– Я предлагал, но она не захотела. Она сказала, что научилась плавать, когда еще была ребенком. А если ураган унесет ее имущество, то она вернет его себе другим путем. – Он покачал головой и добавил: – Будем надеяться на лучшее.
Элизабет хотела было поделиться с ним своими переживаниями, но прикусила губу, не желая нагружать проблемами ни Дункана, ни кого-либо другого из их окружения ввиду таких ужасных перспектив. Она боялась за Жемчужину, причем так сильно, что ей больше всего хотелось бегом вернуться назад, чтобы забрать ее. В голову пришла мысль, что она уже когда-то пережила такой страх из-за лошади во время шторма – когда они плыли через океан. В тот день ей помог Гарольд. Он побеспокоился о ней и о Жемчужине и позаботился о том, чтобы они были в безопасности. Неужели он уже тогда планировал заполучить ее для себя?
Дикий ужас охватил Элизабет, когда она слушала обвинения Силии, и ей до сих пор не верилось, что все эти убийства совершил Гарольд. Ее трясло от страха, когда она вспоминала о нем, а то, что Гарольд, как и раньше, находился на свободе, лишь все ухудшало. Но что сейчас было на душе у Анны! Элизабет еще раз пожала руку Дункану, затем быстро встала, чтобы посмотреть, как дела у ее подруги и у Деирдре. Анна, вытянувшись, лежала на скамейке, и ее лицо даже во сне было искажено от страха. Деирдре опустила голову на колени и, прижавшись к ним щекой, качалась взад-вперед, словно хотела успокоить саму себя. Глаза ее были закрыты. Когда Элизабет подошла к ней и ласково погладила ее по волосам, она подняла голову:
– Леди Элизабет! – Будучи воспитанной, девушка из вежливости хотела встать, однако Элизабет жестом велела ей сидеть.
– Оставь это. Сиди. Ты теперь свободная женщина и, как служанка, не принадлежишь никому. Я нашла твой долговой контракт в документах мистера Данмора и порвала его. Я дам тебе золота, так что ты без всяких забот можешь вернуться домой.
– Я не знаю, хочу ли я возвращаться домой. – У Деирдре был смущенный вид. – Может быть, я лучше останусь здесь.
– С мистером Фитцжеральдом?
– С пастором Фитцжеральдом. – Теперь смущение Деирдре можно было буквально пощупать руками.
– А где же он сейчас?
Деирдре озабоченно пожала плечами:
– Я не знаю. В лесу я его больше не видела, поэтому надеялась найти его здесь, в Бриджтауне. Я боюсь, что пастора могли схватить и посадить в тюрьму.
– Если это так, то я сделаю все, чтобы его выпустили, – пообещала Элизабет. И, поколебавшись, добавила: – Есть еще одна возможность, Деирдре. Вы вдвоем можете присоединиться к нам. Мы хотим начать новую жизнь где-нибудь в другом месте, и вы – тоже. Как свободные люди!
Сомнение на лице Деирдре превратилось в робкую надежду:
– О, миледи, это было бы… Я благодарю вас!
Анна проснулась и с тихим стоном выпрямилась. Элизабет села рядом с ней и обняла ее за плечи:
– Анна, дорогая. Мне ужасно жаль, что с тобой произошло такое!
Анна молча кивнула. Температура, вызванная укусом змеи, исчезла, однако Анна совершенно обессилела от тяжелых событий последних дней. Вынужденный пеший поход в несколько миль, который она заставила себя совершить после короткой и беспокойной ночи в пещере, чтобы искать в Бриджтауне своего брата и привлечь Гарольда к ответственности, забрал у нее все силы. Элизабет, крепко прижав ее к себе, сказала:
– Его найдут и будут судить за это!
Анна подняла голову:
– Ты слышишь?
– Что?
– Ураган прекратился! – На лице Анны отразилась дикая надежда: – Я наконец-то могу идти на поиски Уильяма! – Она с трудом встала и быстро пошла к воротам, чтобы открыть их.
Элизабет прислушалась. И действительно, шум ветра утих. Облегченно вздохнув, она повернулась к Дункану, который бессильно сидел на скамейке и держался за раненую руку.
– Все закончилось! – воскликнула Элизабет.
Внезапно раздался голос Силии:
– Нет! Вам нельзя выходить на улицу! Это только глаз!
– Что? – Элизабет, ничего не понимая, повернулась к Силии.
– Мы находимся в так называемом «глазу урагана», – поддержал мулатку Дункан. – Ураган сейчас находится прямо над нами. Эта тишина обманчива. Пройдет немного времени, и скоро все может начаться заново.
На Анну это не произвело никакого впечатления. Она толчком распахнула ворота и хотела выскочить наружу, однако затем медленно отступила назад, в ужасе вытянув руки вперед, словно пытаясь закрыться ими.
– Наконец-то ты мне попалась! – С этими словами Гарольд Данмор торжественно вошел в церковь, будто приглашенный гость.
Ему тоже досталось от урагана: на лице виднелись ссадины, черный камзол во многих местах был порван. С дико торчащими черными волосами Данмор походил на огромную растрепанную хищную птицу во время охоты.
И он действительно явился сюда, потому что хотел убивать. Он выхватил огромный нож, на блестящем лезвии которого отразился свет стоявшей у алтаря свечи. Анна, спотыкаясь, медленно пятилась. Через пару шагов она споткнулась и упала на пол. Опустившись возле перепуганной женщины на колени, он крепко схватил ее одной рукой, а другой широко размахнулся, чтобы вонзить в нее нож.
Дункан сразу же вскочил со скамейки и бросился вперед, едва только появился Гарольд, однако он двигался недостаточно быстро. И даже если бы он успел вовремя подбежать к Гарольду, то со своей беспомощной правой рукой не смог бы по-настоящему противостоять Гарольду, тем более что на нем не было пояса с оружием. Элизабет шагнула в сторону, потому что Дункан загораживал ей поле зрения. Она не предполагала и не могла ожидать, что Гарольд последует за ними во время урагана и найдет их здесь, однако в этот решающий момент не раздумывала ни секунды, а действовала хладнокровно и взвешенно, как ее учил Дункан. Выжить может только победитель.
Она целилась недолго, на это не осталось времени. Выстрел прогремел в тот же момент, как опустился нож. Пуля попала Гарольду в живот и отбросила его назад. Нож с лязгом упал на пол. Гарольд повалился на спину, но уже в следующий миг попытался перевернуться и схватить нож. Силия быстро подскочила к нему и на долю секунды раньше успела схватить оружие. Он со стоном снова упал на спину и уставился на нее неподвижным взглядом.
– Ведьма, – зло пробормотал он. – Будь ты проклята.
– Я уже и так давно проклята, отец. Мы оба прокляты.
Она опустилась рядом с ним на колено, обеими руками высоко подняла нож над головой и с силой опустила лезвие. Затем она отпрянула назад и в ужасе застыла. Рукоять ножа торчала из груди Данмора, словно восклицательный знак. Он захрипел и попытался поднять руку и еще что-то сказать, однако затем затих и лежал неподвижно.
