Из наших очаровательных деревенских пейзажей мне особенно милы опушки леса с ухабистыми дорогами и тропинками. Если сюда добавить еще амбар или покосившийся сарай, то это уже толчок к творчеству. Формы самих сараев предельно просты и одновременно многообразны своей примитивной оригинальностью. Вокруг них можно встретить живописные поленницы дров, стога сена, навозные кучи и разнообразную хозяйственную утварь. Они предстают передо мной как почти готовые натюрморты, оживленные курами и поросятами.
Картина всегда требует некоторого обобщения действительности, достигаемого путем упрощения, отказа от второстепенных деталей. Всем, наверное, приходилось любоваться отражением берегов на глади водоемов, замечая, как меняется картина при появлении ряби или волн. Сначала исчезают детали растительности, затем размываются формы и контуры, наконец, остается только цвет, и ничто уже более не отвлекает глаз от его восприятия. Так и художник, ориентируясь на свое внутреннее ощущение, должен построить соответствующий ему образ. Волнение автора передается зрителю, и картина, лишенная многих деталей, способна рассказать замысел точнее и убедительнее любой фотографии, с безукоризненной передачей форм, размеров и цвета.
Трудным моментом пейзажной живописи – изображение неба. Тут есть и чисто физическая причина. Являясь активным источником света, небо не может быть объективно передано красками, лишь отражающими свет. Сразу ощущается несоответствие между его низкой светимостью и освещенностью местности. Спасают ситуацию облака, отражающие свет, падающий снаружи, и задерживающие внутренний, как занавески на окнах.
Хорошо исполненное небо или даже одно облако могут быть темой целой картины. Только большим мастерам с помощью специальных приемов удается добиться полной гармонии неба и остального пейзажа. При этом небо редко бывает прозаически-синим: тут одновременно и голубые, и розовые, и фиолетовые тона. В других случаях мы находим небо желтым или желто-зеленым. Утреннее небо наполнено оптимизмом и бодростью, а вечернее – усталостью и обреченностью.
Схожие проблемы начинающего художника связаны с изображением яркого солнечного дня. На первых порах я пытался решить их с помощью добавляемых в краски белил, но картины получались не солнечными, а блеклыми. А секрет оказался в тенях. Только сочетание светлых и темных мест способно создать впечатление яркого солнечного освещения. Это очень хорошо видно на экране телевизора во время трансляции футбольного матча в солнечную погоду, когда одна половина поля в тени, а другая на солнце. Телекамера настраивает чувствительность по среднему уровню освещенности. В результате в освещенной части заметны лишь тени игроков, а в теневой не видно вообще ничего, зато эффект яркого солнечного дня налицо.
Непростым оказалось для меня изображение почти всегда присутствующего в пейзаже луга. Поначалу я старался изобразить как можно больше отдельных элементов и цветов. Это требовало много времени, но не приводило к желаемому результату. Картина пестрила, не радуя глаз.
Опыт подсказал, что при изображении травы важны не столько отдельные детали, сколько нюансы, такие как небольшое изменение цвета в зависимости от рельефа, наличие и направление теней. Распределение цветов не должно быть равномерным, обычно они растут группами, отвоевывая территорию в конкурентной борьбе. Прекрасным украшением луга является тропинка. Совсем не обязательно изображать ее в явном виде, достаточно наметить лишь линию в траве мелкими признаками: изменением цвета зелени, теневым эффектом или определенными дорожными цветами.
На первых порах я рисовал чем попало и на чем попало. Но постепенно стал обращать внимание на качество красок и основу. С красками все просто: чем выше их качество, тем лучше. А вот с основой обнаружились тонкости. Идеально гладкая поверхность для масла и акрила вообще не годится. Рельеф и форма неоднородностей на холсте или картоне исключительно важны. Краска, нанесенная на неровную поверхность, ложится не на полную глубину и позволяет получить интересные переходы цвета. Картина приобретает богатство оттенков, на ней появляется тонкий узор, могущий точно передать ствол дерева, поверхность камня, траву, листву, рябь на поверхности воды и даже кожу на лице человека.
С учетом этого творческий процесс нужно начинать уже на стадии грунтовки основы, заблаговременно предвидя детали картины и регулируя по месту масштаб и глубину неоднородности грунта. Сделав затем выверенный подмалевок жидкой краской, можно после его высыхания прописать детали точными нежирными мазками. Как я теперь вижу, именно так нарисованы некоторые картины величайшего импрессиониста К. Моне.
Вероятно, всему этому можно научиться из книг, но поскольку я шел по пути собственного познания, то не лишил себя радости этих и многих других маленьких открытий.
Очень полезным оказалось знакомство с акварельной живописью. Здесь совсем другая техника и другие требования. Главное – неожиданность решения, прозрачность, легкость и мягкость цветовой гаммы. Детали отходят на второй план. Всю картину можно начать и закончить за двадцать минут. При этом любая ошибка тона смертельна. Не стоит и пытаться ее исправлять. Лучше сразу выбросить испорченный лист. Сочетание красок и оттенков для акварели важнее формы предметов. К примеру, стволы деревьев могут быть кривыми и рваными и при этом не только не вызывать раздражения, но и стать привлекательным моментом картины. Толстая, непрозрачная акварель мгновенно теряет все свое обаяние.
Наблюдая на выставках картины больших мастеров, я всегда поражаюсь их умению работать крупными мазками. С близкого расстояния они кажутся грубыми и даже небрежными, но, отойдя уже на метр, залюбуешься точностью передачи фактуры объекта. На картинах И. Репина люди на заднем плане изображены вообще двумя-тремя мазками, да и на переднем деталей у них не так много, но выглядят они очень убедительно, а колористика такая, что глаз от картины не оторвешь. Натюрморты К. Коровина, сделанные в такой же технике, на мой взгляд, гораздо живее детализированных до тонкостей роскошных букетов цветов с жучками, червячками и бабочками голландских живописцев.
Для меня техника крупного мазка осталась, к сожалению, неприступной. Видимо, здесь без таланта одним усердием не обойтись. Приходится довольствоваться голландским стилем.
Чем крупнее масштаб художника, тем больший размер полотен ему по плечу. Большой размер картины повышает требования и к сюжету, и к композиции, и к колористике. Моим уделом и излюбленным форматом являются миниатюры. Миниатюру можно сделать за один сеанс. Все необходимые принадлежности помещаются в одной небольшой коробке, что позволяет взять их в любое путешествие или командировку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
