— И фес этого чужака-комиссара, если он что-то имеет против! — добавил Коун.
Уступивший Фейгор отвернулся и кивнул, молча меняя батарею в лазгане.
Роуна не было несколько минут, но теперь он вернулся.
— Я слышал звуки сражения дальше по коридору — может быть, сотнях в трех шагов. Судя по всему, еще один отряд наших парней держит оборону. Я считаю, мы должны помочь им.
— Так нас будет больше, — согласился Макендрик. — А еще они могут знать, где курфюрст.
— Если мы сумеем довести его до транспортных ангаров, то сможем посадить его на катер и отправить в безопасное место, — добавил Коун.
Роун кивнул в знак согласия:
— Фейгор, оставь-ка нашим гостям сюрприз у двери.
Гвардеец ухмыльнулся и достал из рюкзака связку подрывных зарядов. Спокойно и ловко он приладил их к дверному косяку. Кто бы ни вломился сюда, активируется взрыватель, и вся арка обрушится ему на голову.
— Пошли! — приказал Роун.
Майло встал в общий строй и двинулся вместе со всеми по туннелю; по каменным плитам застучали шаги. Он изо всех сил пытался разобраться, что же не так с… реальностью. По-другому и не скажешь. Все его окружение было каким-то нереальным, похожим на сон, и от этого становилось дурно. Майло решил, что это морок демонов Хаоса. Может быть, майор Роун знал что…
Он замер. Майор Роун? На полях Основания Танит Магны Роун был вместе с остальными солдатами. Простым рядовым, не более того. Никакого звания у него не было. Когда это он успел получить лычки и повышение?
«Неужели я забыл о чем-то?.. Неужели?..» — думал Майло.
Новый образ вспыхнул в его мыслях. Образ… тесной каюты корабля. Роун, Корбек, Майло. Солдатская делегация. Высокий сильный человек с худощавым лицом — им мог быть только полковник-комиссар Ибрам Гаунт — встает из-за стола, чтобы встретить их. Откуда он знает, как выглядит этот Гаунт? Ведь он никогда не встречал его. Но он слышал в своих мыслях, как Гаунт говорит с ними, уверенно и смело раздает звания: полковник Корбек, майор Роун.
Еще один сон?
Размышлять об этом не было времени. Битва была уже близко. Выстрелы, крики — почти рядом.
Отделение перешло на осторожный шаг, солдаты подняли оружие. А Майло тем временем подумал: «Ведь это не лазерные выстрелы!» За последние полчаса он достаточно наслушался их, научился распознавать характерный треск. А это был какой-то неестественный, звенящий визг — высокий, как жужжание осы, но распадающийся на громкие частые очереди.
Что это за фес?
— Слышишь? — спросил он Ларкина.
Снайпер настраивал прицел своей длинной винтовки, шаря по потолку ярко-голубым лучом оптики.
— Что? Лазерные очереди? Да… у кого-то много дел нынче.
«Но ведь это не лазган! Совсем не лазган!» — отчаянно думал Майло.
Третий взвод повернул за угол коридора, двигаясь плотным строем, и ворвался в широкий зал, отделанный темным вулканическим камнем. Вдоль одной из стен поднимались ныне разбитые витражи, на которых были изображены анроты — домашние и лесные духи-хранители Танит. Все пространство зала заполняли разбитые или перевернутые скамьи из нэлового дерева. У дальней стены поверх круглого окна висел изорванный штандарт курфюрста Танит.
Трое танитских солдат сидели спиной к ним и, укрывшись за перевернутой скамьей, обстреливали сводчатый дверной проем под круглым окном. Отродья Хаоса пытались прорваться через дверь, тела их убитых предшественников были разбросаны возле входа. Среди разбитой мебели лежало пять или шесть погибших танитцев.
Без лишних сомнений третий взвод включился в бой вместе со своими родичами, истребляя рвущихся внутрь врагов. Трое танитцев с удивлением обернулись и посмотрели на прибывшее подкрепление. Майло не узнал никого из них, хотя полковника было бы сложно забыть. Это был гигант с длинной гривой седых волос, пересеченных красной полосой. Худое благородное лицо. Татуировка в виде косы на щеке.
— За Танит! За курфюрста! За Терру! — выкрикивал Роун, ведя огонь.
Огромный полковник колебался еще мгновение, а потом вернулся к битве.
— Как вы и сказали, — мелодично прогремел его голос со странным акцентом, — за… Танит!
Муон Нол, воин аспекта Яростных Мстителей, удерживал зал зеленого оникса со своим отрядом. На его глазах один за другим его бойцы погибали. Враги прорывались через ромбовидные врата, над которыми был выложен круг духовных камней под штандартом Долте, сшитым из призрачного шелка.
