- Золтан!!! Сюда!.. - взмахнув руками, чтобы привлечь мое внимание, она вдруг шагнула за край платформы и мгновенно исчезла из вида. Самоубийство?! Не... не может быть!.. Нет, постойте... она звала меня за собой! Представить, что ее решительное высочество сдалась так быстро... нет, этого просто не могло быть. Значит...
Больше не раздумывая, я довернул танк, нацеливая носом точно туда, где только что стояла тоненькая фигурка, бросил педаль главного фрикциона и что было сил вдавил акселератор.
Взревев двигателем, танк прыгнул вперед. Пять ярдов позволили набрать некоторую скорость, поэтому машина не перевалилась через край платформы, но слетела с нее, как с трамплина... прямо в широкий водяной желоб с невысокими бортами! Лязгнули зубы, громыхнули балансиры подвески, ударившись в ограничители, вода фонтанами брызнула в стороны, окатив Грегорику, которая ожидала нас чуть дальше, стоя по щиколотку в пенистом потоке.
Уступ высотой немного больше человеческого роста, с которого мы спрыгнули, высился позади, прикрыв от врага. Выпущенный разбойниками залп просвистел выше, один из снарядов высек ослепительные искры из следующей эстакады.
- Госпожа!..
Брунгильда еще не успела договорить, когда принцесса запрыгнула на лобовой лист и крикнула:
- Вперед! Видите платформу?!
Вместо ответа я врубил вторую передачу, за ней третью.
Разбрызгивая воду гусеницами, танк помчался по широкому желобу, который ярдов через пятьдесят заканчивался на следующей платформе. Поток с шумом и плеском уходил в решетчатый слив куда-то вниз, а по бокам громоздились массивные цилиндрические баки, к которым сверху опускались многочисленные трубопроводы. Где-то над головой шарили лучи прожекторов - но разбойники на некоторое время потеряли нас из вида. Грегорика схватилась за поручень на главной башне и выпрямилась, напряженно вглядываясь назад.
- Принцесса, прячьтесь под броню! - заорал я, перекрикивая рев двигателя, лязг гусениц и плеск. Она крикнула в ответ:
- Они приближаются! Скоро снова нас заметят!
- Госпожа, внутрь!!!
Возможно, помог именно сердитый выкрик Брунгильды, но Грегорика быстро нырнула в люк левой пулеметной башни. И как нельзя вовремя - буквально в следующую секунду громыхнул выстрел нашего башенного орудия, и одновременно по правому борту ударило так тяжело и оглушительно, что весь многотонный корпус танка завибрировал и застонал.
В нас опять попали! Испуганный вскрик Весны прервался кашлем, тонко пискнула Ромика. Я не успел опомниться, как сзади поползли струи серого дыма. В горле запершило, глаза заслезились, но, что самое страшное - я больше ничего не видел. А ведь танк разогнался до двадцати миль в час по узкому желобу над пропастью, глубину которой мы так и не смогли измерить. Одно неловкое движение, и мы рухнем вниз!
Сдерживая кашель, и изо всех сил вытянув шею, я подался вперед, высунувшись насколько возможно из водительской дверцы. К счастью, где-то наверху громыхнул открываемый люк, и напор встречного ветра загнал дым обратно в боевое отделение - я снова мог видеть дорогу.
Что же все это значит? Мы горим? Танк подбит?..
Но дизель продолжал реветь без перебоев, ровно и мощно толкая танк вперед, а в наушниках отдался напряженный голос Брунгильды, в котором, тем не менее, не чувствовалось страха:
- Немирович, не останавливаться! Вперед!
- Да! Но что там с танком? Пожар?..
Телохранительница не успела ответить, как на спинку водительского сиденья сзади налетела Грегорика, подталкивая перед собой зажмурившуюся девочку. Они обе просунулись по бокам от меня к дверце, отчаянно кашляя, и глотая свежий воздух - но, к счастью, ни ран, ни ожогов на них не было.
- Я закрыла... откуда дым...
- Что?.. Что закрыли, ваше высочество?
