значился медиком моего корабля…
Война принимала и вот такие, причудливые формы.
— Сорок восемь часов, — твердо посмотрела я на него. — Раньше я не выведу корабль в безопасную зону.
— Капитан третьего ранга Торрек? — спокойствию самаринянина можно было только позавидовать.
— Не его уровень подготовки, — холодно парировала я, продолжая смотреть в глаза медику. Голубые, как и плащ, который он когда-то носил.
— Капитан третьего ранга Сандерс, — предложил Дразер еще один вариант.
— Не тот уровень доверия, — перефразировала я уже сказанную мной фразу. — Сумарокова можете не предлагать. В бою он хорош, но безрассудства пока не хватает.
— Прошу меня простить, госпожа лидер-капитан, но — нет, — Марк даже ңе шевельнулся. — У вас есть час и тридцать девять минут, чтобы решить этот вопрос. Затем пойдет откат.
Этого противостояния тоже не получилось, но на этот раз взгляд первой отвела именно я. Медик на корабле имел высший доступ. Это из того, что не изменить.
— Принято, — все так же ровно ответила я. Бросила ещё один взгляд на капсулу…
Дочь Торрека и Дерхаи!
Ближайшие двое суток обещали быть интересными.
— Отказал? — перехватил меня дожидавшийся в коридоре Торрек.
— Отказал, — равнодушно подтвердила я. — После Самри ограниченный допуск по тонизаторам.
— Знаю, — кивнул он, прихватив меня за плечи. Когда я дернулась, вырваться из похожих на захват объятий, впечатал в стену. — Ты это брось, капитан, — фиксируя одной рукой, наклонился он ко мне. — Их уже не вернешь, но…
— Заткнись! — прохрипела я, сдаваясь перед шибанувшей в голову волной адреналина. — Я тебя…
— Вот так-то лучше, — мгновенно отпустив, отступил он в сторону. — Ты зря не доверяешь Сандерсу, — уже другим тоном произнес он. — Ашкер такой же, как ты, отморозок.
— Приңято! — неожиданно для себя, успокоилась я. Словно переключило, вернув в рабочий режим. Одернула полетную куртку. — Ты ведь не о тонизаторах хотел поговорить? — подняла голову, посмотрев на Торрека.
Моего Торрека. Похудевшего, потасканного, измученного, предавшего, но все равно оставшегося верным. Игравшего за моей спиной, но… по нашим правилам, в которых победители становились неподсудны…
Паскудная истина. Особенно, в этих обстоятельствах.
— Ей нужна покровительница, — кивнул он на медицинский отсек, словно и не заметив боя, который я вела сама с собой. — Олишь возьмет ее приемной дочерью, но это только по документам, для прикрытия.
— Предлагаешь стать для нее инорой? — скривилась я.
Десять часов, как погибла «Легенда»!
Десять часов, как я потеряла пятерых своих парней!
Десять часов, как не стало…
У меня вновь не получалось произнести имя. Поверить в то, что его больше нет…
— Ты — аллера, — не отвел Торрек взгляда. — Если не признаешь сейчас…
— Сандерс здесь для этого? — собирая себя в кучу, перебила я. — Тебя одного было мало?
— Капитан, хочешь, чтобы за нее началась драка? — вместо этого зло протянул он. — Она — наследница Дерхаи. Та, кто станет ее инорой, фактически окажется преемницей главы ооры, представляя интересы будущей аллеры. Это… — он качнул головой, словно не находя слов. — Таши, это шанс! — «припечатал» он. — Шанс для иного будущего!
Гори в его глазах фанатичный блеск, воспринималось бы иначе, но Торрек был не просто спокоен, он был бесстрастен в том, о чем говорил. Не убеждал — выставлял то и это по разные стороны ненавистной бойни, заставляя не верить — принимать все, что оставалось за словами.
Не конец войне… возможное начало мира…
— Твою…! — резко выдохнула я, признавая, что до этой стадии связанных с девочкой откровений я еще не дошла.
— Но и это еще не все, — подался он ко мне. — Как только я передам право иноры, ты автоматически войдешь в Совет домонов со всеми вытекающими из этого…
Договорить я ему не дала.
Со всеми вытекающими из этого казусами… Для меня эта фраза стала похожей на приказ к открытию огня на поражение!
Прихватив Торрека за грудки — и откуда только взялись силы, впечатала в стену:
— Кто ещё в курсе? — прохрипела я, задыхаясь от разрывавшей легкие ярости.
Я хотела, чтобы просто…
Собранный из причин и следствий путь… Единственный шаг, сделанный не туда и не тогда…
Очень хотелось выть! От жалости, ярости, невозможности признать, что этот мужчина был прав, как и те, кто каждый раз решал за меня, ставя в известность о том, что я должна…
Должна…
Оставалась понять, где пролегала граница этого долга.
— Эклис Ильдар, лиската Риман, эрари Джориш, император Индарс, император Хандорс, ваше правительство, — даже не шевельнувшись, начал Торрек перечисление. — Это из тех, кто на самом верху. Адмирал Соболев, генерал Шторм…
— Сссуки… — в один миг обессилев, отпустила я Торрека. Отступила, пытаясь усмирить дыхание.
Получалось плохо.
Не потому что выбора у меня не было — потому что меня вновь и вновь заставляли сделать то, что я сделала бы и в том, другом случае.
— Капитан? — на находящейся в нескольких шагах от нас площадке телепортатора появился оставшийся за Слайдера Марс.
Спрыгнул, мягко, пританцовывая, подошел, тут же встав рядом с домоном. Большие пальцы засунуты под ремень, поза обманчиво расхлябанная…
— К следующему погружению будь готов, — обращаясь к Торреку, процедила я сквозь зубы. Развернулась, чтобы уйти…
— Капитан, — остановил меня домон. Сердце екнуло, замерло, захлебнувшись очередным предчувствием. — Капитан, повторил он, словно готовя к неизбежному, — признав ее дочерью, ты признаешь и мое право на себя…
Я считала, что это — конец?!
Похоже, я потеряла хватку, раз так ошибалась!
— Это уже не имеет значения, — даже не оглянулась я, понимая, что если сейчас не сдержусь…
Судьба решила лишить меня всего…
Мне предстояло дожить до дня, когда смогу отомстить ей за это…
Повторить то же самое, но уже приказом впечатывая в себя, мне не дали:
— Это ещё не конец. Это ещё только начало.
Оглянувшись, впилась взглядом в неожиданно оказавшегося за спиной интуитивщика.
Даже не худой — тощий, измочаленный. Глаза на узком лице казались слишком большими, безумными…
Впрочем, с безумием вряд ли ошиблась. В Игоре оно тоже билось загнанным в угол зверем…
— Вы в этом уверены? — спросила я, не найдя ничего лучшего. До выхода из прыжка сто восемьдесят секунд, а я тут…
— Я редко когда ошибаюсь, — улыбнулся он мне. Развернулся и, едва заметно, но прихрамывая, направился по коридору.
А я вдруг поверила. И в то, о чем он сказал, и в то… что он редко когда ошибается…
* * *
До зеро, начинавшего новый день, оставалось два часа…
За последние полгода такое случилось едва ли не впервые. Чтобы ещё не глубокая ночь…
— На сегодня все! — Элизабет сбросила внешку, на которой уже стоял знак закрытия, встала из-за стола, потянулась, избавляясь от напряжения. Поправив
