Но что толку в том, что она понимала это. До сих пор Илна не слишком верила в то, что одни неприятности притягивают другие. Особенно если начинаешь думать о них. Но сейчас, будучи погребенной в каменной могиле, она была почти убеждена в этом.
Громкое стрекотание кузнечика отвлекло девушку от грустных мыслей. Пещерный житель размером с крупную мышь сидел на зеленом грибе. Его длинные тонкие задние ноги стряхивали вниз крупные белые споры.
Задумчиво рассматривая странное насекомое, Илна отжимала шелковые нитки, которые достала из рукава. Раз за разом пропуская их сквозь пальцы, девушка пыталась сообразить, что делать с мокрой туникой. Наконец она решила, что на теле одежда высохнет быстрее, чем на камне во влажном воздухе пещеры. Этот процесс можно ускорить, если ее отжать.
— Согласись, сейчас наше положение намного лучше, чем прежде, — вызывающе заявила Алекта. Ее слова эхом разнеслись по пещере.
— Все стало еще хуже после того, как ты убила священника, — попыталась осадить ее Илна. — Но мы не можем изменить прошлое. Поэтому теперь нужно думать, как отсюда выбраться. Я займусь этим, как только передохну.
Девушка сказала это спокойно, внимательно наблюдая за действиями дикарки и держа наготове петлю на тот случай, если Алекта захочет пустить в ход кинжал. Илна не знала, что будет делать с компаньонкой, когда обезоружит ее. Но наверняка сможет что-нибудь придумать.
— Тьфу, — сплюнула Алекта и, круто развернувшись, направилась в глубь пещеры.
Илна подумала, что дикарка собирается лечь, но та принялась с увлечением изучать круглые шляпки грибов.
Девушка нахмурилась и тоже начала рассматривать пол и стены пещеры. По светившейся в сумраке растительности ползали насекомые, очень похожие на тех, что она привыкла видеть на поверхности земли. Только эти были значительно крупнее своих земных сородичей. А не обитают ли в пещере и «божественные твари»? Но никаких следов присутствия чудовищных саламандр в подземелье она не обнаружила. Хотя, возможно, после того, как огромная тварь погибла, ее меньший сородич и приползет на это место.
Илну беспокоили мысли о еде. Вполне может быть, что вездесущие грибы окажутся съедобными. По крайней мере насекомые живут на них и размножаются. Девушка подумала, что на худой конец съест гигантского сверчка. Ела же она крабов, которых ловила у берегов речки в Барке.
Но тогда у нее была возможность запечь их на углях. А здесь Илна не видела никакой возможности развести огонь. От мысли о сыром кузнечике ее передернуло.
— Вот это да, клянусь Сестрой! — в восторге завопила Алекта. Она вскочила на ноги и повернулась к Илне, зажав в руке нож. В первый миг девушке показалось, что дикарка собирается наброситься на нее.
Но лишь показалось. Алекта держала нож как лопатку, чтобы показать подруге по несчастью темные споры, которые только что вытрясла из гриба. Для Илны они ничего не значили.
— Никогда еще не видела таких крупных, — радовалась Алекта. — Это споры грибов-путешественников, или я не женщина!
— Их что, можно есть? — Илна предпочла не обострять отношений с дикаркой, хотя не совсем понимала, о чем говорит Алекта.
Ей было непонятно, чему так радуется компаньонка. Что подразумевалось под заявлением дикарки, что она никогда не видела «таких крупных»? Может, Алекта имела в виду, что шляпки грибов размером с голову борова?
— Нет, с их помощью можно перемещаться, — снисходительно начала объяснять Алекта. Похоже, дикарка нашла ту силу, которая доставила ее сюда. — Теперь мы снова можем попасть в мир снов.
— Я не вижу, чему ты радуешься, — перебила ее Илна. — По твоим словам выходит, что ты можешь отправить наши души в мир снов. А как забрать наши тела? Они же останутся здесь.
— Правильно, — с торжеством заявила Алекта. — Я найду другую…
В тот же момент ее лицо исказилось судорогой. Она поняла, что чуть не проговорилась. Дикарка быстро исправилась:
— Вначале я отправлю тебя. А потом сама последую за тобой туда, откуда мы сможем выбраться.
— И что, окажемся в том месте, где ты найдешь следующую жертву? — язвительно поинтересовалась Илна. — Не утруждайся. Меня уже и так мучает совесть за все твои прошлые деяния.
Дикарка взвилась от бешенства и подскочила к Илне. Та попятилась.
— Хочешь сказать, что ты лучше меня? — зло выкрикнула Алекта. — Думаешь, я не знаю, какая ты?
— Вряд ли паук лучше ласки. — Илна вцепилась обеими руками в петлю. — Но я хотела сказать, что мы совершенно разные.
— Думай, как хочешь. Можешь оставаться в пещере и умирать среди этой плесени. А я собираюсь выбраться отсюда.
Алекта круто повернулась и отошла к каменной стене.
Илна попыталась успокоиться и отвлечься от происходящего. Сейчас ей просто необходим был отдых, даже больше, чем еда. Если бы удалось выспаться, она смогла бы последовать по линиям рисунка.
Илна легла на пол пещеры, положив под голову шляпку гриба. Подушка получилась жесткой, но все же лучше, чем мокрая туника, которую она так и не отжала. Оставалось лишь ждать…
Она предполагала, куда приведет ее узор из переплетенных нитей. Похоже, ей предстоит очутиться в аду, заполненном серыми пауками, которых она увидела в глазах мертвеца еще в Вэллисе.
Алекта поймала кузнечика и распорола ему брюшко. Неужели у насекомых тоже есть кровь? Наверное. Должна быть. Если ее компаньонка намерена использовать кровь в магии, пусть это будет кровь насекомых.
Дикарка потрясла шляпкой гриба вокруг себя и той фигуры, что нарисовала на полу. Тишину, царившую в пещере, нарушил хриплый от злости голос. Заклинание звучало все громче.
Споры, которые Алекта вытрясла из грибной шляпки, рассыпались и возле Илны. У них оказался резкий, но на удивление приятный запах. Сознание затуманилось. Ей показалось, что она очутилась на вершине холма, заканчивающегося воронкой, такого же, как в деревне Барка за мельницей. Девушка почувствовала, что скользит вниз по склону и хотела остановиться и вползти назад, но не могла пошевелить ни руками, ни ногами. Оставалось только покориться судьбе. На дне воронки виднелась дыра. И Илна знала, что ждет ее по ту сторону.
Дикарка пела. Илне очень хотелось расхохотаться. Но судьба сложилась так, что сейчас она была всего лишь безмолвным наблюдателем. Она будет тянуть нить в свою сторону, а Алекта — в свою. Никто не сможет изменить того, что уже сплетено.
Илна полетела вниз еще быстрее. Она не стала закрывать глаза и видела, что в пещере ничего не изменилось. Просто все замерло — камни, насекомые, грибы.
Только на потолке пещеры теперь сидел паук размером с голову человека, спуская вниз блестящую нить, заканчивавшуюся петлей. Он плел паутину для следующей жертвы и смотрел на Илну немигающими глазами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