Единственным укрытием для воинов были разбитые скамьи из психопластика, некогда стоявшие вдоль стен зала празднеств, а теперь превращенные в жалкие обломки вражеским огнем. К потолку возвышались узкие стрельчатые окна со стеклами из призрачной кости, каждое из которых изображало Короля-Феникса Азуриана, Кхаине — бога с кровью на руках, калеку-кузнеца Ваула, старуху судьбы Мораи-хег и Деву Лилеат — богиню призрачной удачи. За окнами бушевал психический шторм провидца Зона Кулла. Муон Нол почитал Лилеат более прочих, как прекрасную предсказательницу судеб и вероятностей. Ее руна сейчас висела на шнурке вокруг его шеи под зеленовато-голубой броней воина аспекта.
Высокий белый шлем Муона Нола был испещрен темными ожогами лазерных лучей, а кончики красного плюмажа обуглились. Но Ульйове, священное оружие владыки Зона Кулла, изрыгала свистящую гибель в сторону врага, по тысяче острых дисков за очередь, разрезая солдат на куски. Гиростабилизаторы скрежетали, пытаясь помочь закованным в кольчужные перчатки рукам воина удержать отдачу древнего, украшенного резьбой оружия. У основания ствола поблескивало ускоряющее поле. Ульйове, Поцелуй Острых Звезд. У него осталось что-то около шести стержней боеприпасов, и он собирался израсходовать их с пользой. Во имя Лилеат, во имя Долте.
Внезапно восемь мон-ки в темной, заляпанной грязью форме присоединились к его воинам, расстреливая врага из лазганов. Они сражались стойко и яростно. И похоже, их совершенно не удивляло необычное окружение или новые союзники.
Муон Нол передал своим воинам мысленный приказ принять помощь людей и продолжать сражаться. Несомненно, это было дело рук Зона Кулла, его обманный маневр.
И во имя Кхаине, как сражались эти люди! Казалось, они бьются за свою родину, за все, что им дорого на этом свете!
В течение всего пяти минут солдаты-люди оттеснили порождения Хаоса. Бок о бок с эльдарами они двинулись вперед, добивая последних врагов, а потом захлопнули створки люка, закрывая дорогу оставшимся.
Предводитель охраны подошел к худощавому темноволосому воину, который, судя по всему, был предводителем людей. Он поискал в памяти знания низкого готика, полученные на учебных семинарах дома, на искусственном мире Долте.
— Я — Муон Нол с Долте, страж этого Пути. Я благодарю вас за ваше вмешательство и помощь. Владыка-провидец Эон Кулл вознаградит вас за это.
— Полковник Муннол, Танит Дейл. Клянусь, парни, я рад вас видеть. Курфюрсту сейчас понадобятся все силы, которые можно собрать.
Высокий танитский офицер с гривой белых волос обратился к третьему взводу, как только двери захлопнулись. Вокруг него лежали разорванные трупы последователей Хаоса.
— Рады помочь, — кивнул Роун. — Я майор Роун, под моим командованием… то, что осталось от третьего взвода. Направьте нас туда, где мы нужны, полковник.
Муннол кивнул в ответ, но Майло отметил, что он выглядит несколько удивленным. А еще, если подумать, он никогда не встречал танитца, волосы которого не были бы черными. И белыми волосами мог похвастаться не только Муннол, но и оба его подчиненных, которые, кстати, тоже выглядели обескураженными.
Полковник Муннол кивнул на левую дверь. Это был очень странный жест. А что за оружие было у него в руках? Вроде бы лазган… но удлиненный, длиннее и толще, чем снайперская винтовка Ларкина. Майло почувствовал, как что-то неприятно скребется в глубине разума.
— Если ты желаешь битвы, человек Роун, то западные укрепления отчаянно нуждаются в помощи, — говорил тем временем полковник Муннол.
— Ведите нас! — рявкнул Роун и перезарядил батарею лазгана, уронив опустевший магазин на пол.
Муннол пожал плечами и жестом приказал следовать за ним.
Человек Роун? Не ослышался ли он? Майло шел со взводом, не зная, что и думать. Человек? Кошмар не оставлял его. Он уже ненавидел это жуткое, тошнотворное чувство неопределенности.
Муннол быстрым шагом вел третий взвод и своих солдат по коридору из черного гранита. Вскоре они увидели сквозь арку еще два десятка танитских бойцов, защищавших укрепления и стрелявших куда-то в темноту. Вот только их выстрелы звучали не как обнадеживающий, дружественный треск лазганов, а как прерывистое шипение, странное и чуждое.
