- Разумеется, господин ротмистр. Странно лишь, что вы оборвали ту побасенку на полуслове.
- Кстати, не знал! А ну-ка, развлеките - встречно!
- Ну, по крайней мере в Сибири, где ее слыхал я, баба ему на ту претензию отвечала: "Да-а? А ты сам попробуй-ка не подмахивать, когда тебя - на муравейнике!.." Тоже, знаете ли, весьма философически...
- Ну да, ну да... Хотели, как лучше, а вышло - как всегда: "Что честно умер за царя, что плохи наши лекаря" - и далее по тексту... А ведь я его уже почти оттуда вытащил, эх!..
Помолчали. Мария тем временем уже перебралась к Саше, и он буквально физически ощутил, как затеплившаяся было жизнь вновь стала покидать Расторопшина - капля за каплей.
- Будь мы японцами, - усмехнулся меж тем ротмистр, - мы сейчас обменялись бы ритуальными поклонами, а потом сотворили себе по харакири - одновременно: тут очень важна одновременность! И - никаких больше проблем...
- Ну, одно харакири тебе там уже сделали - уймись на время!
- Да уж... Давай-ка я тебе напоследок подарю одну полезную хитрость... из арсенала российской военной разведки.
- Давай! Только не надо никаких "напоследок"...
- Послушай, если мне понадобится утешитель, я обращусь к специалисту - к здешнему падре! А ты - слушай... По ходу дела тебе будет тут встречаться разный народ - русские, американцы... калифорнийцы. Так вот, кое-кто из них будет, возможно, не тем, за кого он себя выдает.
- Та-аак...
- Когда по всему миру пошли винтовки с унитарным патроном, повсеместно изменилась и форма приклада: появилась шейка. Соответственно, меняется и хват. В российских винтовках, чтоб кисть сразу находила верное положение, на шейке стали делать махонький такой упор под мизинец...
- Надо же: сколько стрелял - никогда не обращал внимания! - удивился Ветлугин. - А что, не везде так?
- Не везде. Это, собственно, сделано для наших рекрутов, никогда прежде оружия в руках не державших. В Америке, где все с оружием привыкли обращаться сызмальства, нужды в таком ограничителе нет, здесь шейка совершенно бесхитростная. Так вот, человек, привыкший к российским винтовкам, и на здешних тоже - первым же движением кисти, рефлекторно и безуспешно - ищет такой упор: проверено!
- Что, и я тоже - ищу?
- Конечно. В общем, ты поглядывай при случае на своих спутников - кто как берется за приклад: может пригодиться...
Тут как раз падре Игнасио глянул за окошко и объявил нехорошим голосом:
- К нам, кажется, гости!..
61
На улице опять моросило.
Черных было семеро: шесть верзил в очках для слепцов - копии давешних, из храма, - и пожилой, но очень подвижный горбун в отчего-то перемазанной глиной пиджачной паре; у горбуна был приплюснутый нос с вывороченными ноздрями и странный шипящий акцент:
- Отдафай малтшика и фройлян!
- С мягким знаком! - отвечал по-русски Ветлугин, сопроводив свои слова не нуждающимся в переводе оскорбительным жестом, и сунул руку в правый карман. Очень хотелось облизнуть губы - но делать этого категорически нельзя.
Горбун некоторое время изучал его - и взглядом, и выставленной перед собой ладонью, по-детски нежной и розовой, - а затем рассмеялся:
-У тебя в барабане всего три патрона, крекер! Может, ты и положишь троих из нас - но потом все, кто в миссии умрут такой страшной смертью, что ты и вообразить не можешь. Куда ты лезешь, дурак? - это вообще не твоя игра! Забирай своего недорезанного шпиона, и проваливайте в свой Большой Бассейн - вы нам неинтересны. А мальчику будет у нас хорошо, по-настоящему хорошо - и это чистая, беспримесная правда, крекер! Ну?!
- Ты прав, - кивнул Ветлугин, извлекая револьвер. - Пуль всего три, и первая из них - точно твоя. Ну?!
Черные меж тем, как по команде, повернули головы, всматриваясь куда-то в степь за его плечом. "Ой, как дешево!.. И, между прочим, коль уж мы в Америке - пора бы кавалерии прискакать мне на выручку, в соответствии с местным легендариумом!" А когда он, вслушавшись в тишину, и в самом деле уловил где-то позади стук копыт, его буквально скорчило от хохота.
Смех этот отчего-то произвел на пришельцев поистине магическое воздействие: какая-то рябь неуверенности прошла по их построению, и они двинулись вспять - неспешно, впрочем, и в полном порядке. Горбун одарил его напоследок нехорошей улыбкой, промолвив непременное в таких ситуациях "I'll be back, крекер" - но это уже как-то не производило должного впечатления...
Подъехавшие верховые (ничуть не смахивавшие на кавалерию) тем временем спешились. Было их двое: седоголовый джентльмен с орлиным профилем - настоящий южный джентльмен, с головы до пяток, - и парень чуть помладше его самого, с простецкой веснушчатой физиономией, которая смотрелась бы в каком-нибудь Сольвычегодске столь же естественно, как и здесь, на фоне техасского чапараля.
- Профессор Ветлугин? - у веснушчатого тоже был тягучий выговор южанина. - Я лейтенант Финн: Американский корпус инженеров-топографов, потом - Миссисипский Добровольческий. Прибыл в ваше распоряжение, сэр! Бак... - простите, майор Гренджерфорд! - сказал, что у вас тут проблемы и велел поторапливаться. Мы, кажется, вовремя?
- Да, более чем... - (видит Бог, Аркадий Борисович, я откладывал решение, как вы просили, но...) - А вы, как я понимаю, врач?
- Доктор Сейтон, к вашим услугам, сэр! - рукопожатие седоголового было твердым, истинно хирургическим. - Ну, показывайте - где ваш раненый?..
Ведь это же наверное сон, да? - не будите меня, пожалуйста!
- Кстати, я вас вспомнил, - обратился он к веснушчатому. - По фотографии. Экспедиция Беренджера - вы там стоите как раз по центру: морская тельняшка смотрится в истоках Миссури довольно необычно.
- Так точно, сэр! - расцвел тот. - Я вас тоже сразу узнал, по Алтайским фотографиям. Горд служить под вашим началом, сэр!
Ну вот, пора уже и просыпаться - как ни жаль...
- Послушайте, лейтенант... Сожалею, но я не могу принять вас под начало. У нас тут... ну, очень большие проблемы, и я не могу вас втягивать в них. Эти ребята, - он кивнул в направлении железнодорожной линии, вдоль которой убрели черные, - скоро вернутся; их, насколько мне известно, многие десятки, и шутить они совершенно не намерены. Лучшее, что вы можете сделать - это эвакуировать отсюда, пока не поздно, еще двоих человек; надо прикинуть - кого.
- Сэр, меня выдернули прямо с передовой - специально, чтоб я успел присоединиться к вашей экспедиции: в Ричмонде считают это очень важным делом. Да меня просто расстреляют за трусость и дезертирство - и будут четырежды правы!
- Ладно... А доктор?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
