Мартин почувствовал в голове явно выраженное движение. Его нейрология ускорилась — состояние, которое они отрабатывали на тренировках и которое он ненавидел. Но в этом состоянии он начинал думать в тысячу, десять тысяч раз быстрее — поля создавали дополнительные нервные клетки, которые имитировали его мыслительные шаблоны, и на анализ уже известного не нужно было терять время. Его самого как бы разделили на две части — все старое Мартин оставлял позади, как линяющую щенячью шерсть.
Все сразу же приобрело реальные черты, он сразу ясно увидел, что нужно делать: защититься от игл дипольными отражателями. Он быстро выставил их и начал отходить в направлении «Спутника Зари». Он знал, что объемные поля разделили его на мельчайшие частицы, размером не превышающие молекулы и держат под контролем каждую из них. Снайпер Мартина ускорялся максимально мощно — ускорение достигало пяти… десяти… ста… тысячи g… Стремительно, как рожденная дьяволом блоха, он скакал с острия на острие мертвых игл антиматерии.
Паола Птичья Трель по-прежнему сопровождала бомбардировщики с производителями и манипуляторами. Бонита Высокогорная Долина была выведена из строя. По экрану обнаружителя корабля Мартин наблюдал за действиями Паолы и трех бомбардировщиков, висевших у нее на хвосте. Они также воспользовались дипольными отражателями, но иглы поразили их защиту. Ожесточенное поливание радиацией деактизировало все три бомбардировщика и повредило корабль Паолы. Но даже с искалеченным кораблем, Паола пыталась поддерживать десантников. Затем Мартин увидел, как бомбардировщики-десантники начали стремительно ускоряться, оставляя далеко позади и Паолу, и иглы.
Освобожденые, капсулы с производителями и манипуляторами были предоставлены сами себе. Мартин подумал о возможности самоиспользовании Корабля Правосудия, о его превращении в нейтрониумную бомбу. Бомбу можно направить на объект, который казался вероятнее обитаемым… Но ситуация, кажется, была еще не столь безнадежной, чтобы решиться на такое самоубийство…
Игл становилось все больше и больше, они просто наводнили окружающее пространство. Мартин был одинок, его закрутил вихрь мыслей: и имеющих отношение ко всей команде, и своих личных. Это только тренировочное упражнение. Дьявольское упражнение. Каждый уцелевший корабль был снабжен инструкцией — добраться до ближайших обитаемых тел и произвести максимум разрушений.
Камикадзе. Ему ненавистна была сама мысль о подобной жертве со столь незначительным потенциальным эффектом. Более рискованный выбор — вновь вернуться на «Спутник Зари». Но его корабль не мог соревноваться со «Спутником Зари» в скорости. Это значит, ему самому придется решить, куда идти кораблю и как обойти иглы. Другим детям тоже предстояло принять подобное непростое решение: охотиться за Кораблем Правосудия или пикировать вниз, как камикадзе.
В данный момент он не был больше Пэном, не был больше лидером.
Он был одиноким охотником.
Радиационные излучения из преграждающих путь кристаллических игл переплелись в запутанном клубке, диаметром в миллиард километров. Сколько еще игл и по каким орбитам они запущены, Мартин не знал.
Все эти иглы нереальны. Все окружающее нереально. Это имитация, специально созданная для нас. Реален только задний план.
Не важно. Провалить эту тренировку будет полным позором, он не в состоянии видеть детей опозоренными перед момами, особенно сейчас, когда до начала реальной Работы остается так мало времени. Мартин не чувствовал своего тела. Ускоренно работающий мозг давал ему возможности для обдумывания, как если бы между каждым вздохом и каждым ударом сердца проходили длинные часы. Тело было разъединено с ним сейчас, его сознание и физическая сущность вновь сольются воедино лишь к концу упражнения.
При такой скорости мыслей челнок казался медленно движущимся, не оправдывающим надежд. И это было одной из проблем: Мартин не мог взаимодействовать со своим кораблем на равных, он явно опережал его во всем. На данный момент Мартин обладал слишком высоким интеллектом для оружие, которое он использовал. Он нуждался в сверхускорении корабля, чтобы продумать правильную стратегию дальнейших действий.
Он замедлил работу мозга сначала до одной трети, затем даже до одной четверти максимума, отрегулировал чувствительность восприятия, вновь просмотрел всю имеющуюся у него информацию, уже в свете единой концепции, и начал с умеренной скоростью пробираться сквозь обломки, плавающие в пространстве на месте сражения. Игл оставалось совсем немного, но окружающий космос все равно выглядел очень жутко. Эти бесчисленные обломки…
Имитация. Это ведь только тренировка. На какой-то момент его охватила паника, слепой страх. Нет, это не тренировка, они действительно поймали нас.
Нет, нет, этого не могло быть.
Они были в десяти днях пути до внешней границы Полыни. При таком расстоянии иглы не могли являться орбитальной защитой системы, слишком нереально огромными в таком случае должны быть скопления антинейтрониума. Мартин отогнал от себя страх.
Его сменило чувство негодования. Дети не знали, чего ждать — не было ни приготовлений, ни плана сражения, случившееся представлялось маловероятным. Они не продумали противодействия.
Мартин заметил уцелевший корабль: Эйрин Ирландка. Он подошел к ней поближе и, воспользовавшись «ноучем», окликнул ее.
— Мы проиграли, — сказала она. — Я просто жду сигнала возвращаться.
— Но у нас еще есть выбор.
— Знаю, мы еще можем стать камикадзе.
— Я имею в виду другой вариант, но близкий к этому.
— Что ж, Пэн, назови его мне — ее голос был лишь слегка насмешливым, и все же это резануло.
Мартин быстро воспроизвел в памяти сценарий, который они не раз репетировали на тренировках.
— Убийцы знают, что мы здесь. Мы уже исчерпали их весьма посредственную защиту. Игл больше нет. Мы передадим по «ноучу» сигнал и назначим место всеобщего сбора.
Она надолго задумалась. Мартин понял, что Эйрин вовсе не ускорила работу своего мозга. Это его разозлило.
— Хорошая идея, — наконец, произнесла она.
— Ускорь свои мысли в пять раз, — приказал он.
— Но я не…
— Ускорь сейчас же или я отстраню тебя от тренировки.
К подобным угрозам он никогда еще не прибегал.
— Ты не имеешь права на это, — огрызнулась девушка.
— Эйрин, не испытывай моего терпения.
Она не ответила. Чуть позже он воспринял от нее стрекочущее, как пулеметная очередь, щебетание. Эйрин подчинилась требованию.
— Отлично. Я отправляю закодированный сигнал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
