— Я тоже так думаю. — Карус согласно кивнул. — Что ты скажешь, если я заберу у Валдрона оставшиеся войска и переброшу их от стен Доннела сюда?
Внимательно прислушивавшиеся к их разговору офицеры нахмурились и начали озабоченно переглядываться друг с другом, ошеломленные решением Каруса.
— Вы, конечно, шутите, Ваше Величество? — наконец осмелился уточнить слова короля лорд Мачон, командовавший дивизионом фаланги.
В его голосе звучала надежда на то, что это предложение действительно окажется шуткой. Он, как и все присутствовавшие здесь офицеры, знал о принце Гаррике лишь то, что раньше тот был обычным пастухом.
— Полки осаждают Доннел. Они удерживают в его стенах восставших горожан и прибывшее им на подмогу народное ополчение. — Аттапер знал принца лучше остальных, и старался разъяснить ему пагубность высказанного предложения. — Если вы отзовете армию и перебросите ее сюда, то восставшие объединятся с союзниками и нападут на нас.
Он развел руками.
— Их будет примерно вдвое больше, чем нас.
Офицеры зашептались. Кое-кто вздохнул с облегчением, когда лорд Аттапер решил изложить королю их общую позицию. Даже женщина смогла бы понять, что у принца Гаррика слишком мало военного опыта, чтобы доверить ему единоличное командование армией.
— Да, — зловеще улыбнулся Карус и обвел взглядом своих военачальников, словно кобра, приготовившаяся к прыжку. — Восставшие выйдут из Доннела. И мы перебьем их, пока они будут пытаться соединиться с союзниками. Нужно будет перебить как можно больше людей в этот момент, а всех остальных просто разогнать. Если все пойдет хорошо, то мы сможем войти в город, прежде чем оставшаяся в живых кучка трусов попытается закрыть ворота. Но с этим можно и подождать.
Лорд Довус стоял позади всех, держа лошадь под уздцы и не желая привлекать внимание короля к своей персоне. Но последнее заявление Каруса повергло его в еще большее недоумение, чем прежде, и он не смог сдержаться.
— Но граф Лердок, — пролепетал он, — попытается… Здесь всего лишь три мили до Доннела. Лердок атакует нас, пока мы будем сражаться с повстанцами Доннела и…
— Мы оставим здесь два полка тяжелой пехоты, чтобы сдерживать Лердока, — прервал его рассуждения Карус. — Этим займется Валдрон. Фаланге проще сменить место дислокации. Она легко сметет ополчение и защитников Доннела. Остальные полки тяжелой пехоты будут защищать фланги, а копьеметатели заставят выживших пуститься в бегство и не позволят им соединиться с армией Лердока.
Король ударил кулаком по левой ладони.
— Мы сокрушим их, — повторил он. — А затем обратим в бегство Лердока, пока он будет отбиваться от полков тяжелой пехоты лорда Валдрона.
— Может, мне повезет, и Госпожа укроет меня своим покрывалом, — тихо взмолился один из офицеров. Все замолчали.
Шарина похолодела. Именно так описывали тактику короля Каруса древние летописцы, когда в стремлении сокрушить врага он проявлял невиданную жестокость.
«Двадцать тысяч кабанов будут зарезаны сегодня на рассвете. Они будут верещать, и на землю, которая и так пропитана кровью, прольется еще больше крови, правда чужой…»
— Ваше Величество! — Аттапер предпринял очередную попытку защитить государство от бессмысленного поступка. — Мой принц… Конечно, граф Лердок предатель и изменник. Он предал вас и Острова. Но, кроме всего прочего, Лердок отличный полководец. Если граф поймет, что у лорда Валдрона под командованием всего два полка, то он сокрушит их и ударит нам в спину.
— Будем надеяться, что он не настолько скор. — В глазах Каруса светилась холодная ярость. — Тяжело построить войска в боевые порядки, когда на тебя нападут неожиданно. Ты должен это знать.
— Но ведь у Лердока есть кавалерия, — вновь вмешался в разговор лорд Довус. — Может, он и не сможет выставить против нас сразу всю тяжелую пехоту. Но его застрельщики на лошадях смогут сдерживать наше наступление до подхода подкрепления.
— Я выполню приказ короля и поведу фалангу вперед на врага. Вы увидите меня в деле и поймете, что я не трус. — Лорд Мачон решил использовать последний аргумент, чтобы убедить короля отказаться от своего замысла. — По вашему плану мои солдаты атакуют мятежников Доннела, когда те выйдут из города. Но если мы вступим в бой, наши тылы уже некому будет защищать.
— Замолчите! — крикнул король.
Он вцепился правой рукой в рукоять меча и силился превозмочь свою ярость. Неверие подчиненных в успех его плана взбесило Каруса.
— Вы будете выполнять то, что я прикажу, — сдерживаясь, сквозь зубы процедил он. — Другого выхода у нас нет. Или вы можете предложить мне что-то еще?
— В нашем положении, — выступил вперед мастер Ортрон, представитель палаты общин, командовавший одним из дивизионов фаланги, — ни один из предложенных планов не сработает, или пусть Сестра заберет мою душу.
Он раздраженно фыркнул и прибавил:
— Но вряд ли ей это удастся.
— Посмотрим, — рявкнул Карус на своих офицеров. Он пришпорил коня и поскакал в сторону лагеря. Туда, где находился королевский флот.
— Ваше Величество, — окликнула его Шарина и, пришпорив лошадь, поскакала вслед за королем. Девушка была не слишком хорошей наездницей. В деревушке Барка у нее не было возможности упражняться в верховой езде.
Карус не сбавлял хода. Побледневший лорд Аттапер взмахом руки приказал своему отряду немедленно следовать за королем.
— Брат! — изо всех сил закричала Шарина.
Карус оглянулся через плечо и резко повернул назад так, что спешившая следом охрана едва не врезалась в него. Из-под копыт королевской лошади полетела галька. В воздух поднялось облако пыли и песка.
— Лорд Аттапер, я хочу поговорить с братом наедине, — потребовала Шарина.
Командир стражников бросил на нее сердитый взгляд, а затем мрачно кивнул.
— Первая линия охраны, займите место впереди на расстоянии пятидесяти шагов от короля. Остальные на таком же расстоянии позади, — скомандовал он.
Карус дождался Шарину, и они поехали рядом.
— Это совсем не то, чего бы я хотел, девочка, — заговорил король, поглядывая на лагерь. Он находился уже совсем близко, всего в полумиле от них. — Но у нас нет другого выхода. Так сложились обстоятельства.
Он нахмурился.
— Признаю, я сделал ошибку, когда привел сюда армию.
Карус встряхнул головой и выпрямился в седле. В его глазах загорелся огонь. Шарина вновь увидела перед собой энергичного человека, готового действовать. В молодом теле Гаррика находился человек, которому тяготы и ужасы войны были ближе, чем заготовка дров.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
