Подписал: Статс-секретарь Столыпин.
Примечание: Николаем II было принято предложение Столыпина о роспуске финляндского сейма и внесении в Государственную думу упомянутых законопроектов.
Письмо Николаю II
26 сентября 1910 года
С.-Петербург
Ваше Императорское Величество.
Милостивые строки, которыми Ваше Величество меня осчастливили, заставляют меня нарушить покой, которым Вам, Государь, так редко приходится пользоваться.
Мысль Вашего Величества о рескрипте финляндскому генерал-губернатору, с предупреждением сейму, представляется мне весьма удобовыполнимою перед созывом нового сейма в феврале. Я думаю, что крепкое слово Вашего Величества может отрезвить часть финляндцев. Внушить финляндцам, что поворота в русской политике не будет, — это значит разрешить финляндский вопрос.
На днях будет представлен Вашему Величеству общий мой с А. В. Кривошеиным всеподданнейший отчет о нашей поездке.
Я говорю краткий, так как все поучительные впечатления наши и выводы заняли бы целые тома.
Общее мое впечатление более чем утешительное. После страшной встряски Россия, несомненно, переживает сильный экономический и нравственный подъем, которому сильно способствует и урожай двух последних лет.
Сибирь растет сказочно: в безводных степях (Куландинска), которые два года тому назад признавались негодными для заселения, в несколько последних месяцев выросли не только поселки, но почти города. И прорывающийся из России в Сибирь смешанный поток богатых и бедных, сильных и слабых, зарегистрированных и самовольных переселенцев — в общем, чудный и сильный колонизационный элемент. Прибавлю, элемент — крепко монархический, с правильным, чистым, русским миросозерцанием. «Мы верим в Бога, верим в Государя, просим: дайте нам церковь, дайте школу», — вот общий крик всех сибирских переселенцев. В каждом селе нас встречали многолетием Вашему Величеству, везде просили передать царю-батюшке о любви народной. Я уже телеграфировал об этом Вашему Величеству и прошу разрешить передать населению через губернаторов Высочайшую Вашу благодарность.
Но утешительное настоящее не должно заслонить от нас осложнений в будущем. А осложнения эти мы сами себе готовим: расточительно, даром, раздаем крестьянам, наравне с заемною землею и землю, стоящую уже теперь до 100 рублей за десятину; искусственно насаждаем общину в стране, которая привыкла к личной собственности, в виде заимок; не подумали еще о насаждении частной земельной собственности там, где переселенец без заработков гибнет.
Всё это и многое другое — вопросы срочно-настоятельные. Иначе бессознательно и бесформенно создастся громадная, грубо-демократическая страна, которая скоро задавит Россию европейскую.
Впрочем, все наши предположения скоро будут представлены Вашему Величеству.
Бодро идет также землеустроительная работа и в поволжских губерниях, по которым мы проехали. Пока, конечно, брошены только зерна, и предстоит еще чрезвычайный труд. Но изменилась психология народная, между крестьянами появились уже апостолы землеустройства и земельных улучшений. Я видел членов первой Думы из крестьян-революционеров, которые теперь страстные хуторяне и люди порядка. И как Вы правы, Ваше Величество, как Вы правильно угадываете то, что творится в душе народной, когда пишете, что краеугольные для правительства вопросы — это землеустройство и переселение. Нужно приложить к этим двум вопросам громадные усилия и не дать им зачахнуть.
В городе много говорят о Кассо — это для всех большой знак вопроса. Говорят и о гибели капитана Мациевича. Наши офицеры, действительно, достигли в области воздухоплавания замечательных результатов. Но мертвые необходимы! Жаль смелого летуна, а всё же общество наше чересчур истерично. В общем, всё тут тихо и благополучно.
Дай Бог, чтобы лечение Ее Величества продолжалось так же успешно, как и началось, и помоги Господь Вашим Величествам вернуться на родину благополучно и в добром здравии.
Вашего Императорского Величества верноподданный П. Столыпин.
Примечание: Капитан Лев Макарович Мациевич (1876–1910) 22 апреля 1910 года на празднике воздухоплавания совершил полет с главой правительства на аэроплане «Фарман». Согласно имевшейся в столичном охранном отделении агентурной информации военный летчик был непосредственно связан с БО ПСР и должен был совершить террористический акт в отношении Столыпина. Последнему информация была доложена, но он посчитал ниже своего достоинства отказаться от полета.
Через два дня после полета с премьером Мациевич разбился во время полета на Комедантском поле. Существует версия, что катастрофа была организована эсеровскими боевиками в качестве мести за невыполнение приказа об убийстве премьера или же он был принужден ими к совершению самоубийства.
Александр Блок посвятил гибели Мациевича одно из своих лучших стихотворений:
Летун отпущен на свободу.Качнув две лопасти свои,Как чудище морское в воду,Скользнул в воздушные струи.
Его винты поют, как струны…Смотри: недрогнувший пилотК слепому солнцу над трибунойСтремит свой винтовой полет…
Уж в вышине недостижимойСияет двигателя медь…Там, еле слышный и незримый,Пропеллер продолжает петь…
Потом — напрасно ищет око:На небе не найдешь следа:В бинокле, вскинутом высоко,Лишь воздух — ясный, как вода…
А здесь, в колеблющемся зное,В курящейся над лугом мгле,Ангары, люди, всё земное —Как бы придавлено к земле…
Но снова в золотом туманеКак будто — неземной аккорд…Он близок, миг рукоплесканийИ жалкий мировой рекорд!
Всё ниже спуск винтообразный,Всё круче лопастей извив,И вдруг… нелепый, безобразныйВ однообразьи перерыв…
И зверь с умолкшими винтамиПовис пугающим углом…Ищи отцветшими глазамиОпоры в воздухе… пустом!
Уж поздно: на траве равниныКрыла измятая дуга…В сплетеньи проволок машиныРука — мертвее рычага…
Зачем ты в небе был, отважный,В свой первый и последний раз?Чтоб львице светской и продажнойПоднять к тебе фиалки глаз?
Или восторг самозабвеньяГубительный изведал ты,Безумно возалкал паденьяИ сам остановил винты?
Иль отравил твой мозг несчастныйГрядущих войн ужасный вид:Ночной летун, во мгле ненастнойЗемле несущий динамит?
Письмо Николаю II
26 февраля 1911 года
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