Серая завеса начал редеть, отступая внутрь боевого отделения - сквозняк гнал дым наружу через башню. Чуть отдышавшись и разгоняя дым ладонью, принцесса объяснила:
- Я услышала, как что-то шипит. Там такое отверстие в стенке, и оттуда вылетела струя горячего дыма! Но сбоку нашлась овальная крышка, и когда я ее задвинула, дым перестал идти...
- Овальная крышка? А-а-а, это же люк к прибору дымопуска! На полке снаружи стоит бронированная коробка, а внутри дымогенератор, чтобы ставить дымзавесу и прикрывать танк!
- Но почему он задымил, да еще внутрь?
- Наверное... наверное, снаряд пробил ящик и разбил прибор, вот и дымзавеса. Черт, я уж думал, нам конец!
- Дымовая завеса - это ведь то, что нам нужно!
Грегорика стремительно проскользнула в левую пулеметную башенку и выглянула наружу через люк.
- Хорошо дымит, успеем проскочить? - крикнул я, изо всех сил давя на педаль акселератора. - Смотрите, кажется там за платформой новый пандус, ведет вниз! До стенки купола уже совсем близко, наверное, там выход!
- Подождите... дым уносит в сторону!.. От ящика почти ничего не осталось, какие-то куски еще дымятся над гусеницей, но очень слабо!
- К орудию! - вмешалась Брунгильда через танкофон, и почти сразу же громыхнул выстрел нашей пушки. Принцесса кинулась мимо замешкавшейся Весны в башню, лязгнул открываемый затвор.
- Да! - с хищной радостью воскликнула Брунгильда.
- Попала?.. - надежда заставила мой голос прозвучать хрипло, и я даже чуть-чуть сбросил скорость, стараясь расслышать ответ. - Правда попала?! Куда? И что он?..
Телохранительница помедлила, и с досадой бросила:
- Черт, все равно едет... но я же попала...
- Я тоже вижу, вон она, пробоина в боку, - подтвердила Грегорика. - А, танк остановился!!! Пятится назад...
- Нет, они целятся! Немирович, уклоняйся!!! - крикнула Брунгильда.
- Мать мою за ногу!.. - я изо всех сил вдавил в пол педаль газа. Дизель взревел, выходя на закритические обороты и чуть не обрывая шатуны. Танк задрал нос и прыгнул вперед, разбрызгивая воду.
Дымовой завесы из разбитого прибора не получилось, и мы остались как на ладони у вражеских наводчиков, которым больше не мешало движение собственной машины. Оставалось уповать только на то, что попасть в движущуюся мишень не так-то просто... и на то, что до следующей платформы осталось всего ярдов пятнадцать. Пригнувшись и инстинктивно сжав мускулы в ожидании нового удара в спину, я давил и давил на газ, пока танк не пролетел над решеткой, куда уходила вода. Справа оказалась группа высоких металлических баков, расположенных на дисковидной платформе, тоже повисшей над пустотой на уходящей куда-то в темные подкупольные глубины решетчатой ферме-подпорке. Впереди открылся следующий пандус, ведущий наискось и ниже, примерно туда, куда мы и собирались сбежать, но продолжать движение по открытому месту было бы самоубийством. Рванув назад рычаги фрикционов, я зажал правый тормоз, заставив танк резко повернуть на 90 градусов вправо, соскочить на платформу и пойти юзом. Гусеницы завизжали по дырчатому стальному настилу, рассыпая искры. Поперечник платформы составлял всего дюжину ярдов, и возникла реальная опасность не успеть затормозить и с разгона упасть в пропасть. Еще одна манипуляция тормозом, и занос продолжился, едва не кончившись кувырком через левый борт. Правая гусеница - не слетевшая поистине чудом! - приподнялась над настилом, но танк лишь качнулся, плюхнулся обратно обеими гусеницами и замер, раскачиваясь на рессорах и развернувшись на 180 градусов, обратно в ту сторону, откуда мы двигались. В следующую секунду вразнобой громыхнули вражеские орудия, и один из снарядов заставил застонать и завибрировать высокий бак, оказавшийся прямо у меня перед носом.
