"Ого-го-го, вот она, сила D-кап!" - радостно загорланил внутренний голос.
"Пошел в жопу", - ответил я, с трудом пытаясь вздохнуть.
Наконец, треск и звон начали стихать, сменившись шорохом осыпающейся с башни стеклянной крошки. Я попытался освободиться, но сделать это было не так-то просто - испуганная отличница изо всех сил сопротивлялась моим попыткам выпрямить ее, нажимая затылком снизу-вверх, или хотя бы выдернуть голову из мягкой и жаркой ловушки. Неловко пошарив руками снаружи, я задушено промычал:
- Весна?.. Вы не позволите... хотя бы вздохнуть?..
- Ой-ёй-ёй!.. - внезапно придя в себя и осознав всю пикантность ситуации, она торопливо выпрямилась, стукнулась затылком о стенку башни, снова схватилась за голову. Из глаз брызнули слезы.
- П-п-простите!.. Я... я не нарочно!
Уха-а-а! Кислород! Наконец-то получив возможность вдохнуть полной грудью, я секунду наслаждался. Потом встрепенулся и торопливо попятился в свое отделение.
- Принцесса! Она же снаружи...
Крышка люка захрустела по насыпавшейся на лобовой лист стеклянной крошке, похожей на морозный иней, когда я выскочил на лобовой лист. Спрыгнув на стальной настил эстакады, я упал на четвереньки и сунулся под грязное днище.
- Ваше высочество!..
Принцесса свернулась калачиком, подогнув колени к подбородку и закрыв голову руками. К счастью, бронированные фальшборты, прикрывающие пружины и рычаги подвески, надежно защитили ее со стороны бортов, но те куски стеклянной крыши, что разбрызгались о настил по носу и корме, засыпали хрустящей шрапнелью даже пространство между гусениц.
- Принцесса! Вы меня слышите?.. Отзовитесь, ваше высочество!
Черт, мы-то отсиделись за броней, но что же творилось снаружи?! Грегорику спасла только быстрая реакция - судя по тому, как был изрезан и разлохмачен бахромой закрепленный на корме брезент, и какие царапины покрывали краску, которой был снаружи выкрашен корпус и башни, внешние световые панели были набраны из незакаленного стекла толщиной не менее полудюйма. Неудивительно, что падающие с высоты в двести ярдов острые и тяжелые осколки превратились в смертоносное оружие.
- Вас оглушило? Эй, принцесса!
Приподняв голову, она с опаской огляделась, потом ловко перекатилась прямо по усыпавшим настил мелким осколкам, выбравшись из-под днища. К счастью, кроме нескольких царапин на бедре и лодыжке, ранений не было видно.
- Госпожа, вас не порезало? - воскликнула мгновенно оказавшаяся рядом со мной Брунгильда, тоже бросившая свой пост у артиллерийского прицела.
- Н-ничего страшного... - с легкой запинкой отозвалась принцесса, отряхивая платье от осколков.
- Но вы же в крови!
- Чепуха! - Грегорика решительно выпрямилась, и ее глаза вспыхнули гневом: - Что вы делаете?! Нельзя останавливаться, иначе нас расстреляют! Быстрее, по местам!..
Брунгильда уже привычно дернулась, чтобы выполнить приказ, но вдруг замерла, упрямо опустив голову.
- Разрешите мне, госпожа. Вы справитесь с орудием не хуже...
- Не говори глупостей!
- Но ведь я не попала...
- Если не попадешь ты, не попаду ни я, и никто из нас! - безаппеляционно заявила принцесса. - Ты же помнишь, да? "У каждого своя дорога".
Телохранительница помедлила еще полсекунды, потом молча запрыгнула на лобовую броню и скрылась в люке. Башня тут же с рокотом развернулась в сторону, откуда стреляли враги, хищно поводя коротким хоботом орудия.
Грегорика всмотрелась туда и резко обернулась ко мне.
- Вы чего-то ждете? Двигаемся дальше, скорее!
- Но... как же вы без защиты? А если снова шарахнут по стеклам?
- Есть другие варианты? - нахмурилась она. - Впереди еще пятьдесят ярдов узкого пандуса, и если вы ошибетесь, оставшись без ориентира, танк сорвется, и все мы погибнем. За рычаги, господин Немирович, и не заставляйте меня повторять трижды!
Не подчиниться было попросту невозможно. Принцесса не собиралась прятаться под броню, не проведя танк до платформы, где можно безопасно маневрировать, и заставить ее отказаться от этой затеи были не в силах ни Брунгильда, ни, тем более, кто-то другой. Беспомощно махнув рукой, я нырнул в водительский люк.
Хрустя стеклом, Грегорика четко отсемафорила - "правее" - и торопливо попятилась по протянувшемуся над пустотой пути. Она была права - медлить было нельзя. Пока враги стреляли с кольцевого фундамента, причем угол снижения орудия явно не давал возможности попасть в нас - эстакада находилась примерно в 15 ярдах ниже основания ячей со стеклянными панелями - и точно прицелиться было невозможно. Но на эстакаде мы окажемся как на ладони, если они найдут более удобное место...
Словно на иголках, я провел танк еще ярдов тридцать, пока гусеницы не залязгали по листам дырчатого металла, покрывающим широкую платформу. Справа поблескивал водой поднятый вровень с ней цилиндрический бассейн, в который с шумом падала струя воды из проходящей выше толстой трубы. Вспененные струи переливались через край бассейна, уходя по смонтированному на пару ярдов ниже уровня платформы широкому желобу куда-то к противоположной стороне купола.
Грегорика бестрепетно шагнула на край платформы, всмотрелась вниз и указала мне начало новой узкой рельсовой эстакады, идущей сначала параллельно желобу, но потом поворачивающей правее. Притормозив одну гусеницу, я начал наводить танк, чтобы точно попасть на нее, когда внезапно донесшийся справа металлический грохот заставил сердце замереть. Витающая в воздухе водяная пыль вспыхнула в ослепительном луче прожектора, полоснувшем по платформе.
- Берегись!.. - закричала в наушниках Брунгильда, но я и сам уже высунулся из будки, отчаянно вывернув голову вправо.
Случилось именно то, чего мы боялись. Разбойничий Т-35 выбил внешние ворота, и оказался на широком пандусе, ведущем к центру купола. Лучи поисковых прожекторов, смонтированных на центральной башне и малых артиллерийских башенках, пометались в темном внутреннем пространстве геодезика и скрестились на нас.
Здесь, на висящей над пустотой открытой платформе, когда нас разделяло не более двухсот ярдов, спасения не было. Еще пара секунд, и вражеские наводчики сориентируются, поймают нас в перекрестья и изрешетят бронебойными снарядами.
Над головой загудели ролики - это Брунгильда пыталась развернуть башню. Надежда, что она успеет выстрелить первой, была очень слабой, и я инстинктивно сжался, ожидая дождя раскаленных осколков, когда взгляд упал на фигурку принцессы.
- Золтан!!! Сюда!.. - взмахнув руками, чтобы привлечь мое внимание, она вдруг шагнула за край платформы и мгновенно исчезла из вида. Самоубийство?! Не... не может быть!.. Нет, постойте... она звала меня за собой! Представить, что ее решительное высочество сдалась так быстро... нет, этого просто не могло быть. Значит...
