Паут осторожно сунул в паутину одну ногу. Она сразу же увязла в красной паутине. Паутина обхватила ногу до щиколотки, но дальше не стала подниматься. Затем он шагнул другой ногой. Та тоже покрылась акацией. Прикрыв глаза, Паут попытался высвободить ногу. Неохотно, с треском рвущихся паутин, она выходила из акации. Но всё же он освободился от удерживающих ногу паутин. По другой ноге акация начала подниматься выше щиколотки до икроножных мышц. Там где у него ноги перевязаны. Ещё не хватало чтобы акация выела лечащую биомазь. Он попытался высвободить эту ногу и не смог. Паутина крепко его удерживала.
Это всё. Конец. Финиш. Паут завяз в местной акации и не может двигаться. Он чувствовал как мелкие паутинки вырастают всё выше и ощупывают его тело, уже обследуют коленные чашечки, пробуют подняться выше.
Где-то он вычитал — учённые предполагают, что акации обладают интеллектом. Низкого уровня, но всё же интеллектом. Акации не видят, не слышат. Но они чувствуют. Ощупывая поверхности они ориентируются на местности. Так они запоминают свою дорогу и могут по ней вернуться домой — в свою ложбину. Они как и померяне боятся выходить на поверхность в жаркий ясный день. И пережидают жару где-то под землёй или в пещерах.
Ощупывая ноги Паута они узнали в нём человека. Паутины на ногах сразу же растворились, давая пройти человеку через себя. Он слышал от кого-то, что местные жители научились дружить с акацией. Они не уничтожают и не трогают акацию. А даже её частенько прикармливают минералами. И та, в благодарность, не трогает человека, если он оказался на её пути и пропускает через себя.
Это только что произошло с Паутом. Одиннадцатый долго не мог поверить, что акация специально для него расчищает дорогу и позволяет ему спокойно пройти. Лишь сделав несколько робких шагов, Паут понял, что акация действительно обладает интеллектом и не трогает его больше.
Он широкими шагами переступил акацию и оказался на другой стороне. Взглянув на шевелящуюся паутинку, он мысленно поблагодарил акацию и двинулся дальше. Всё ускоряясь и ускоряясь в направлении города.
Не смотря на светлый день, город ещё спал. Ему нужно восемь часов чтобы нормально отоспаться и пробудиться. А сутки здесь длятся всего-то 7 часов и 28 минут. Прошедшая тёмная ночь, которую он никогда не забудет длилась всего лишь 2 часа и 15 минут.
Сколько он потерял времени? 57 секунд. Сколько осталось до границы купола? 840 метров. Сколько он без воздуха? 8 минут и 23 секунды. Все эти цифры сидят в его голове и математический решатель выдаёт ответ — он не успеет. Он сможет продержаться без кислорода ещё 1 минуту и 40 секунд. Плюс-минус 5 секунд. Ему надо бежать на пределе. Но в таком случае он без воздуха продержится ещё меньше. Его организм не сможет выдерживать кислородное голодание и он начнёт жадными глотками втягивать в себя опасный углекислый газ. И задохнётся тут же.
Но он решил бежать на пределе. 400 метров. До спасения его отделяюсь всего 400 метров. Но организм уже требует кислорода. 'Где? Где я тебе его достану?! — вопрошался Паут. — Терпи. Потерпи немного…'. Осталось 300 метров. Нет, ему не достигнуть границы купола. Он упадёт на 120 метрах от него. Может спасатели? К чёрту! Какие здесь спасатели?! Никого не видно за границей купола. Ни одной живой души. Только хмурые серые здания и частные домики. Хмурая улица. Только бы не было ограждения у входа в купол! Паут присмотрелся. Нет. Ограждения нет. Открыто. Со светлой разметкой где заканчивается действие магнитного поля удерживающего кислород. Вот она граница уже видна! Там кислород. Ну же, ещё немного! 150 метров. Он на пределе. Случайно глотнул газ. С яростью выплюнул. Сердце бешено колотиться, требуя от лёгких срочно наполнить кислородом кровь. Организм не выдерживает нагрузок. Мышцы слабеют. Не помогает эшемер… К тому же, действие эшемера заканчивается. Он начинает чувствовать дикую боль в перетруженных мышцах и связках. Ноги подкашиваются. Он уже не бежит, а быстро перебирает ноги. Он не чувствует ног. 100 метров. Он не упал. Держится. Значит сможет. Десяток секунд осталось и Паут спасён. Давай же! — приказал себе Паут и, расходуя последние силы, прикрыв глаза, он рванул что есть и в последний миг прыгнул. Повалился на что-то упругое и жадно начал глотать воздух.
Да, это был воздух! Открыв глаза, он видел перед собой разграничительную черту. Она была в десяти метрах от него. Он так и не перебрался через неё… Но тут он вспомнил, что критическую черту делают для глупых померян на несколько метров раньше истинной границы. Для пущей безопасности.
Паута хватила отдышка. Он большими глотками брал воздух и не мог надышаться. Что это?! Он не может надышаться. Он задыхается! Его мышцы начинают болеть ещё сильней. Действие эшемера на исходе. Он умрёт. Он обязательно умрёт. После всех этих сверхнагрузок при действии эшемера… Это всё не совместимо с жизнью… Его организм не справиться с перегрузками, с многочисленной болью во всех мышцах, целых и повреждённых. Энергия костюма закончилась ещё час назад. Теперь он висел на нём бесполезной тряпкой.
Он закрыл глаза и провалился в чёрную бесконечную бездну…
Глава 4
— Держи.
Паут не успел открыть глаза и почувствовал как к его губам поднесли что-то влажное. Он распечатал засушенные губы и осторожно глотнул. Это был персиковый сок. Такой влажный, сочный, утоляющий страшную жажду внутри, которое жарким пламенем пожирало внутренности. Он прильнул губами к стакану крепче, вбирая в себя большими, наглыми глотками весь напиток.
Он попробовал приоткрыть глаза, однако увидел только размытые очертания полутёмного помещения. Увидел он рядом с собой размытую фигуру человека, который дал ему выпить. По голосу он определил, что это должна девушка 18 лет. Возможно чуть старше. Но форма человека в таком ракурсе не походила на девичью фигуру. И он начал сомневаться. Может это почудилось?
Сейчас он находился в каком-то странном помещении. Откуда-то сбоку шёл свет через затемнённое окно, или окно которое не протирали долгое время. А может это не окно? Может это слабый источник искусственного света, на котором здесь явно экономят. Вокруг было много странных вещей, функциональное назначение которых Паут не мог сразу определить и не мог сфокусироваться на них. Потолок был блеклым и осыпавшимся от многократных водных разводов или, опять же, покрашен так экономно. Видимо, его перенесли в это помещение с того места, где он упал и потерял сознание. Очень долго он не мог определить предназначение помещения. Даже когда глаза стали чётко различать его грани. Фигура человека сидела к нему спиной в сером плаще. Человек что-то перебирал на столе, время от времени шоркая огромными пыльными рукавами по небрежно скошенному краю стола.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
