На полпути от цели, они скатились с полока на лестничное поле и были аккуратно опущены на ворох одежд Мартина.
— Я хочу быть всегда с тобой, — повторил Мартин.
— Мартин, ты не думай… — у Терезы на глазах появились слезы — Я иногда бываю такой неуклюжей. Я доверяю тебе. И это просто удивительно, как все доверяют тебе. Все предыдущие Пэны — Гарпал, Стефания, Сиг, Джой — они все уступают тебе, — Тереза улыбнулась. — Ганс сейчас увлечен своей работой. Я давно не читала его записей, но мне кажется, он скрывает что-то важное. Ариэль все время ходит то ли сердитая, то ли грустная.
— Ну и что — ты со мной только потому, что мне все доверяют? — поинтересовался Мартин и тут же ужаснулся. О боже, что за глупый вопрос!
— Конечно же, нет. Я не трахаюсь за статус, — спокойно ответила Тереза.
— Прости меня, Тереза, я и сам все это отлично знаю, — он прикоснулся к ее лицу. — Но я бы не называл наши отношения таким словом.
— А почему бы и нет. По-моему, именно оно-то и подходит. Не стоит бояться его.
— Конечно, ничего не следует бояться, — прошептал Мартин, пододвигаясь ближе, бережно стараясь не придавить девушку. — Я хочу, чтобы ты жила со мной.
— Ты хочешь, чтобы мы стали диадой?
— Я хочу большего. Я хочу, чтобы моя жизнь полностью слилась с твоей.
— Ах, вот как…
— Я так много хочу в этой жизни, что мне необходимо, чтобы ты была рядом.
— Ох… — Тереза отвернулась, изображая смущение. И это все она проделывала в то самое время, когда они находились в непрерывном движении.
— Я хочу, чтобы мы поженились.
Она замерла, затем легла неподвижно рядом с ним, тяжело дыша и устремляя взгляд куда-то выше Мартина.
— Но мы не можем пожениться.
— Ничто не может остановить нас.
— Мы Потерянные Мальчики и Венди. Пэн не может жениться.
— Мы можем пожениться по-своему. Без священников и без оформления бумаг.
— Замужество — это что-то далекое, несовместимое с нашим положением. Это уместно на Земле или, по крайней мере, после возвращения на Ковчег. Я помню свадьбы на Ковчеге.
— Я сомневаюсь в нашем возвращении.
— Я это знаю, — тихо сказала Тереза.
— У нас теперь свой ковчег — «Спутник Зари». Наш дом. У нас здесь вся информация. Мы имеем все, что нужно нам для нашей Работы. А то, что дорого нам, мы сохраним в памяти. Мы станем, как Воинствующие Псы.
— Воинствующие Псы?
— Да, ты сама говорила, что неправильно оглядываться назад. Мы должны выполнить нашу Работу и можем полагаться только на себя. Вот почему и пожениться мы можем прямо здесь.
— Но ведь с той поры, как мы стали любовниками, прошло всего несколько десятков дней.
— Для меня этого достаточно, — убежденно сказал Мартин.
Тереза отпрянула от него:
— По-моему, просто трахаться намного проще.
— Мы любим друг друга, а не трахаемся, — Мартин не собирался поддерживать ее несерьезный тон.
Тереза бросила на него пристальный взгляд:
— А ты помнишь, насколько серьезно было слово «любовь» на Земле? И чем оно отличалось от слова «трахаться»?
— А разве здесь оно несерьезно? — Вопросом на вопрос ответил Мартин.
Тереза поднесла пальцы к губам, Мартин понял, что в руках у нее сигарета. Девушка опустила ресницы, эффектным движением отбросила волосы и заулыбалась, явно соблазняя Мартина.
— А ведь я могу быть и искусительницей, — низким, грудным голосом произнесла она.
— То есть развратницей, ты хочешь сказать, — добавил Мартин.
— Хорошо, хорошо, я согласна. Когда мы выполним Работу и, если к тому времени мы еще не надоедим друг другу, мы с тобой поженимся. На Земле. Если это будет там принято.
— Это принято здесь, — Мартин был непреклонен.
Лицо Терезы стало злым, она отбросила сигарету.
— Я читала книги на эту тему. И знаю, что во многих местах, нас могли бы даже арестовать хотя бы вот за это… — она прикоснулась к его расслабленному члену и поднесла ко рту палец с капелькой спермы. — Нас могли бы арестовать и за это… — Тереза положила руку на свое бедро и, медленно двигая ее вверх, безо всякого смущения приняла откровенно соблазнительную позу. — К чему нам жениться, когда мы толком даже не знаем, что можно, и чего нельзя делать… — Голос ее стал напряженным. — О, все эти люди в нашем дома, где всем про всех все известно… Все наши отношения… Но… Нет, нет, что это я … Все нормально. — Тереза по-прежнему не отрывала взгляда от Мартина. Она с трудом сдерживала слезы. — В конце концов, в будущем мы даже можем иметь детей. И это очень важно.
Мартин улыбнулся, но видел он сейчас перед собой не Терезу, а далекую Землю. На далекой Земле ему никогда в голову не приходили мысли о возможности иметь детей, потому что он сам там был еще ребенком. Так же, как и Тереза.
— Для меня заниматься любовью, это значит иметь детей, когда захочешь, — будто бы с трудом подыскивая слова, произнесла Тереза. Она закрыла глаза, и чем-то стала походить на темноголовую птицу, лежащую на груди Мартина.
— Мы любим друг друга, — Мартин не уступал ни на йоту. — После того, как мы выполним Работу, момы позволят нам иметь детей.
Тереза тихонько всхлипывала в его объятьях.
Так как дети допускали, что Полынь может быть источником роботов-убийц, Корабль Правосудия решили разделить на два. Разделенные корабли Стефания предложила назвать «Зайцем» и «Черепахой».
Корабли должны замедляться с различной скоростью. Меньшему по размеру — «Черепахе» — за несколько дней до планируемой даты вхождения в систему необходимо было приступить к суперторможению с перегрузкой в тысячу g для того, чтобы появилась возможность маневрирования. Большему же — «Зайцу» — предстояло пронестись сквозь систему на скорости в три четверти световой, провести разведку окрестностей двух каменистых планет, всю собранную информацию передать «Черепахе», после этого покинуть систему и дожидаться результатов. Торможение «Зайца» будет не таким резким, как у «Черепахи», он достигнет маневренной скорости лишь преодолев, удаляясь от Полыни, несколько сотен миллиардов километров.
Если «Черепаха» будет серьезно повреждена или совсем выйдет из строя, «Заяц», пополнив запас горючего в окрестностях других звезд, сможет занять ее место и продолжить выполнение поставленной задачи.
Но перед входом в систему Кораблю Правосудия предстояло пересечь ореол наружного первичного облака, — у Солнца его аналоги назывались Оорта и Кьюпера. Вполне вероятно, что обитатели Полыни на заре юности их цивилизации — в те далекие времена, когда кометы использовались, как средства передвижения на расстояния, удаленные от внешних орбит планет — добывали руду из космического пространства первичного облака. Хотя не исключалась возможность, что облака никогда не были богаты газообразными веществами; так как по сравнению с Солнечной системой даже астероиды здесь сильно проигрывали по своему энергетическому составу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
