– Шахматная фигура.
– Да, а ещё её называют королева. И четыре алмаза, которые составляли основу боевого жезла Радмилы, за непревзойдённую чистоту носили название «Слёзы королевы», а были они подарком сербке от нашей императрицы Екатерины. Правда, на тот момент они были простыми драгоценностями.
Рассказывая, я сделал паузу на этом месте и постучал по столу рядом с найденным ночью бриллиантом.
– Рисунки, а также описания из различных источников полностью совпадают с нашей находкой. Перед тобой та самая «слеза». Вся соль в том, что жезл Радмилы был выставлен в музее без этих камней. Версия для туристов звучит везде одинаково – камни были потеряны ещё до смерти королевы и место их нахождения неизвестно.
– Та-ак, – оживилась Ольга и, взяв в руки брюлик, стала его рассматривать с удвоенным интересом.
Полюбовавшись на свою жену, увлечённо буравившую взглядом сей артефакт, как будто требуя у него рассказать, где прячутся остальные «Королевские слёзы», я не удержался от улыбки и сказал:
– Молнией не просверли случайно, а то обидно будет.
– Ага, – проигнорировала она мой подкол. – Что там дальше?
– А дальше мы имеем легенду, кучу трупов и одного выжившего человека – королеву Югославии. Как они были убиты, уже понятно, также из стихов ясно, что активировала данное орудие Славица-артефактор. Далее, уже в четверостишии из могилы Анджелы говорится о том, что смерть потребует платы. То есть это оружие уничтожает любого, даже того, кто выпустил силу смерти, и спасётся лишь тот, у кого есть защита. В этом же стихе написано: «Лишь сердце закроет от мести, последний подарок из Рая». В той долине погибло много людей Радмилы, и некоторые из них были помещены в монастырскую гробницу. Лекарка по имени Рая одна из немногих, кто получила в своё владение целый гранитный саркофаг. Любопытный каламбур получился – Рая ушла в Рай, и теперь оттуда мы должны забрать какое-то «сердце». Как понимаешь, у нас появился ещё один повод съездить в монастырь.
– Ты молодец, – уважительно посмотрела на меня Ольга, – проделал большую работу.
– Да что там, – махнул я рукой, – по ферзям мне помогли различные сообщества. Версий в сети было очень много, осталось только подобрать нужную. Частично разгаданными остались только стих из Рыльского монастыря и белградское послание про кровь.
– Частично это как?
– Там предлагается очень много трактовок, но касаемо монастырского послания, мне нравится версия про Эфиопию.
– Неожиданно, – удивлённо приподняла брови Ольга.
– Ага, сам в шоке. Но есть несколько моментов, которые склоняют меня к тому, что такой вариант имеет право на жизнь. Оказывается, новообразованное королевство Югославия достаточно активно помогало Эфиопии. Они же христиане, причём ближе к православию, нежели к католицизму. И современную религиозную форму африканки приняли как раз-таки благодаря Югославской Православной Церкви. ЮЦП оказывала активную помощь чернокожим девам, формируя отряды воительниц и отправляя их в африканское королевство, постоянно воющее с окружающими его исламскими государствами. А Радмила полностью поддерживала такие начинания, и в этом деле отметились даже российские воительницы.
– А что за меч короля имеется в виду?
– О-о-о тут предлагают море всего. Но мне опять-таки понравилась почему-то самая непопулярная версия про последнего короля Эфиопии мужского пола. Ты бы видела, как в сети заклевали одну женщину, выдвинувшую эту теорию. Набросились так, что мне даже стало её жалко. Типа как она вообще могла подумать про какого-то мужчину, который умер ещё до вступления Радмилы на трон Югославии. Этих кричащих даже не смущал тот факт, что Иясу, как и нынешняя правящая династия, ведёт свой род от Соломона. И приставку «Великий» он получил к имени ещё при жизни за активные и успешные войны с исламскими государствами. Именно во время его правления королевство Эфиопия окончательно присоединило к себе Сомалийский полуостров. Мужчина, не имеющий магических сил, сумел полностью перестроить армию и оставил своей наследнице сильнейшее государство Африки.
