемом сиянии гололита была отчетливо видно, что большинство космодесантников носили черные цвета изначальных терранских капитулов, но некоторые щеголяли темно-зелеными доспехами, которые указывали на их калибанское происхождение.
Лютер выпрямился с непроницаемым лицом.
— Понимаю, — сказал он.
— Еще нет. Смотрите дальше. Полковник маркиза, пожалуйста, приступайте к исполнению приказов. Они не могут быть отменены.
— Подтверждаю, магистр капитула. Все части на позициях. Приступаю немедленно. Будем надеяться, что это событие оставит о нас добрую память или же вовсе никакой.
Передовые подразделения мятежных космодесантников был почти на позиции, когда цепь ярких вспышек осветила полумрак под линией деревьев.
Мгновение спустя среди рядов воинов поднялись столбы взрывов, а по вокс-связи почти тут же раздались гулкие звуки разрывов. Бронемашины сопровождения резко остановились и навели башенные орудия на Темных Ангелов.
В облаках заревели реактивные двигатели, с рокотом показались новые танки, а из леса выбежали солдаты сил обороны. С ними был целый капитул космодесантников, над командным отделением развевалось знамя капитана Галедана. Ударные волны от поставленной танками и авиацией огневой завесы смешали ряды мятежников.
— Проклятье, что они вытворяют? — выкрикнул Темур.
Темур и другие офицеры-мятежники в святилище не отрывали глаз от изображения гололита. Взгляд Лютера метнулся к Астелану. В тот же миг великий магистр все понял.
Раскололась броня и зашипела плоть. Астелан первым ударом отсек руку Темура, в которой он держал пистолет. Лютер уже двигался к Неридесу, выставив перед собой кинжал. Меч Астелана рассек горло Темуру в тот самый момент, когда тот шокировано повернулся к магистру капитула. Третьим ударом Астелан пронзил грудь капитана Азрафала.
Лютер вонзил острие кинжала в левый глаз Неридесу. Вдавив клинок в глазницу по рукоять, великий магистр повалил космодесантника на пол.
В замкнутом пространстве помещения рев болтерных пистолетов оглушал. Астелан вздрогнул, получил попадание в левый наплечник. Магистр развернулся, и ответным выстрелом в упор свалил капитана Госсвина.
Капитан Орн отпрянул, вместо Астелана собираясь атаковать мечом не успевшего подняться великого магистра. Терранец, не колеблясь, двумя небрежными ударами отсек голову Орну.
В комнате воцарилась тишина. Вдали по-прежнему раздавались слабые звуки битвы.
Астелан бросил взгляд на гололит и увидел, как мятежники, окруженные частями Имперской Армии и братьями из Легиона и при подавляющей воздушной поддержке, сдаются Галедану и леди Тилане. Астелан не осуждал их.
