— Привет, кузен. Не сопротивляйся, скоро всё закончится.
Дрожащие глаза библиария медленно повернулись, чтобы взглянуть на другого воина.
— Нет…Ты…
Севатар схватил болт пистолет, прикреплённый к бедру Тёмного Ангела, и выстрелил ему промеж глаз. Обезглавленный труп так и остался стоять на месте, но он почувствовал вздох облегчения Альтани в своём разуме и бросил пистолет на палубу.
— Тебе не обязательно было его убивать, Яго.
— Нет, но такой расклад мне больше по душе.
— Я всё ещё могу помочь тебе сбежать на грузовом транспорте или буксире. Проведу тебя между кораблями мимо Макрейджа. Ты сможешь спрятаться на борту одного из боевых кораблей и подготовиться…
— Достаточно, малышка. Мне нужно знать лишь одну вещь.
Пока говорил, он снял цепной меч со спины ближайшего Тёмного Ангела.
— Что именно?
Пальцы Севатара обхватили рукоять потрёпанного клинка легионера. Он знал, что ему предстоит долгое и сложное путешествие по техническим коридорам корабля, и ему понадобится её помощь. Но это того стоит. Справедливость. Правосудие. Наказание.
— Просто скажи мне, где ты, Альтани. Я хочу послушать пение вашего хора.
Хор астропатов находился в процессе своей деятельности. Двадцать его членов были соединены в абсолютной гармонии под огромным серым усиленным куполом, который открывал захватывающий дух вид на звёзды. Обычно здесь царил покой. Внутри каждой из двадцати ритуально закрытой капсулы тоже всё было спокойно. Они были герметично закрыты, в них не проникал звук сирен снаружи, которые окрасили палубы в красный цвет. Астропаты спали, их разумы были соединены, готовые по приказу их повелителя пронзить бурлящий шторм, в тщетной попытке отправить послание на далёкую Терру. Только одна из них бодрствовала, но всё же не просыпалась. Её разум находился на самом краю безупречного психического оркестра. Она позволяла их голосам окутывать её и вплетала свой собственный в общую песню.
Снаружи, нарушитель вторгся в зал хора. Севатар двигался сквозь толпу испуганных рабов и слуг, никого не убивая. Они были невиновны. Они для него будто не существовали. Он остановился возле её капсулы. Он знал, что у него есть немного времени, и что каждый удар сердца, проведённый с ней будет потрачен впустую. Но всё же он остановился.
Она спала внутри. Девочка с покрытой синяками и ушибами кожей. Неровные пряди её волос скрывали пустые глазницы. Хотя она и была практически неподвижна в капсуле искусственного поддержания жизни, Севатар увидел, как дрожат её пальцы. Мягкие и нежные они никогда не касались оружия.
— Так вот как ты выглядишь.
Внутри капсулы девочка спала, хоть и могла проецировать свои мысли в его голову. Она не сказала о сотне шрамов, покрывающих его тело, или о неестественной черноте его глаз.
— Ты выглядишь уставшим, Яго.
Его ответом была кровожадная улыбка. Затем он ушёл.
Долг зовёт.
VI
Когда цепной меч врезался в капсулу хормейстера, из неё стаи вырываться струи сжатого воздуха и потоки охлаждающей жидкости. Содержащемуся в этой капсуле человеку с серыми волосами по имени Нимок было тридцать терранских лет. Выглядел он на пятьдесят, а здоровье у него было как у семидесятилетнего старика. Астра телепатия была непростым занятием. И чем лучше был разум, тем с большей скоростью он истощал физические ресурсы тела. Этот опустошённый человек закричал в слепой панике, когда его выдернули из его колыбели. Но даже ослабленного дезориентацией и ошеломлённого болью инстинкты не покинули его. Уверенным движением он потянулся к кнуту на бедре, но его там не было. В отличие от большинства астропатов глазницы смотрителя не были пустыми. На месте глаз была грубая бионика, которая щёлкала и скрежетала, когда пыталась перефокусироваться, чтобы получить искажённое изображение гиганта, которого он не знал, уставившегося на него чёрными глазами, которые он не узнавал, шепчущего на языке, которого он раньше не слышал.
— Я пришёл за тобой.
Смотритель Нимок после пробуждения смог выдавить из себя единственное слово. Он задал вопрос, который задали бы многие другие на его месте.
— За… За что?
Его первое слово так же было и последним. Севатар обмотал его шею его же кнутом, которым смотритель избивал младшего астропата до тех пор, пока её позвоночник не сломался. Яго Севатарион был искусным истязателем, хорошо знакомым с силой, которую надо приложить, чтобы убить человека любым способом, до которого смертный мог додуматься. Он душил смотрителя хора медленно, почти любя, едва напрягая мышцы, прилагая достаточно усилий, чтобы растянуть пытку, не сломав шею псайкеру.
