Астигала, которая поддерживала в тебе истинный дух воителя. Так пусть же сейчас эта кровь дарует тебе стойкость и силу, чтобы ты смог принять ещё один удар предназначения, — немного помолчав, он продолжил, — Безумие зашевелилось. Восток пришёл в движение. Асаиду приснился вещий сон. Однако он отличен от тех, что видели Золина и Вихрь. Расскажи» И юный воитель во всех подробностях изложил то, что он увидел, услышал и почувствовал. Этот рассказ вызывал сильное раздражение в душе вирана. Однако он всё-таки нашёл в себе силы для того, чтобы сдержать его. Повисло небольшое молчание, которое было разорвано Вихрем: «Но почему так рано?» «Это последнее испытание» — отчеканил Адин. «Верно, — поддержал его Дракалес, — Всё это поможет нам выработать стойкость и твёрдость духа. Но, помимо этого, вмешательство Зораги приблизило мгновение начала войны. По всей видимости, Иртур и его наместник были уничтожены эпидемией, потому что носили в себе слишком много безумия. И теперь две части целого объединились, чтобы выступить против нас. Золина и Вихрь в своих сновидениях видели самих виранов, а также их воинства. Асаид же видел чудовище и великое множество людей, которые плелись за ним, как рабы. Это сражение может быть тяжелее всех предыдущих» Адин сделал несколько глубоких вдохов, чтобы помочь себе справиться с подступающей злобой, а после отвечал: «Выступаем на рассвете, — но тут же осёкся и обратился к Дракалесу, — Если ты, конечно, не хочешь предложить иное решение» — «Сподручнее будет двинуться наперекор противнику прямо сейчас, пока он не вступил в твои земли и не начал истреблять тех, кого нужно защищать» Чуть помолчав, он ответил: «В этот раз я не допущу такой оплошности. Хорошо. Объявляй сбор. И пусть с нами пребудет твоя милость, бог войны» — «Она уже с вами»
Облачаясь в доспехи, Асаид начал вспоминать различные приёмы, чтобы его тело было готово к предстоящим битвам. Он хотел вернуть себе доброе имя великого воителя, славного щитоносца, каким его помнили. Отчасти он желал этого ради той славы, которая была у него раньше. Но всё же самым главным было желание приносить как можно больше пользы. И вот, облачившись в свой полный комплект, он снова почувствовал, что стал могущественным, как Золина, и стремительным, как Вихрь. В голову снова вернулись различные знания того, как он может искусно владеть своим оружием и своим щитом. Он опять начал уверенно стоять на ногах, а доспехи перестали быть ношей. Пытаясь понять, что произошло, он подумал, будто бы Дракалес вновь начал воздействовать своим духом на всех гвардейцев, чтобы они могли проснуться и приготовиться к сражению. Конечно, в голове промелькнула мысль, что к нему вернулось благословение эджага, так что его желание снова исполнилось, однако мысль о вмешательстве бога войны ему показалась более надёжной. И он направился на главную площадь, куда стягивались остальные воители. Но, вглядываясь в сонливые лица своих сополченцев, он начинал осознавать, что источником его силы был отнюдь не Дракалес. Однако не торопился с этим выводом, а хотел спросить об этом у тарелона, когда встретится с ним на площади.
А там, на главной площади он ещё сильнее убедился в том, что дело не в присутствии воителя Атрака, потому что гвардейцы все до единого были невыспавшимися. А царившее безмолвие только лишь подтверждало всё это. Ваурд вместе с Золиной стояли чуть поодаль. Он двинулся к ним, а, когда приблизился, Золина удивилась: «Как это получилось так, что ты прибыл быстрее Вихря? Уж я-то думала, что нам всем придётся ждать тебя одного» Асаид глянул на Дракалеса и спросил: «Так это что, наш учитель не поднимал боевой дух всего воинства?» Ваурд, рассмотрев юношу, заговорил: «Твоя латная перчатка. Она обладает чарами эджага» Асаид поглядел на обе и спросил: «А какая именно?» — «А ты сам как думаешь?» Асаид вернулся в тот вечер, когда исполнительница желаний подсела к нему, и попытался припомнить каждую деталь того разговора. Он помнил её каждое движение, а потому не составило труда уцепиться за тот миг, когда она взяла со стола его перчатку якобы для того, чтобы понять, насколько она тяжёлая. Асаид опустил левую руку и, глядя на правую, произнёс: «Получается, эта эджага подарила этой перчатке магический эффект. Когда я её надеваю, становлюсь могущественным, как Золина, и стремительным, как Вихрь» Девушка усмехнулась: «Что? Я не ослышалась? Ты попросил у эджага быть могущественной, как я?» — «Да. А что тут такого? Вы с Вихрем считаетесь самыми ценными воителями. Вот и я захотел быть подобным вам» Дракалес поддержал его: «Достигнуть величия можно двумя путями: возвышаться самому или же ровняться на тех, кто возвысился. И первый, и второй пути правильные» Золина отвечала: «Нет, я ни в коем случае не насмехаюсь над тобой, Асаид. Просто… Ровняться на меня… Никогда не думала, что я настолько прям велика. Так это получается, на мне лежит ответственность всегда поступать безупречно, чтобы всегда и во всём подавать положительный пример?» Дракалес сказал: «Именно так. Однако, если ты всё-таким совершишь ошибку, если всё-таким споткнёшься, в этом нет ничего тяжкого. Другие, глядя на тебя, будут также понимать, чего нужно избегать, чтобы не оступиться. Поэтому не старайся быть той, кем ты не являешься. Просто будь собой. А те, кто на тебя смотрят, сами сделают нужные выводы» — «Что ж, это я умею. Спасибо»
Чуть позднее прибыл и Вихрь. В отличие от воителей, которые, того и гляди, уснут на месте, он был бодр и полон сил. Когда Золина поинтересовалась, чего это он так долго, то рассказал, что не мог решиться принять своё зелье. Но, когда уронил свой нагрудник в пятый рад, понял, что без чудодейственного лекарства не обойтись. Но всё же не торопился его принимать, ведь, испив из склянки, он, по сути, запустит необратимый процесс, пока действие микстуры не прекратится со временем само. Асаид недоумевал, что это за чудо-зелье такое и почему никто этого зелья не даёт ему. Вихрь вспомнил, что не рассказал щитоносцу об эксперименте Индура, а потому вкратце поведал ему о своём источнике силы и побочных эффектах, которые может вызывать этот самый источник, а также рассказал, почему его собеседник ничего об этом не знал. Асаид ответил: «Так вот откуда в тебе такая стремительность… И что, когда ваш с Индуром эксперимент будет проводиться над другими воителями?» — «Пока неизвестно. Мы ещё не до конца поняли, почему некоторым он даёт силу, а другим — похоть» Асаид обратился к Дракалесу: «А что скажешь на
