Вечером прибыл Урза с дополнительным подкреплением и отрядами механиков — в помощь тем, что уже корпели над ордами машин. Аргивяне одержали блестящую победу и практически полностью уничтожили эльфийскую армию, но и они понесли тяжелые потери.
И тут прибыл гонец. Вести были хуже некуда — в пяти днях марша от места сражения разведчики обнаружили войска Мишры. Кадир медленно, но верно приближался к ним.
Тавнос предложил отойти назад, ближе к берегу, где они окажутся под защитой возведенных там фортов, но Урза не желал даже слышать об этом.
— Снять все войска со всех укреплений, расположенных в пяти днях хода, — велел он. — Мы примем бой здесь.
— Наши войска устали и понесли потери, — возразил Тавнос.
— Да, мы понесли потери, и многие машины повреждены, но механизмы не ведают усталости, — сказал Урза. — У нас достаточно времени, чтобы эвакуировать всех, кто не должен принимать участие в битве. Лучше мы будем выбирать место и время последнего сражения, а не наши враги.
Тавнос внимательно посмотрел на Урзу и понял, что Харбин был прав. Урза, несмотря ни на что, принял решение сразиться со своим братом. Он решил, что конец всему будет положен здесь и сейчас, невзирая на результат исхода.
Прибыл человек с письмом для Тавноса. Разведчик не сказал, как он получил привезенный свиток, но по почерку Тавнос сразу понял, кто его послал.
— Что-то важное? — спросил Урза. — Может, это от Харбина?
— Письмо от одного старого приятеля, — сказал Тавнос, криво улыбаясь. Урза уже занялся картами местности, так что он просто кивнул. Тавнос положил свиток в карман, и Урза больше не вспоминал о нем.
Тавнос сказал:
— Если им нужно пять дней, чтобы дойти сюда, то атакуют они на шестой. Это будет последний день года. Если мы победим, то с нового года в Терисиаре воцарится мир.
— Последний день года, — тихо произнес Урза. — Тот самый день, когда мы равны.
— Что? — переспросил Тавнос Урза покачал головой:
— Так, одно воспоминание. В старости только это и остается — вспоминать и сожалеть.
В Койлосе демон по имени Джикс услышал песнопения своих монахов. Это был знак, что ему пора отправляться к ним, на Аргот.
Все шло хорошо. Один из братьев был ранен, второй на всех парах летел ему навстречу. Тот, кто выживет в последней битве, будет изможден до невозможности и не сможет защитить себя. Ни тот ни другой не были готовы к сюрпризу, который приготовил им Джикс.
Демон улыбнулся, завидев, как рядом с ним в воздухе возникла маленькая светящаяся точка. Она начала расширяться и через некоторое время превратилась в диск, лужицу света, поставленную вертикально. Запахло дымом, раздался скрежет шестеренок.
Джикс огляделся, обозрел свои пещерные владения, разбросанные детали сломанных су-чи. Скоро он вернется сюда победителем.
Он бросил взгляд на свои человеческие глаза — на несчастную монахиню, у которой не прижились новые механические ноги. Она взмолилась — только взглядом, потому что больше не могла говорить.
Светящийся диск почти достиг нужных размеров, и у Джикса оставалось очень мало времени. Он подошел к телу, лежащему подле его трона, и взял монахиню за голову. Его когти пронзили череп женщины и вонзились прямо в мозг.
Джикс подсоединил к себе каждый синапс в мозгу женщины и мгновенно наполнил священным огнем каждую клеточку ее сознания. Женщину свело судорогой, она задергалась в его руках и через несколько мгновений затихла. Демон отпустил ее, и тело сползло на пол, словно марионетка, у которой неожиданно отрезали ниточки.
Джикс заметил, что на ее зашитых губах застыла улыбка. Улыбнувшись ей в ответ, он шагнул в светящийся диск. За этим светом его ждала последняя битва между братьями.
Глава 33
Тавнос и Ашнод
Сражение началось еще до рассвета, едва посветлело ночное, покрытое тучами небо. Дожившие до этого дня механики обеих армий привели в готовность машины уничтожения, и звук запущенных двигателей послужил общим сигналом побудки. Звук становится все громче — по мере того как все большее число крыльев начинало бить по воздуху, все больше гусениц приходило в движение, все больше гаек закручивалось на механических ногах.
И с первыми лучами восходящего солнца вперед двинулись механические драконы, выстроившиеся в клин и целившие в центр аргивского строя. За ними неуклюже переваливались отряды мутантов и фалладжи, одетых в изобретенные Ашнод доспехи с шипами. Последними двигались наводящие ужас машины, переворачивавшие самую землю вверх дном, и боевые платформы, закрывавшие фланги. Над клином, издавая боевые кличи и изрыгая в утреннее небо струи пламени, летели около дюжины крылатых механических драконов.
Урза предвидел, что его брат решится на лобовую атаку, рассчитывая, что после битвы с арготийцами аргивяне будут ослаблены. Поэтому он разместил все передвижные крепости Тавноса — трискелионы — в центре строя, в качестве поддержки поставив рядом боевые машины своего собственного изобретения. Остальные войска были разбиты на небольшие отряды — глиняные люди, мстители и стражи. Глиняные машины, способные изменять форму, прикрывали фланги. Небо заполонили рои орнитоптеров и орнибомбардировщиков под защитой тетравусов и механических птиц, которые летели прямо на летающих механических драконов врага.
Армии сошлись, и воздух наполнился грохотом крошащегося металла. На земле механические драконы внедрились в ряды трискелионов, поливая их жидким огнем и ударами лап, но передвижные крепости отказывались сдаваться. Боевые машины Урзы бросались чудовищам под гусеницы, замедляя их ход, а с боков к ним подходили орды мстителей и глиняных людей — они пробивали их защитные пластины, добирались до скрытых в их недрах двигателей и уничтожали их.
Механические драконы заскрежетали, и на фланги армии Урзы обрушились удары мутантов. Обновленные солдаты-зомби знали, как нужно обращаться с глиняными машинами — обдирать глину с каркаса, но новые модели Урзы, умевшие изменять форму, были слишком массивными и слишком умными по сравнению с превращенными в зомби людьми и эльфами. Старая кровь и новое машинное масло заливали сражающихся с ног до головы.
В небе механические птицы пикировали на механических драконов, выискивая в их корпусе слабые места, чтобы пробить дыры, в которые проникали следующие за ними птицы, несшие взрывчатку. То и дело раздавался страшный грохот и скрежет, когда орнитоптер или механический дракон, потеряв существенную часть конструкции, терял высоту и падал. Между тем на земле гигантские собратья воздушных драконов пришли в исступление и принялись расшвыривать неповоротливыми телами и друзей, и врагов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
