Но слух терзал жестокий вой, доносившийся откуда-то из-за стен, со всех сторон; Хаген не мог ошибиться: трубили атаку. В небе промелькнул стремительный крылатый силуэт, со спины летуна приветственно взмахнул рукой Ракот, его алый плащ вился за ним, словно лоскут пламени, а навстречу Хагену и прочим через крепостной двор бежал сам Хедин.
Бежал — и внезапно замер, словно налетев на невидимую преграду, когда увидел Сигрлинн. И доли мгновения не прошло, а воздух вокруг него задрожал от могучих защитных заклятий вкупе с накапливаемыми для испепеляющего удара силами. Хаген мог оценить быстроту своего Учителя. Оценила и Сигрлинн.
— Сильно и ловко, Хедин, — криво усмехнулась она одними губами, глаза оставались тёмными и полными гнева. — Но я не собираюсь сейчас тягаться с тобой — если, конечно, ты не решишь испытать себя.
Маг откровенно оценивающе взглянул на неё и отвернулся, не удостоив и словом. Его рука обняла за плечи Хагена и Хрофта.
— Я счастлив, что вы вернулись. — Голос Хедина дрогнул. — Было жарко?
— Я бы сказал, весьма холодно, — буркнул в ответ Старый Хрофт. — Эти Дальние там едва всех нас не прикончили…
— Хорошо, сейчас поднимемся и всё обсудим. — Хедин кивком указал на верх Главной Башни. — Пойдёмте, сейчас здесь тоже будет… немного шумно.
— А она? — мотнул головой в сторону волшебницы Хаген.
— Она? Не беспокойся за неё, уж она лишилась сейчас почти всей силы.
— Мог бы и промолчать насчёт этого, — с холодной яростью обронила Сигрлинн.
— После того, как ты чуть не убила меня там, на Дне Миров? — в упор спросил Хедин; однако волшебница не отвела взгляд, а лишь презрительно усмехнулась.
Их беседу вновь нарушил рёв бесчисленных рогов, и Хедин поспешил увести всех внутрь.
— Маги моего Поколения пытались сделать воздух каменным, — чуть усмехаясь, рассказывал он, когда все шли по винтовой лестнице в его покои. — Пришлось повозиться…
— И как же ты справился? — ядовито осведомилась Сигрлинн.
— Я что-то не пойму. — Хедин внезапно остановился. — Ты думаешь, я стану рассказывать обо всех этих вещах прямо тут, при тебе? Я ещё не обезумел. И не думай, что меня успокоит то, что ты не можешь сейчас по-настоящему сопротивляться. Я хорошо помню, как всё было! — Его щека дернулась, и он отвернулся.
В молчании они поднялись ещё на несколько этажей; неожиданно Маг остановился возле ничем не примечательного участка стены.
— Тебе сюда. — Он иронически-учтиво посторонился, пропуская волшебницу вперёд. — Не бойся, это ненадолго. Я не Мерлин, у меня нет привычки пытать или мучить.
Каменная кладка на глазах подергивалась туманной рябью, мощные обтёсанные глыбы таяли в воздухе; открылась полукруглая арка и за ней — небольшая комната без окон: но освещенная ровным магическим светом. Пол и стены покрывали богатые ковры тёмно-алого цвета, на столе Хаген увидел изящную серебряную вазу с фруктами.
— Побудь пока здесь. — Волшебник повторил приглашающий жест. Сигрлинн опалила его яростным взглядом — как же, её, вторую по силе в Поколении после Мерлина, сперва умыкнули, точно зазевавшуюся деревенскую девку, какие-то там Дальние, а теперь вот сажает под замок собственный былой любовник! Однако выбора у неё не осталось, она молча прошла в покой, более напоминавший тюремную камеру, и стена сомкнулась за ней.
Хедин долго возился, опутывая вход сложными Охранными заклинаниями; наконец закончив, он повел Хагена и Хрофта наверх.
— Не хватало ей только увидеть Читающего, — ворчливо заметил Маг.
Хагена, однако, не оставляла тревога. Он уже догадывался, что за стенами Хединсейской крепости стоит войско Замка Всех Древних. Предстояло жестокое сражение, магический поединок, и зачем нам эта волшебница в цитадели, она спокойно сможет вычислить все хитросплетения защитных чар, что окружали остров… Хотя с другой стороны — не отпускать же Сигрлинн восвояси!..
— Учитель, она не сможет выбраться? — не удержался всё-таки от вопроса тан.
— Нет. Дальние лишили её почти всех сил, она в состоянии творить лишь самые несложные заклятья и управлять совершенно незначительными силами, — ответил Маг. — Но я зачаровал её так, как будто она попала к нам в руки полной сил. Ей, чтобы стать прежней Сигрлинн, необходимо добраться до её дворца в Джибулистане… а потом ещё отправиться кое-куда, но да уж я постараюсь, чтобы она задержалась тут подольше.
…Когда тан закончил свой рассказ, за стенами в третий раз грянул вражеский сигнал атаки.
— Долгонько они ждали, — заметил Старый Хрофт, поднимаясь и поправляя меч. — Должен сказать, что хотя я промёрз и устал, но отнюдь не прочь подраться ещё! Я давно уже так славно не сражался! — Хрофт, тебе пора спешить к войску, в Хранимое Королевство, наши воины там и так уже долго оставались без предводителя, — покачал головой Хедин в ответ на юношески-запальчивую речь Отца Дружин. — Здесь и твой, и мой меч бессильны. Если дойдёт до рукопашной… тогда уж лучше самим броситься в пасть какому-нибудь чудищу Хаоса или самому Неназываемому.
— Никогда не понимал в этом вас, Магов, — пожал могучими плечами Владыка Асгарда. — По мне, смерть на поле брани куда милее. Когда вокруг свистят клинки и валятся тела… то и смерть, коли она суждена тебе, приходит легко и незаметно. Странно, что нужно говорить тебе такое! Нет, я остаюсь. А с войском ничего не случится. Я отдал все необходимые распоряжения. Гномы уже собирались уходить в свои горы, табунщики Рогхейма — обратно в степи. Оставались гоблины, тролли и люди, но для них я подыскал недурное убежище.
Хедин покачал головой, но возражать не стал, Хаген же не мог скрыть своей радости. Наспех собранные отряды Хрофта выполнили свою задачу и теперь могли рассеяться и укрыться, а вот иметь рядом такого бойца, как Отец Дружин, — считай, половина успеха!
И тут их мирная беседа оказалась прервана самым неподобающим образом. Перед окном покоя появился некто с четырьмя кожистыми крыльями, и жуткая, усаженная клыками пасть прошепелявила:
— Они двинулись.
— Спускайся вниз, Хаген. — Хедин поднял на Ученика тяжёлый взгляд. — Ваши мечи понадобятся не скоро — я надеюсь, вообще не понадобятся.
— Я должен видеть, — упрямо опуская голову, возразил тан. Едва ли не впервые в жизни он возражал наставнику. Как разительно не походил сейчас этот гордый воин на ту жалкую побирушку, что Судьба сделала его матерью!
Поколебавшись, Маг уступил.
— Только не мешай мне, — распорядился он. — Будь где-нибудь поблизости, чтобы если понадобится… — Он не окончил фразы. За узкими бойницами покоя завыло, загрохотало и заулюлюкало тысячами голосов, дневной свет померк, по краям неба заплясали безумные многоцветные сполохи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