– Да, интересный персонаж, – согласилась Ольга, – а с мечом-то что?
– Тут ещё одна легенда, – вздохнул я, – только теперь, как понимаешь, эфиопская. В ней рассказывается, что для Иясу был создан особый артефактный меч. Он мог прикрыть от магического удара наподобие защитного амулета и при этом в ближнем бою позволял разрубить сильную воительницу. Возможный ранг одарённой, которой можно было противостоять, точно не указывается, но якобы даже Альфа не могла устоять, хотя в последнее мне верится слабо. Это ж сколько энергии нужно закачать в оружие, чтобы оно могло пробить доспех духа у такой противницы, пусть даже и один раз? Его бы самого отдачей прихлопнуло бы. Но это я так – небольшое отступление от темы. Сам меч был захоронен вместе с Иясу в отдельной гробнице, месторасположение которой известно только приблизительно. Различные источники в основном сходятся на предположении, что захоронение находится в западной демилитаризованной зоне королевства. В конце девятнадцатого века Эфиопия переживала не самые лучшие времена и вынужденно сдвинула часть своих западных границ от тридцати до ста километров на восток, уступив часть территории диким племенам. Вот где-то там эта гробница и находится.
– Да уж, сколько всего любопытного, – задумчиво проговорила Ольга.
– А то! Голову сломать можно, – согласился я, – Второе белградское письмо, где упоминается про кровь, в основном расшифровывают как призыв смотреть в сторону Москвы. «Тебе, моя кровь, говорю я» – это явно обращение к своим потомкам. «Проси на восходе поддержку» и «В реке неразбавленной крови», – это очень похоже на Романовых и завуалированную просьбу искать с ними союза для поиска «Королевских слёз».
– Получается, что Радмила оставила два раздельных пути для поиска артефактов, – сказала Ольга, – один белградский, другой московский. И, только объединив их оба, можно собрать все кусочки.
– Всё верно, но меня, если честно, смущает, зачем она так сделала? Ведь идёт кровопролитная война с Турцией, и любое мощное оружие будет только в помощь, но она не только его больше не применяла, но и зачем-то уже после победы спрятала, оставив кучу подсказок в разных местах.
– Ну, здесь-то всё как раз-таки просто, – улыбнулась моя жена. – Турчанки уже практически проиграли, и применять столь мощное оружие не было необходимости. Судя по всему прототип не был доведён до ума и, убивая, совершенно не разбирал своих и чужих. Почему спрятала? Здесь тоже, как мне кажется, всё ясно. За время войны она потеряла обеих дочерей, а в сражении у монастыря погибли её близкие подруги. В возрасте люди часто становятся весьма сентиментальными, а у Радмилы после стольких кровавых лет могло что-то надломиться внутри. Она решила, что этому страшному орудию убийства нет места в наполненном кровью мире. А уничтожить жезл не хватило духу, возможно, из-за памяти о тех, кто его создал и спас её в тот самый день у стен монастыря. А может, ей мечталось, что в будущем мир будет чище, а если нет, то, вероятно, потомки вспомнят про жезл и воспользуются им, если прижмёт и не останется другого выхода.
– Звучит правдоподобно, – проговорил я, – Во всяком случае, такая версия довольно обоснована.
– Да, только вот у меня возник вопрос по поводу несправедливого размещения подсказок.
– О чём ты?
– Смотри! Письмо из Кремля привело нас в Софию, дало следующую подсказку и один из четырёх камней. В монастыре нас должно ждать что-то ещё. Возможно, защита от этого оружия и ещё одна подсказка. У Югославии в активе только боевой жезл и намёк на сотрудничество с Россией. Письмо из монастыря хранилось долгое время именно там, а не в Белграде. А больше у них ничего нет, что, несмотря на наличие у Радмилы уважения и признательности к нашей стране, выглядит немного странно.
– Ты немного поторопилась, – качнул я головой. – Во-первых ты не знаешь, все ли стихи выложили югославки в свободный доступ. Во-вторых, есть ещё одно послание, не попавшее в общий список загадок. На надгробье Радмилы есть такие строчки:
