Воин издал возбужденный возглас, но потом, овладев собой, сказал:
— Вы можете пройти и будете в безопасности, пока мир между нами не нарушится.
— Не вздумай тут трепаться, — резко сказал ван Рийн. — Мы проедем и возьмемся за этих пугал, пошлем их, куда они заслужили.
Джей не решилась прервать его. У Ники много хороших качеств, если бы он еще избавился от своей вульгарности! Но у него, у бедняги, была нелегкая жизнь. Никто не протянул ему руку дружбы…
Ван Рийн проехал по тропе между пушками и стал подниматься дальше вверх.
Тропа вышла на широкую террасу перед городской стеной. Из бойниц выглядывали дула пушек. Два взвода солдат демонстрировали дисциплину и выдержку, ранее не встречавшиеся им в ордах. Глаза Джей отметили три фигуры у входа. Они были одеты в просторные белые балахоны, а шерсть их поседела от возраста. Они высокомерно смотрели на прибывших.
Она поколебалась.
— Это писцы, — сказала она.
— Никаких разговоров с секретарями и служащими, — сказал ван Рийн. — Будем говорить только с боссами.
Джей облизала губы и сказала:
— Глава небесного народа требует немедленных переговоров.
— Он их получит, — сказал один из Старейшин без выражения, — но вы должны оставить здесь свое оружие.
Ньяронго оскалил зубы.
— Ничего не поделаешь, — напомнила ему Джей. — Ты знаешь так же хорошо, как и я, что по закону Отцов никто, кроме Старейшин и воинов, рожденных в городе, не может пройти через эти ворота с оружием, — и ее кобура, так же, как и кобура ван Рийна, опустела.
Она видела, насколько тяжело разоружение дается Рокулэло, и вспомнила, что говорил ей ван Рийн об инстинкте. Разоружение для т'келанцев — это символическая кастрация. Со смелым выражением лица они побросали оружие, спешились и с напряженными спинами прошли в ворота вслед за ван Рийном. Джей заметила, как у них сверкали глаза — словно у пойманных зверей, когда они проходили через ворота.
Город Бусулонго поднимался каменными прямоугольными террасами, черными и громоздкими, над сторожевыми башнями. Улицы были узки и запутаны, полны звона кузнечных молотов и ветра. Обитатели города сторонились варваров и подбирали свои одежды, как бы опасаясь к ним прикоснуться. Три сопровождающих их члена Совета не проронили ни слова; молчание становилось все напряженнее по мере того, как они углублялись в город. Джей с трудом сдерживалась, чтобы не закричать.
В центре города возвышалось прямоугольное здание высотой метров в двадцать: без окон, с вентиляционными отверстиями и единственной дверью. Стражники у входа со свистом обнажили свои мечи и взмахнули ими в знак приветствия, когда члены Совета входили в здание. Джей услышала позади себя приглушенные возгласы. Рокулэло следовали за людьми, и она подумала, что от них будет мало проку. Освещенная факелами пещера в конце коридора была специально предназначена для того, чтобы поражать воображение охотников с равнины.
На семиугольном помосте сидели шесть одетых в белое стариков. Стена за ними была покрыта мозаикой, яркой даже в полутьме, с изображением вспыхнувшего солнца. Дыхание Ньяронго тяжело вырывалось сквозь стиснутые зубы. Он вспомнил о могущественной власти Старейшин.
«Правда, — подумала Джей, — он должен вспомнить, что люди совершают чудеса не хуже, но представления, сформировавшиеся в течение многих поколений, не так-то легко поколебать».
Их проводники сели. Вновь прибывшие остались стоять. Молчание становилось все напряженнее, Джей несколько раз сглотнула и произнесла:
— Я говорю от имени Николаса ван Рийна, патриарха небесного народа, который объединился с кланом Рокулэло. Мы пришли требовать правосудия.
— Правосудие здесь, — ответил высокий худой туземец в центре помоста. — Я Акуло, сын Блубо, глава Совета, говорю от имени города Бусулонго. Почему вы подняли на нас копье?
— Ха! — хмыкнул ван Рийн, когда ему перевели вопрос. — Спросите этого старого гиппопотама, почему они первыми затеяли эту заваруху?
— Вы лицемерите, — сказала Джей.
— Я говорю то, что думаю. Переводите. Я очень хорошо знаю, почему они так сделали, но послушаем, как они будут выкручиваться.
Джей перевела вопрос. Ноздри Акуло раздулись, он пробормотал:
— Странно. Старейшины никогда не ввязывались в ссоры на равнине. Когда вы напали на шанга, мы дали им убежище, но таков старый обычай. Мы с радостью выслушаем ваш спор и вынесем решение, но в борьбе участвовать не будем.
Джей опередила ван Рийна, с возмущением выпалив:
— Они взорвали наши стены! Кто, кроме вас, мог снабдить их порохом?
— Ах, да, — Акуло дернул себя за усы. — Я понял тебя, небесная женщина. Все произошло совершенно естественно, С разрешения Совета мы задолго до вашего прибытия сюда продавали порох для волшебства и праздников. Шанга купили у нас много пороха. Мы не спрашиваем, зачем он им. Его-то они и могли использовать против вас.
— Что он говорит? — неторопливо спросил ван Рийн. Джей объяснила. Тут выступил Ньяронго — требовалась известная смелость, чтобы возразить старейшинам.
— Несомненно, отцы клана Шанга поддержат вашу сказку! Ложь — скромная плата за оружие, подобное вашему!
— О каком оружии ты говоришь? — прервал его советник.
— Арсенал небесного народа, который шанга захватили, чтобы обратить его против моей орды, — выкрикнул Ньяронго. Его рот скривился. — Это тоже не касается бескорыстных Старейшин?!
— Но… Нет! — Акуло наклонился вперед, и голос его уже не был таким ровным, как раньше. — Правда в том, что город Бусулонго не делал ничего для организованного нападения на лагерь небесного народа. Небесный народ слаб и беспомощен — это законная добыча. К тому же они явились причиной смуты между кланами, нарушив законы Отцов…
— Законы, благодаря которым разжирел город Бусулонго? — прервала его Джей.
Акуло хмуро глянул на нее, но продолжал, обращаясь к Ньяронго:
— Благодаря совершенному нападению, шанга получили большой запас металла. У них будет много хороших ножей. Но это не настолько увеличило их силы, чтобы они могли вторгнуться в чужие земли, если их не будет подгонять отчаянье, страх и голод. Мы здесь, в горах, думали об этом и не хотим, чтобы это случилось. Забота старейшин заключается в том, чтобы сохранить существующее равновесие. Небольшое количество металла, попавшее в руки шанга, не нарушило его. У небесного народа никто не видел оружия, кроме того, что они носили с собой. Они забрали его, когда убежали. У них в куполе не было никакого арсенала. Ваш страх ни на чем не основан, Рокулэло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
