Я спрыгнул с лошади и пошел к храму. Демоны здесь были сильными, но под плотным огнем они продержались недолго. Нескольких самых упорных добили мы с Арьей.
— Занять оборону! — приказал я. — Перекройте все выходы из пирамиды и все подходы к площади!
— Хорошо, — кивнул Ричард. — Ты уверен, что тебе не нужна помощь? Я бывал в подобных местах.
— Нет, со мной идут только мои люди и Тирион.
— И я, — хладнокровно добавил Харальд.
— Харальд, — покачал я головой, — ты не представляешь, что нас там может ждать.
— Маэл, я должен, — просто сказал северянин.
Несколько секунд я смотрел ему в глаза, а потом кивнул:
— Не забудь написать завещание.
— Маэл! — К нам подскакал Кобек. — Мы убили не одну тысячу этих тварей, но они все лезут и лезут! Кайал тяжело ранен, полком командует его заместитель.
— Понял. Занимайте оборону и не дайте им ударить нам в спину.
Солдаты быстро разворачивали пулеметы. Алхимики строили укрепления. А волшебники ставили щиты. Среди людей чувствовалось радостное оживление. Они вступили в бой с кошмарными порождениями чужого мира и победили. Они выиграли свою битву, теперь мне надо выиграть свою.
Проходы в ступенчатой пирамиде были широкими и хорошо сохранившимися. Они все с небольшим уклоном шли к центру зиккурата. Там в большом светлом зале был спуск в подземную часть Инар-лэ-Хардахейна.
В подземных туннелях света уже не было, поэтому я зажег несколько светлячков. Демонов мы не встретили, так что шли быстро и без проблем. Под землей нас ждал целый лабиринт туннелей, в котором легко было заблудиться. Но я чувствовал врага и безошибочно шел к нему, игнорируя другие дороги.
За лабиринтом начинался широкий коридор с высоким потолком, ярко освещенный магическими огнями. Стены коридора были покрыты жутковатыми фресками. Невольно я начал их разглядывать.
Большинство фресок изображали сцены жертвоприношений демонам и самих демонов. Но с левой стороны были фрески, показывавшие историю изначальной эпохи.
— Что здесь изображено? — спросила Арья, кивая на одну из фресок.
Я подошел к ней и посмотрел на фреску. На ней был изображен бой магов против демонов.
— Восстание древних магов. Они восстали против власти демонов.
На следующей фреске были изображены высокие фигуры людей с разнообразными предметами в руках. Это было и оружие, порой причудливой формы, и простые посохи, палки, и даже совсем безобидные вещи вроде веток деревьев и снопов колосьев.
— А это боги. Кто стоит с косой, ты, Арья, должна знать. С мечом стоит бог воинов. Твои сородичи, Харальд, знают его как Игга. С посохом стоит бог животных, ему поклоняются инариты. А с ветвью цветущего дерева изображена Шеала. Боги пришли на помощь людям. Так гласит легенда, — добавил я. — Так ли это было, никто не знает. Но следы грандиозной войны находят по всему миру.
На следующих фресках были изображены разные битвы богов и магов против демонов. Бои шли по всему миру. Может быть, так все и было. Но точно мы не знаем. Эти фрески появились гораздо позже самой войны.
На последней фреске — огромный пылающий храм. В очертаниях строений угадывался Инар-лэ-Хардахейн. К этой фреске была сделана подпись на древнем языке магов.
— «Сокрушение врат», — прочитал вслух я. — Это единственное событие той войны, про которое мы знаем. Боги разрушили врата, связывавшие наш мир с миром демонов.
Коридор вел в большой зал. На другой стороне нас ждали демоны, закованные в латы. За ними стояла полукровка. Она кровожадно оскалилась, увидев нас.
— К бою, — спокойно сказал я.
Демоны с криками и воплями атаковали нас. Но большая часть до нас даже не добежала. Пули и заклинания выкосили многих тварей. Остальных добили в рукопашной схватке. Полукровка поспешила скрыться.
Но вместо погибших демонов из коридоров бежали другие. Полукровки вызывали демонов прямо в подземельях. Они не надеялись, что обычные демоны смогут меня убить. Но им этого и не требовалось. Достаточно было просто задержать.
Я приказал Джону отвлечь демонов, а сам побежал дальше, в следующую комнату. Вместе со мной пошли только Арья, Харальд и Тирион.
— Осталось еще немного. Я чувствую их, — на бегу крикнул я.
Мне навстречу шел сильный поток демонический силы. Я почти физически чувствовал ее. Мне эта сила была неопасна, так же как и Арье. А вот Харальда и Тириона надо было защищать от нее.
Пробежав несколько залов, мы зашли в огромный подземный зал. Несмотря на множество ярких огней, освещавших помещение, потолок скрывался в темноте. До противоположной стены не меньше километра. Но разглядывать зал нам было некогда. Прямо перед нами выстроились в ряд двенадцать полукровок.
— Да сколько же вас всего? — невольно спросил я.
Ответа я не дождался. Полукровки, вооруженные пылающими хлыстами, молча атаковали нас.
Арья резко взмахнула перед собой посохом и отбросила нескольких полукровок стеной переплетенных зеленых нитей. Эти нити, словно лианы хищных экзотических растений, обвились вокруг полудемониц и намертво их связали.
Тирион алхимией обрушил под полукровками пол. Большая часть из них успела отпрыгнуть в стороны, но три попались в ловушку. И прежде чем они успели что-то сделать, каменные стены опять сошлись, раздавливая их.
Оставшиеся в живых полукровки атаковали нас десятками различных заклинаний. В этом месте сил им было не занимать. Я выдержал их атаки, но большего сделать просто не смог. Эти твари быстро поняли, что в рукопашном бою им нас не одолеть, а их магии могу противостоять только я. Распахнув кожистые крылья, они взлетели под потолок и оттуда атаковали нас магией.
Арья била полудемониц своей силой, но все ее атаки они отбивали. Тирион как мог помогал мне защищать нас всех от магии противниц. Харальд ничем помочь нам не мог и просто стоял за моей спиной.
— Арья, — негромко позвал я девушку.
Она обернулась и подошла ко мне.
— Убей их, — коротко сказал я. — Ты знаешь как.
Арья грустно посмотрела мне в глаза, и у меня сдавило в груди. Но выбора не было. Здесь я слабее полукровок.
Некромантка бросила на пол свой посох и, закрыв глаза, сжала руки перед грудью. Я почувствовал, что она начала плести заклинание, одно из самых страшных и опасных в некромантии. Силы для него у Арьи хватить не могло, и она сразу начала брать ее у меня. А потом я услышал тихую и прекрасную песню. Она манила за собой и обещала покой. Хотелось забыть обо всем и шагнуть за ней туда, где больше не придется ни о чем переживать, — в объятия вечной тишины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
