— Ты куда нас завёл, а? — Аратарн схватился за секиру. — Куда ты привёл нас, предатель?!
— Погоди орать! — одёрнула спутника Лидаэль. — Хисс, любезный, ты ничего не перепутал?
— Нет, — вместо змеиного царя ответил Губитель, из-под руки вглядывавшийся в очертания замка. — Я чувствую в этом замке Силу. Силу Орды. Сомнений нет. Надо штурмовать.
— Штурмова-ать? — охнул Хисс, которому совершенно не улыбалось участвовать в каких бы то ни было баталиях.
— А что же, смотреть на него, что ли? — рявкнул Губитель. — Нужно сразу заставить их понять, с кем имеют дело! Лично я медлить не намерен.
— Погодите, погодите! — вмешалась Ярина. — Ну, страшно, ну, черно. И что из этого? Ты чувствуешь там Силу? — Она повернулась к Губителю. — Я тоже не слепая. И стоит сперва попытаться поговорить.
— Да о чём с ними говорить?! — мгновенно вспыхнул Аратарн. — Это ж Орды хозяева! В Лесном Пределе измыслили бы, что с ними делать… Чего медлить?
— А если мы ошиблись? — со вздохом, точно объясняя очевидное непонятливому ребёнку, произнесла Ярина. — Если тут вовсе не хозяин Орды? Что тогда?
— А кто мешает нам выяснить, хозяин он или нет? — вмешалась Лидаэль. — Возьмёмся все вместе. Если отсюда правят Ордой, неминуемо должны остаться хоть какие-то следы, ведь так?
Губитель и впрямь не стал ни медлить, ни ждать. Он принял излюбленную боевую форму — призрачного воина — и, вскинув над головой длинный, в рост человека, меч, зашагал к воротам, плывя над землёй, словно истинный дух.
— Лид, давай! — первым опомнился Аратарн. — Вместе, по воротам… Э-эх!
Не мудрствуя лукаво, сын Губителя послал вперед испытанное огненное копьё. Оно взорвалось ярко-оранжевой вспышкой, снопы искр взлетели до флюгеров; языки пламени опали, и стала видна груда оплавленных обломков на том месте, где только что высились крепкие ворота. Губитель ворвался в пролом, а навстречу ему уже мчались создания замка — хорошо знакомые всем твари Орды.
Губитель расхохотался — от его смеха Хисс бросился на землю, зажимая уши ладонями (большинство змей глухи, но Хисс являл собой исключение), — и в следующий миг в воротах закипела кровавая бойня. Ни у кого из защитников замка не было и единого шанса — они разлетались мелкими ошмётками измочаленной, изорванной плоти. Кровь щедро пропитывала сухую землю.
Огни в окнах тревожно замигали.
— Держись! — гаркнул Аратарн, но Ярина успела и без его предупреждения. Кроша в пыль камни, из-под земли потянулись стебли её зелёного щита, о который и разбился вырвавшийся откуда-то из-под крыши главной башни огненный шар.
Губитель тем временем очистил ворота и сражался уже где-то во дворе.
— Идём, идём туда! — Аратарн аж подпрыгивал на месте. — Он ведь один… Мой отец один там!
— Лучше, чем он, с этим делом никто не справится, — заметила Ярина. — Стой спокойно! Он подаст сигнал, когда всё кончится. А если обязательно хочешь помахать кулаками, прикрой его от магии замка.
Прикрывать действительно пришлось, потому что из окон башни вниз потянулись какие-то туманные нити явно зловещего вида. Аратарн и Лидаэль тотчас ударили по ним, вновь не рассчитали, и камень башенного фасада потёк вниз раскалёнными струями. Нити, правда, исчезли тоже.
И на этом, как ни странно, бой кончился. С Ордой расправился Губитель; одну-единственную попытку отпора на корню пресекли Лидаэль с Аратарном, а больше помешать им никто не осмелился.
Над стенами появилась гигантская призрачная фигура Губителя.
— Входите! Можно! — прогремел его голос. Все переглянулись.
— Что-то больно уж легко у нас всё это вышло, — пробормотал Двалин. — Клянусь поясом Родгара, нас должна ждать засада — иначе что это за Тёмный Властелин? Мы ворвались в его цитадель, словно подгулявшие гномы в кабак — играючи!
Осторожно, крадучись, они подобрались к воротам — вернее, к тому, что от них осталось. Последние десятка три футов пришлось идти по колено в растерзанных останках тварей Орды — Губитель потрудился на славу.
Лидаэли сделалось дурно, и она заявила, что через это не пойдёт даже под страхом немедленной казни. Ярина и Аратарн попытались было вразумить упрямицу, но Двалин придумал лучше. Подобравшись сбоку, кряжистый гном одним лёгким движением закинул ойкнувшую девушку на плечо, точно куль с мукой. В таком положении Лидаэль и преодолела покрытое потрохами тварей пространство, несмотря на протесты и требования, чтобы её несли как положено, на руках, а не Орда ведает как!
Губитель ждал их подле снесённой с петель двери в главную башню. Вымощенный чёрными плитами двор был пустынен, никто так и не дерзнул преградить дорогу вторгшимся.
— Пошли наверх! — Губитель взмахнул рукой. — Только осторожно. Я впереди — там могут быть ловушки.
Ловушки действительно были. Первую я заметил сразу же, как только переступил порог. Увидел, разумеется, не теми глазами, что обычно смотрели на мир.
В пустом и мрачном холле, прямо в центре, крутился невидимый для остальных смерч — Вихрь, уводивший попавшего в него прямиком в Нижние Миры. Ловушка была мощной, но простой. Чтобы преодолеть её, нужна была сила, а не ум, что опять-таки выглядело странным для цитадели Тёмного Властелина.
— Ни с места! — скомандовал я остальным. — Нужно заткнуть одну дыру…
Пока Вихрь, давясь и хрипя, пытался утащить прочь подкинутого мною в его зев «ежа» — создание Силы с распростёртыми во все стороны иглами, цеплявшимися за всё, даже за воздух, — мы по переброшенному Хиссом огненному мосту успели перебраться на другую сторону.
На лестнице нас ожидало несколько сюрпризов попроще — вроде поворачивающихся под ногами плит, падающих с потолка решёток и тому подобного. В довершение, грохоча по ступеням, сверху покатилось зубчатое колесо — опередив меня, Лидаэль и мой сын разнесли его в пыль с детски серьёзным старанием.
Да, мой сын… Семнадцать лет! Семнадцать лет, проведённых в ловушке Столпа Титанов! Семнадцать лет — так что мальчик успел вырасти… И совершенно непонятно, откуда у него эта сила. Не моя, не наследственная. И почему эта сила у них на двоих с этой девчонкой — наполовину эльфийкой, наполовину…
Я не находил ответов. Но сильно надеялся, что смогу всё узнать у Рагнвальда Великого — истинное его имя я страшился произнести даже мысленно. А для того чтобы получить право задавать вопросы и требовать ответов, я должен был исполнить волю пославшего меня.
Но не только. Я изменился, и изменился сильно. Я хотел уничтожить Орду не потому лишь, что об этом меня попросил тот, кому не откажешь при всём желании. Я видел Лесной Предел. Видел, как живут те, кто дал мне приют. И потому Орда не имела права существовать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
