что тот пресмыкающийся диктатор тоже был змеем.
— Вообще-то змеи всегда пресмыкающиеся. — Заметила кошка.
— Я это не к тому. Археорис будто специально позвал Антоша, чтобы показать ему, куда может завести стремление к совершенству. Ведь есть у нашего друга такая черта, он считает себя умнее нас с тобой, и это так, надо признать. Еще немного и он загордится, начнет презирать нас.
— Кто, Антош? Не могу себе представить его высокомерным. Его пагубные привычки поддерживают баланс самомнения. — Ляля потерла глаза. — Голова скоро лопнет от всяких предположений и идей. Я пошла спать.
— Я тоже. Завтра поговорим насчет цирка. Спокойной ночи.
Я шлепнул Лялю под спину и получил в ответ увесистый пинок под зад, после чего мы разошлись по разным спальням.
Глава 10
«Вий»
— Нам положен реабилитационный период после такого испытания. — Настаивал Глеб.
Шишек и ссадин последний круг оставил на нем предостаточно. Эрла терпеливо обмеряла его телесные параметры старомодным ленточным метром. Она обещала отправиться куда-то и привезти нам обновки. Из одежды я потерял больше всех, сидел в трусах и носках, скромно скрестив ноги. После Глеба Эрла собиралась обмерить меня, и это заранее вызывало у меня волнение, никак не прикрываемое скромными остатками одежды.
— Испытания подобраны таким образом, чтобы не эксплуатировать одни и те же органы.
— У-у-у, я бы поэксплуатировал один свой орган. — В устах Глеба любая шутка на пикантные темы звучала, как низкопробная пошлость.
— Кстати, я могу измерить и его, чтобы привезти ему игрушку по размеру. — Предложила Эрла и отхватила руками не ленте отрезок сантиметров в пять.
— Не… не надо, — тут же смутился Глеб, — я не сторонник этого всего.
— Теперь о других органах, которые есть у человека. Небольшая подсказка. Если на предыдущем этапе жестко эксплуатировались физические нагрузки, то с большой вероятностью на следующем будут эксплуатироваться умственные. И обычно это не логические задания. Как показывает практика иномирца, логика это способ убедить себя в невозможности невероятного, что крайне вредно для воображения.
— Намекни хотя бы, о чем будет следующее испытание. — Попросил я Эрлу. — У нас, к примеру, учителя подсказывали на контрольных в школе.
— Это другая школа. Здесь не оценка нужна, а результат. Готово. — Вампирша занесла параметры Глеба в блокнотик. — Давай, Вий, становись.
Я поднялся, всячески стараясь не думать о том, что меня сейчас будут касаться руки очень красивой девушки. Эрла растянула ленту от моих пяток, придавив ее край ногой, до затылка.
— Пропал мальчик, рост метр двадцать, глаза маленькие, зовут дядей Виктором, родители его ищут. — Переиначил я фразу из одного известного произведения.
— Когда найдут, не узнают. — Произнесла Эрла, перекинув ленту мне на поясницу. — Руки вверх.
Я послушно поднял руки, как сдающийся в плен фашист.
— Опусти.
Эрла измерила мне плечи.
— М-да, пропорции атлетические. — Похвалила она мою фигуру.
— Спасибо. Голову не измеряй, чтобы мнение не испортить.
— Ладно тебе, главное внутри головы, а не снаружи. Подумаешь, упаковали мозг в не совсем красивую коробку, ценность-то его от этого не поменялась. Хуже, когда наоборот. Упаковали красиво, развернули, а там дурно пахнущая подделка из вторсырья.
Эрла измерила мне длину рук, обхват запястья и приступила к измерению ног. Мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не выдать себя с потрохами. Я вспомнил все свои обидные клички, случаи из жизни, застрявшие в подкорке, вспомнил даже, как меня покусала отвратительная мелкая собачка, с которой таскалась в детский сад одна из мамаш ребенка.
— Он напугал мою Жужу. — Оправдала она поведение своего питомца.
— А почему она у вас не в наморднике? — Моя маман напала на хозяйку псины.
— Это еще неизвестно кому намордник больше нужен. — Парировала мамаша, намекая на мою внешность.
Возможно, именно этот случай стал начальной точкой, после которой мое самомнение забилось глубоко под плинтус. Еще в тот день я понял, как моя мать сильно меня любит. Она побила хозяйку Жужи и саму Жужу и громко объявила, чтобы все слышали, что любое оскорбление в мой адрес будет восприниматься, как «казус белли». (повод к войне) После такой демонстрации своей решительности, ей стали верить, а меня почти оставили в покое.
— Готово! — Радостно сообщила Эрла. — Следующий.
Мне почти удалось справиться с выбросом тестостерона. Кажется, Эрла ничего не заметила. Довольный своим самообладанием, я сел на место. Теперь очередь дошла до Бориса. Судя по выражению его лица, он был не здесь, не с нами. Возможно, это был его способ избежать неприятных моментов, присущих молодому мужскому организму.
— Представляете, — Эрла смущенно улыбнулась, и я понял, что история, которую она хочет рассказать будет интересной, — я была с тем человеком, который вытащил меня из моего мира во многих мирах, но большая часть из них выбиралась через призму его, мягко сказать, неумного желания.
— Булимии. — Вставил Глеб и потянулся за вчерашней плюшкой.
— Да, определенного рода. Как-то он решил найти мир, в котором не надо напрягаться по поводу того, понравился ты женщине или нет. Какой-то безумный ученый придумал там нейронный модуль, соединяющий мозг женщины и ее, пардон, нижнее белье.
— И как это работало? — Хоть я и не считал себя повернутым на этой теме, но очень интересовался необычными изобретениями.
— А работало это так, если женщине нравился мужчина, и она допускала с ним возможность близости, то ее… трусики… спадали вниз. Прямо на глазах симпатичного ей мужчины. По мнению ученого это решало когнитивные проблемы интерпретации сигналов женщины.
— Сложно не понять такой намек. — Я почесал свой затылок, хотя зачесалось не только там.
— Эрла, а у тебя есть такие? — Нескромно спросил Глеб и покраснел, как вареный рак.
— Я специально хожу в брюках, чтобы ты ничего не заподозрил. — Эрла клацнула в его сторону зубами, из-за чего Глеб поперхнулся булочкой и закашлялся.
— Это не слишком красиво. — Подал голос Борис. — Явные намеки губят интерес.
— Вот уж специалист выискался. — Усмехнулся откашлявшийся толстяк.
— Обидно было бы знать, что перед тобой ни с кого, ни разу не упали трусы. — Пояснил Борис свою позицию.
— Хм, верно. — Согласился Глеб. — Есть такая вероятность.
— Простите, ребята, зря я вам эту историю рассказала. — Эрла поднялась, чтобы уйти в другой мир за вещами для нас.
— Ничего, одной интересной историей из твоей жизни больше. — Успокоил я ее.
— Это была не самая интересная. Ладно, я пошла, вернусь, как подберу одежду.
— Пока.
Мы помахали ей рукой, после чего она сделал шаг и исчезла.
— Никак не привыкну. — Глеб поднялся и потрогал то место, где только что стояла Эрла. — В гостях у сказки. И чего она вспомнила эту историю?
— Не догадался? —