Психическая сила смотрителя в отчаянии тщетно пыталась поразить разум Повелителя ночи, так же как его тонкие пальцы царапали неподдающуюся плоть Севатара. Его глаза вылезли из орбит, а цвет лица изменился от красного до фиолетовго, а затем стало синим. Его сопротивление ослабло, стало дёрганым, а затем и вовсе прекратилось. Севатар не отпускал. Ещё рано. Несмотря на все свои недостатки, он был ответственным человеком, когда дело касалось долга. Огромные украшенные двери, закрывшиеся, чтобы не допустить вторжения, наконец открылись, чтобы впустить группу облачённых в чёрные доспехи рыцарей. Тёмные Ангелы окружили его, нацелив на него болтеры. Севатар обратился к ним.
— Я справедливость!
Последним движением он сломал шею трупу и бросил его на палубу у своих босых ног.
— Я правосудие! Я наказание! И я… сдаюсь.
Он сидел один в кромешной темноте, прислушиваясь к медленному ритму собственного дыхания. Ощущение ясности охватило его и вместе с ним чувство концентрации, которое избегало его в последнее время. Теперь ему снились не мертвецы, но бесконечная ночь между мирами. Глубочайшая пустота, в которой тысячи угроз скрывались от света солнц. Владения ксеносов и монстров, изгнанных благодаря Великому крестовому походу, всё ещё нужно было уничтожить раз и навсегда. Настоящая угроза человечеству. Наконец он снова услышал голос девочки.
— Яго, ты всё ещё жив?
И во тьме своей камеры Севатар улыбнулся.
Гэв Торп
Раптор
Действующие лица:
Навар Хеф — лейтенант Легиона Гвардии Ворона
Нерока и Фосс — сержанты Легиона Гвардии Ворона
Девор, Кадиан Стайрус, Накаска, Калдар Сентокс, Карво, Неста, Таго — Рапторы
Арван Раноплет — вожак стаи Легиона Космических Волков
Сварад — легионер Космических Волков
Первоначальное сканирование показало, что жизни в поврежденном корабле было не больше, чем в трупе. Он медленно вращался вокруг своей длинной оси, дрейфуя к границам системы. Реактор — отключен, системы жизнеобеспечения — под угрозой того же. Основные жизненные показатели — отрицательные.
Навар Хеф неуклюже развернулся, громада его уродливого тела и удлиненных рук затрудняла движение в тесном пространстве корабельного мостика. Его броня представляла собой сочетание деталей устаревших доспехов модели II и III — изобретение технодесантников Гвардии Ворона, подогнанное под чрезвычайно мускулистую фигуру и позвоночник лейтенанта. Они даже приспособили для него шлем, снятый с неполного комплекта терминаторской брони. Шлем вызывал у него чувство клаустрофобии, и потому, когда воин не был в бою, висел на поясе.
Лейтенант Гвардии Ворона ввел команду и посмотрел на данные, поступающие с датчиков ”Бесстрашного”. Приспособленные под его когтистые руки перчатки простучали по панели управления. Хеф говорил с нарочитой осторожностью, дабы причинявшие ему страдания громоздкие клыки и язык не исказили его слова.
— Никаких боевых повреждений?
Его заместитель, сержант Нерока, был чистым, одним из первых рекрутов Рапторов, прежде чем проклятие мутации охватило новобранцев Гвардии Ворона. Между собой Рапторы называли таких незапятнанных воинов гладкими. Сержант отвернулся от навигационных и оружейных панелей и покачал головой в ответ на вопрос Хефа.
— Никаких шрамов на корпусе, никаких явных пробоин, остаточной радиации или кусков обшивки.
— Значит, абордаж, — сделал вывод лейтенант. — Нападавшие приблизились без единого выстрела, всё это время не опасаясь орудий обороняющихся. Должно быть, они были гораздо больше по размеру, и лучше защищены.
От консоли связи отозвался третий человек, находившийся в малом командном помещении.
— Передача идентификатора Легиона. Расшифровываю…
Тем, кто не знал его, Девор показался бы призраком, вырвавшимся из ночных кошмаров. Такой же грубый и неприятный на вид, как Хеф, он не имел кожи, его мышцы и кровеносные сосуды были выставлены напоказ. По его словам, это не причиняло ему боли, в отличие от клыков, проросших по обе стороны его челюстей. Что касается остального, то он носил обычную броню модели VI, ставшую почти исключительной чертой личного состава Рапторов.
