могут стать последователями Иисуса, не становясь иудеями. Для мужчин это означало, что они не должны принимать обрезания. Для мужчин и женщин это означало, что они не должны принимать чужие для них иудейские обычаи, такие как кошерная пища и соблюдение Шаббата.
Наконец, третий путь — богословский. Павел был одним из немногих интеллектуалов в ранней христианской церкви. Он был хорошо образован и очень умен. Некоторые из его посланий чрезвычайно богаты теологическими размышлениями. Во многих местах они весьма непросты для понимания даже образованнейших ученых. Павел был первым великим христианским богословом. Во многих аспектах взгляды позднейших теологов, от Августина до Аквината, Мартина Лютера и многих других, были основаны на размышлениях над посланиями Павла. Именно Павел более, чем кто-либо другой из известных нам деятелей ранней церкви, смог превратить христианство из религии, провозглашенной Иисусом, в религию, говорящую об Иисусе. Вера Павла полностью зиждется на той важности для дела спасения, которую имеют смерть и воскресение Иисуса. Она не основана на апокалиптическом учении Иисуса и Его требовании соблюдать Тору, готовясь к приходу Сына Человеческого. Для Павла праведность перед Господом вовсе не зависит от соблюдения Торы. Она зависит от веры в смерть и воскресение сына Божьего.
ПРОБЛЕМЫ ПАУЛИНИСТИКИ
Некоторым образом для нас проще узнать учение Павла, нежели учение самого Иисуса. Ведь в случае Павла мы имеем его собственные книги. Иисус, как мы знаем, никогда ничего не писал. Павел, напротив, писал, и до нас дошли его послания. Тем не менее существует немало трудностей в изучении жизни и посланий Павла.
Павловы псевдоэпиграфы
Термин «псевдоэпиграф» буквально означает «написанное ложно». Это синоним для более общеупотребительного слова «фальшивка». Так говорят о сочинениях, ложно приписанных какому-либо известному человеку. Например, если бы я написал книгу под именем Генри Дункельмайер, это был бы псевдоним. Однако, если бы я взялся писать под именем Стивена Кинга или Барака Обамы, это была бы фальшивка. Я бы претендовал на имя известного человека, являясь на самом деле кем-то другим.
Такие вещи подчас случаются в наше время и куда чаще случались в древности, когда распознать фальшивку было намного сложнее. Ведь многие люди не умели даже читать. И тем меньше людей могли, читая внимательно, понять, что их дурачат.
Когда в древности фальшивку удавалось изобличить, ее почти всегда осуждали, как ложь и литературный обман. Но авторы тем не менее писали фальшивки. Мы имеем множество таких примеров в языческой, христианской и иудейской литературе. Писавшие фальшивки люди не обязательно руководствовались дурными побуждениями. Почти всякий мог согласиться с тем, что есть такие случаи, в которых ложь уместна. Многие люди в древности, как и сейчас, полагали, что если ложью можно достичь большего блага, то это оправдывает обман.
С XIX в. ученые поняли, что некоторые из книг Нового Завета, приписываемых Павлу, вероятнее всего не принадлежат его перу, но написаны кем-то другим. Исследователи Нового Завета склонны называть их «псевдоэпиграфами», чтобы избежать негативных коннотаций, связанных со словом «фальшивка». Но, как бы мы ни называли эти книги, они, вероятно, были написаны авторами, которые хотели быть принятыми за Павла. Послания Павла подразделяются на три группы. А) Пастырские послания, то есть два послания к Тимофею и одно к Титу. Большинство исследователей уверено в том, что они не принадлежат Павлу. Б) Девтеропаулинистские послания: ефесянам, колоссянам и Второе послание к фессалоникийцам. Об этих трех книгах много споров, однако большинство исследователей все же уверены, что они не были написаны Павлом. В) Послания, несомненно принадлежащие Павлу. Это оставшиеся семь: римлянам, два послания коринфянам, галатам, филиппийцам, Первое послание к фессалоникийцам и послание Филимону. Кроме этих семи книг, других посланий Павла не существует. Ничто из написанного им не выходит за пределы Нового Завета. В этой главе мы рассмотрим только эти семь посланий, так как не имеет смысла изучать учение Павла по сочинениям, которых он не писал. Остальные послания мы рассмотрим в главе 13, где отчасти поговорим о том, почему исследователи отказывают Павлу в их авторстве.
Случайность посланий
Тем не менее, даже уменьшив круг текстов до семи, несомненно принадлежащих Павлу, мы не решим наших проблем. Иная проблема состоит в том, что послания Павла «случайны». Я не имею в виду, что Павел написал их случайно. Скорее то, что он писал каждое из них по определенному случаю. Почти все послания адресованы церквям, которые Павел прежде основал, и связаны с различными проблемами: возникшие в них лжеучения, проблема бессмертия, этические или доктринальные споры. Павел писал свои послания, чтобы разобраться с этими проблемами, когда в том возникала необходимость.
Это обстоятельство затрудняет толкование. Ведь мы не знаем причину, заставившую Павла взяться за перо. Мы можем только пытаться реконструировать ее из самого текста послания. Как мы уже видели, сложно будет правильно интерпретировать текст, не зная контекста. Более того, поскольку все послания Павла написаны по случаю, это означает, что многие вещи, крайне важные для Павла, он никогда не упоминал в посланиях, поскольку тому не представился подходящий случай. Поэтому мы не можем полагать, что из чтения посланий мы узнаем все, что было важно для Павла. О множестве первостепенных вещей он просто не говорит.
ОТСТУПЛЕНИЕ
Другие источники о жизни Павла
Точно так же, как с I в. до самого Средневековья возникало множество легендарных рассказов о жизни Иисуса, появлялись и многие повествования о жизни Павла и других апостолов. Наиболее раннее из них — Деяния Павла и Феклы, повествующие о женщине-аристократке, обращенной Павлом и тронутой его проповедью, которая значительно отличается от той, что мы увидим в Новом Завете.
Как и апокрифы о жизни Иисуса, эти истории о Павле важны для нас не тем, что они говорят о самом человеке, но тем, что они открывают нам о христианстве той эпохи, когда такие истории были созданы. То же самое можно сказать о написанной в III в. поддельной переписке Павла и Сенеки, знаменитого философа и наставника императора Нерона. Написанные через два века после смерти обоих адресатов (убитых, согласно традиции, по приказанию Нерона), эти четырнадцать писем должны были показать, что значимость посланий Павла признавал один из величайших философов, живших в его дни. Во втором письме «Сенеки» к Павлу он заявляет, что поражен Павловыми писаниями и желает показать их самому императору: «Я собрал некоторые из твоих свитков и привел их в определенный порядок, согласный с тем, о чем в них толкуется. Также я решил прочесть их императору. Если только судьба будет благосклонна и он выкажет интерес,
