— Честное слово, я очень удивлен. И какое это могло оказать влияние на вашу беременность? Дальнейшее развитие плода было нормальным?
— Не знаю, честное слово. Об этом заботились другие люди. Делали это гораздо лучше, чем я. Плод был удален на Алпайне, место нашей первой остановки. Знаете, я впервые с тех пор говорю об этом. Это был приличного вида адаптационный центр и очень как помнится хорошо оборудованный… Думаю, сейчас где-то на Алпайне бегает одиннадцатилетний гражданин. И не подозревает, что происхождение его — или ее — очень и очень странно… — Лицо Элли стало мягче, но она так и не улыбнулась.
Ломбок откинулся на спинку стула с наслаждением потянулся, подняв руки. Он посмотрел вверх, потом по сторонам. Потолок тонул в полумраке древних арок.
— А кто это Последний Спаситель, если вас не шокирует мое невежество?
— Не шокирует. Мы узнаем, когда ОНО придет.
— ОНО?
— Говоря это, мы заставляем людей подозревать в нас тех, кто поклоняется берсеркерам. Абсолютно неверно. Спаситель будет, есть совершенно за пределами всякой классификации жизни и не-жизни.
— Всемогущ? Идентифицируется с Создателем?
— Не вижу смысла в ваших вопросах.
Ломбок жизнерадостно переключился на другую тему.
— Вы собирались рассказать мне еще что-то относительно вашего полета к Таджу.
— Да. — Элли заметила, что пальцы ее теребят полу серой одежды и заставила их успокоиться. — Описания бесполезны, как мне кажется. Я пыталась делать запись, снимки. Но когда мы вернулись обратно, ничего полезного из них извлечь не удалось.
— Я знаю. Если бы не два предмета, которые вы привезли с собой, вам просто могли бы не поверить.
В глазах ее вспыхнул веселый огонек.
— Я не хотела бы касаться этой темы. Вопросы безопасности, вы понимаете?
— Я думал, что это для вас роли не играет.
— Но должно играть для вас, тем не менее. Теперь я в самом деле вижу, что вы работаете в Департаменте Обороны. Скажите, посылались ли новые экспедиции к Таджу? Наверняка, я так думаю. Ведь прошло столько времени. Хотелось бы знать, что они там нашли.
И мне хотелось бы, подумал Ломбок кисло. Из двух посланных экспедиций пока ни одна не вернулась. Это еще не означало, конечно, что сними случилось непоправимое. Но еще один стандартный год, и…
— Я занимаюсь делами, далекими от отдела разведки, — сказал он.
Элли снова смотрела куда-то за спину Ломбока.
— Хотите узнать, как это было. Хорошо, я вам расскажу. В определенный момент стало казаться, будто корабль вывернуло наизнанку, и к тому же сжало до размеров большого надувного мяча, вроде тех, какими на пляжах играют. Сферическая форма сохранилась, но размерами корабль был не больше метров двух. И я сидела на это штуке верхом — вроде, как в старинном седле для дам. Мое тело… я была не в состоянии определить, где находилась — внутри или снаружи. Но я уверена, что все это мне не приснилось, нет. Голова моя была гигантских размеров и торчала наружу, совершенно незащищенная.
— На вас не было скафандра?
— Был. Когда эксперимент только-только начался. Но потом я как бы очутилась снаружи.
— Полковник Маркус в это время был без сознания?
— Да. Капитан Маркус — тогда. Я не могла связаться с ним по интеркому, который трансформировался в какую-то невероятную комбинацию тончайшей запутанной проволоки. Я посмотрела вокруг, осмотрела этот… гигантский пляжный мяч, но не могла понять, что это такое. На корабль это похоже не было.
— А что происходило вне корабля? В пространстве?
Последовала пауза, как никогда — с начала разговора — длинная. Словно Элли пришлось решать в уме сложную математическую проблему.
— Порядок, — сказала она, наконец. — И беспорядок. Но, быть может, то, что казалось хаосом, было лишь порядком более высокого уровня, мне еще недоступного.
— А что-нибудь более конкретное вы не могли бы мне рассказать?
— Могу. Но не думаю, что это вам поможет понять, почувствовать то, что происходило там.
Она коротко вздохнула и начала снова:
— Когда вам снится сон, то сначала в мозгу возникает концепция ощущения, а потом сознание и подсознание генерируют в мозгу соответствующий аккомпанемент. Но это определенно не было сном. Но думаю, что принцип действия был аналогичным. Сначала я почувствовала, осознала присутствие некоего порядка, потом увидела части этой структуры, окружавшие корабль. Каким-то образом я могла оценивать, наблюдать, сопоставлять, у меня было чувство дистанции. Словно были мы внутри геодезической сферы, но размерами со звезду. Я ничего подобного раньше не испытывала. И едва ли придется испытывать мне что-либо подобное в будущем… Я одна ощущала хаос, или видимость хаоса. То, что происходило, не имело для меня смысла. И кроме того, мне виделся туман, вернее, что-то, больше похожее на скопление водяных капель. Но этот «туман» был таким густым, что я в буквальном смысле видела, как завихряется он от движения нашего корабля. И звуки — не могу в точности сейчас припомнить эти звуки, не говоря уже о том, чтобы описать. Но воздействовали они на меня примерно таким же образом. Порядок и хаос, переходящие друг в друга. Музыка, и в то же время не музыка. И мне все время казалось, что если бы я могла остановить корабль, то радостно провела бы свою жизнь, до конца ее раскрывая тайны и загадки, скрываемые всего лишь в одной пригоршне этого тумана… Сейчас ее руки были неподвижны, но костяшки пальцев побелели от напряжения. Лицо ее было почти спокойным, но Ломбок, к своему изумлению, вдруг увидел в ее глазах странный блеск, словно они наполнились готовыми пролиться слезами.
По какой-то причине сила ее взволнованности заставила его слегка встревожиться, и даже немного рассердила его.
— На послеполетном докладе, — напомнил он, — вы не упоминали о чем-либо подобном.
Она медленно повернула голову и посмотрела на него.
— Я была не в состоянии, — ответила она, немного расслабившись. — Мои чувства… развивались, наслаивались… все эти годы.
Но Ломбок не был удовлетворен.
— Это загадочное образование, Тадж, — сказал он, — находилось в нескольких часах полета на субсветовой скорости от весьма массивной звезды. Я имею в виду звезду, выбросившую плазменный фонтан, в котором вы пытались скрыться от берсеркера.
— Да.
— Вам не кажется, что это явное несоответствие? Вам не кажется, что физической реальности это образование, так повлиявшее на ваши чувства, не имело?
Ломбок не был впечатлен мистическими переживаниями — любой мог испытать нечто подобное, просто-напросто вдыхая дым особого рода травы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
