– Конечно, но при одном условии, Артуро: никаких иных чувств, кроме дружеских…
При воспоминании об этом разговоре в глазах Артуро загорался злорадный огонек: ну еще бы не дружеские чувства!
Он сообщил Ивон, что на днях уезжает в Париж. Ивон стала просить дядюшку взять ее с собой. У нее тоже найдутся дела в Париже, поскольку Хосе Игнасио отправляется в путешествие вместе с матерью. Д'Анхиле обещал подумать. Но мысли его были о другом: теперь Мария попадет в его сети! Он не остановится ни перед чем, не оплошает… И тут он услышал голос Ивон:
– Сильвия потеряла своего ребенка, дядя! Но может, это и к лучшему, ведь если появится Лорена Ривера и узнает, что Сильвия живет с ее Альберто, клянусь тебе, она ее убьет!..
Тем же вечером Артуро заглянул к Лорене и спросил о Сильвии. Она ответила, что понятия ни о чем не имеет. И тут Артуро увидел у нее на столике пистолет. Д'Анхиле разъярился не на шутку. Он не позволит ей провалить его планы, делая, что ей на ум взбредет. Он найдет на нее управу. Здесь он хозяин.
– Отвечай сейчас же! – рявкнул Артуро. – Ты была у той женщины, о которой говорила Ивон?
После некоторого замешательства Бетина – Лорена кивнула: отрицать было бесполезно, д'Анхиле рано или поздно узнает все равно.
– Была! У меня с ней кое-какие счеты… Но упала она с лестницы сама, клянусь! Я только чуть-чуть ее подтолкнула.
– Не играй моим терпением, Бетина! – ноздри Артуро раздувались от гнева. – Ты в моих руках! И приказываю здесь я! А ты подчиняешься. Ясно?
– Да, конечно! Извини! Ты совершенно прав, – смиренно опустила глаза Лорена, бросив робкий взгляд на д'Анхиле. – Ты приказываешь, я подчиняюсь…
Артуро не знал еще, что ровно час назад Лорена была на весьма отдаленном расстоянии от отеля, где ей приказали жить, запретив появляться в городе. Она побывала в доме Густаво дель Вильяра, который стал второй жертвой ее мести.
Как посмеялась она над этим аристократом, гордящимся своей голубой кровью! С каким наслаждением смотрела на его растерянное лицо, на старческие слезящиеся глаза. Как кричала на него в саду, куда он спустился подышать вечерней прохладой. В доме никого: Флоренсия ушла к приятельнице, Томас был занят чисткой водоема. Дон Густаво не узнавал ее, а она, называя его то папой, то папочкой, припоминала маленькие семейные тайны, известные только самым близким, и хохотала над его растерянностью, беспомощностью. Потом она все-таки сказала ему, что пришла свести с ним счеты. Она не забыла, как дон Густаво приходил к ней в тюрьму и как стал на сторону ублюдка Хосе Игнасио!.. Лорена ничего не забыла и ждет только подходящего момента, чтобы покончить со всеми ними раз и навсегда.
Дон Густаво сперва пытался приказать, потом просил, потом молил униженно, чтобы Лорена ушла и оставила семью дель Вильяр и семью Лопес в покое, но все было напрасно. С перекошенным от злобы лицом – новым своим лицом, но таким же злобным – и прежним, хрипловатым голосом, с наглой, развязной интонацией Лорена, топнув ногой, потребовала, чтобы дон Густаво встал на колени и просил прощения за то, что заставил ее страдать, был плохим отцом и бросил ее на произвол судьбы…
Старик повернулся к ней спиной, лицо его исказилось от глубочайшей муки. Неверными шагами двинулся он по дорожке к дому, но, не пройдя и пяти шагов, пошатнулся и упал…
Томас, наткнувшись на неподвижно распростертое тело дона Густаво, немедленно побежал звонить в клинику Альберто.
Когда Альберто рассказал о случившемся Сильвии, она заявила, что поедет к дону Густаво с ним вместе, одного его она не отпустит.
Сильвия испугалась. Еще так свежа была в памяти ее собственная трагедия, и вот следом – вторая. Третьей она допустить не могла. «Лорена, Лорена, Лорена…» – твердила Сильвия про себя. Свое горе она переживала одна, молча, не сетуя на судьбу. Доктор Валадес, дождавшись результатов анализов, сказал, что после несчастного случая она больше не сможет иметь детей… Сильвия знала, что теперь заплатила за все грехи, и на наказание не жаловалась.
Мария просыпалась по утрам с ощущением, что вот-вот у нее начнется новая жизнь. Какой она будет там, в Париже? Как пойдут дела в новом магазине? Понравятся ли ее модели?.. Вопросы были, ответов не было. Но даже если бы ответы были отрицательными, Мария все равно бы уехала. Конечно, часть ее души останется здесь, в Мехико, на ее фабрике, но фабрика в надежных и преданных руках Рейнальдо и Романа. За свое дело в Мексике Мария не беспокоилась.
Несчастный случай с доном Густаво, похоже, задержит ее отъезд. Очень жаль. Всего несколько дней назад Хосе Игнасио навещал дедушку, и тот чувствовал себя превосходно, был совершенно спокоен. А теперь лежит без сознания, состояние тяжелое. Все полагали причиной удара недавнюю смерть единственного сына. После сильного стресса реакция наступает с некоторым опозданием. Мария съездила в клинику, и доктор Валадес обнадежил ее, сказав, что дон Густаво вышел из состояния комы и жизненные функции понемногу приходят в норму.
И Флоренсия, и Альберто считали, что Марии с Хосе Игнасио незачем больше откладывать поездку в Париж. В скором времени дон Густаво сам позвонит им туда и сообщит, что совершенно здоров.
Вечеринка у Луиса пришлась совсем не ко времени, но Хосе Игнасио решил все-таки пойти на нее, так как был приглашен вместе с Исабель. Еще Луис пригласил Насарию и Ану; Ана очень редко выходила из дому, но Рита с Насарией уговорили ее пойти и повеселиться. Как жалел потом Хосе Игнасио, что привел туда Исабель!
Когда они пришли, вечеринка была уже в полном разгаре. Хосе Игнасио любовался тонким, прекрасным лицом Исабель, считая, что она здесь самая красивая. А Луису самой красивой казалась Насария. Не хуже выглядела и Ана, простодушно сиявшая в предвкушении праздника. Были тут и Паулина, и Педро, и вдруг совсем неожиданно появилась Ивон. Она сразу поняла, кто из девушек ее соперница, и вызывающе повела себя с Исабель. Педро увлек ее танцевать, но утихомирить не смог, Ивон так и сыпала колкостями.
Хосе Игнасио выразил свое недовольство Луису за то, что он пригласил невыносимую парочку. Но оказалось, что Ивон и Педро явились без приглашения. Хосе Игнасио пытался как-то смягчить грубые выходки Ивон, и только светское воспитание Исабель удержало ее от того, чтобы подняться и уйти, не дожидаясь конца вечеринки. А Педро приударил на глазах у всех за растерявшейся, смущенной Аной. Он то и дело приглашал ее танцевать и называл своей красавицей, спрашивал, верит ли она в любовь с первого взгляда. Узнав, что Хосе Игнасио уезжает с матерью в Париж, просил о свидании и обещал навестить ее, чтобы не скучала. Ана очень смущалась, но внимание Педро было ей все-таки очень приятно.
