Мобильник был при нем, но Габриель не чувствовал в себе сил с кем-либо разговаривать. Из полученных эсэмэсок он узнал о скором приезде Ричарда и Рейчел. Ребекка готовила дом к приезду гостей и новорожденной. Келли сообщала, что заказала цветы и воздушные шары, которые вскоре должны доставить в больницу.
У Габриеля не хватало духу сообщить им всем, что Джулианны больше нет.
Он разглядывал личико спящей дочери и думал, как будет растить ее один. Он ведь так рассчитывал на Джулианну, не допуская и мысли, что своим эгоизмом может ее погубить.
Горе и чудовищная усталость заслонили от Габриеля весь остальной мир. Услышав чьи-то шаги, он заставил себя открыть глаза и вновь увидел перед собой такие же уродливые туфли.
– Профессор Эмерсон.
Он узнал голос доктора Рубио и поднял голову.
Вид у гинеколога был очень усталый.
– Я сожалею, что так получилось. У нас одновременно возникло несколько чрезвычайных ситуаций. Я никак не могла выйти к вам. Простите, что заставила вас так долго ждать и…
– Я могу ее видеть? – перебил врача Габриель.
– Конечно. Но я должна вам кое-что объяснить. Ваша жена…
Ему хотелось заткнуть уши. Он был весь пронизан душевной болью. Сейчас ему вспоминались все его разговоры с Джулией о детях.
Это была его вина. Он подталкивал Джулию к зачатию. Эгоистично радовался, когда она забеременела. А ведь она была совсем не готова к беременности.
Он, только он и виноват. Его семя погубило ее.
Габриель опустил голову. Отчаяние и боль – это все, что он сейчас чувствовал.
– Профессор Эмерсон! – Доктор Рубио подошла к его стулу. – Профессор Эмерсон, вы нормально себя чувствуете?
Она говорила по-английски с легким акцентом. Потом она что-то пробормотала по-испански. Габриель понял лишь отдельные слова.
– Я могу ее видеть? – снова спросил он.
– Конечно. – Доктор Рубио кивнула в сторону двери. – Еще раз прошу извинить, что вас заставили так долго ждать. Но персонал действительно был очень загружен.
Габриель медленно встал. Доктор Рубио указала на кроватку. Габриель положил туда дочь. Доктор Рубио вышла первой, катя перед собой кроватку.
Габриель вытер платком лицо, стараясь не смотреть на вышитые инициалы. Платок был подарком Джулианны. Еще одно напоминание о щедрости ее души и сердца. Габриель жалел, что не надел звезду Давида, подаренную ему на годовщину их свадьбы. Это принесло бы ему хоть какое-то утешение.
Бредя за доктором Рубио, Габриель проходил через какие-то помещения, пока не оказался в очень просторной палате с несколькими койками.
– Вот она.
Габриель остановился как вкопанный.
Джулианна лежала на одной из коек, а медсестра, склонившись над ней… делала ей укол. Габриель увидел, как дернулись ее ноги под одеялом. Потом она застонала.
Он отчаянно заморгал, будто это слезы создали странный мираж. У него подкашивались ноги.
– Профессор Эмерсон, вам нехорошо? – спросила доктор Рубио, беря его под локоть.
Позвав медсестру, гинеколог попросила поставить возле койки Джулии стул. Она помогла Габриелю сесть и подкатила кроватку.
Кто-то подал ему пластмассовую кружку с водой. Габриель недоуменно смотрел на кружку, словно никогда не видел таких предметов.
Голос доктора Рубио, до сих пор звучавший для него фоном, вдруг сделался отчетливым:
– Как я вам уже говорила, ваша жена потеряла много крови. Нам пришлось делать переливание. Когда я делала надрез для кесарева сечения, то случайно задела одну из ее фибром. Это и вызвало кровотечение. Пришлось провести дополнительную хирургическую операцию, потому все так и затянулось.
– Фибромы? – переспросил Габриель, зажимая рот рукой.
– Одна из фибром. Она была как раз в месте надреза. Мы остановили кровотечение, наложили швы. Это несколько усложнило всю процедуру кесарева сечения. К счастью, доктор Манганьелло – наш дежурный хирург – удалил фиброму. Ваша жена быстро оправится. – Гинеколог коснулась плеча Габриеля. – Главное, что вмешательство не сказалось на матке. Никаких повреждений. Вскоре ваша жена проснется. Но сознание у нее пока затуманено. Это от болеутоляющих, которые мы ей вводим. Завтра я ее проведаю… Забыла поздравить вас с рождением дочери. Какая красивая девочка у вас родилась. – Доктор Рубио потрепала его по плечу и вышла.
Габриель смотрел на Джулию. Прежней бледности уже не было. Она спала.
Медсестра заметила его слезы и предложила:
– Мистер Эмерсон, дать вам успокоительного?
Габриель замотал головой, вытирая слезы тыльной стороной ладони:
– Я думал, она… умерла.
– Что-что? – сердито переспросила медсестра.
– Мне никто не сказал. Она была похожа на мертвую. Я подумал…
– Простите нас, пожалуйста. – В глазах медсестры застыл ужас. – Кто-то из предыдущей смены должен был вам объяснить, что к чему. Одновременно с вашей женой рожала другая женщина. Ей тоже делали кесарево, но ее ребенка спасти не удалось.
Габриель молча смотрел на медсестру.
– Понимаю, это не оправдание, – тихо сказала она. – Ведь кто-то должен был выйти к вам и сказать, что с вашей женой все в порядке. Я десять лет работаю в этом отделении. У нас были смерти рожениц, но эти случаи можно пересчитать по пальцам. Единичные случаи. Когда такое случается, немедленно делают вскрытие. Тут такой шум поднимается.
Габриель уже хотел спросить, что значит «единичные случаи», как вдруг услышал стон Джулии. Отставив кружку, он бросился к ее койке:
– Джулианна!
Ее глаза открылись, но всего на мгновение.
– Посмотри на нашу дочь. Она такая красивая.
Джулия не реагировала.
Через несколько минут она снова застонала.
– Больно, – прошептала она.
– Держись. Я сейчас кого-нибудь позову, – сказал Габриель и крикнул медсестру.
Медсестра принесла капельницу и приладила трубку с иглой к руке Джулии.
– Дорогая, взгляни на нашу дочурку. – Габриель стоял возле койки, держа ребенка. – Смотри, какая красавица. У нее уже и волосики есть.
Он наклонился, чтобы Джулии было удобно смотреть на их дочь.
Джулия устремила на него бессмысленный взгляд, затем опять закрыла глаза.
– Дорогая, ты меня слышишь? – насторожился Габриель, прижимая к груди драгоценный сверток.
– Она пока под действием препарата. Но она обязательно проснется. Вы потерпите.
Это говорила медсестра. Ее голос ворвался в тягостные размышления Габриеля, решившего, что Джулию расстроил облик младенца.
