намерений, районные «контролеры» указывают секретарю парткома аппарата ЦК (невиданное прежде дело!!!), что позиция, занятая этим партийным комитетом по поводу многочисленных антипартийных выступлений тов. Яковлева, говорит о «беспринципности в партийной организации аппарата ЦК, неиспользовании ею широких полномочий, предоставленных Уставом КПСС».
Докладная записка председателей районных контрольных комиссий Москвы Г. Пакулова, А. Рыльщикова и Ю. Лавренова В. Рябову о выступлениях и интервью А. Яковлева. 10 июля 1991. [ГА РФ. Ф. 10063. Оп. 1. Д. 52]
Вот как далеко зашло дело, если партчиновники из райкомов в таком тоне осмелились говорить с ЦК.
А теперь — о том письме, которое озаглавлено «К товарищам по КПСС». Есть смысл процитировать и его.
Товарищи коммунисты!
Вчера я подписал призыв к созданию новой партии — партии социального созидания, в которую намерен войти и сам. Одновременно я заявил о выходе своем из КПСС, в которую вступал на фронте, в 1943 году, и в которой не просто почти полвека был одним из искренних и убежденных ее членов, но и, на протяжении большей части этого времени, волею судеб работал в составе руководящих партийных органов — от обкома до ЦК КПСС и его Политбюро[348].
Далее — снова о тех причинах, по которым он порывает с партией, о неотвратимости перемен, о своей верности идеям перестройки.
Только здесь свой уход Яковлев объясняет не разочарованиями и обидами, а убежденностью: такой шаг в интересах обновления, в интересах общества, «а значит, в конечном счете и в интересах торжества социалистической идеи».
Обратим внимание на последнюю фразу: она странно звучит из уст человека, который, судя по его прежним речам, статьям и интервью, давно разочаровался в «социалистической идее», во всяком случае в том ее виде, который пытались реализовать в СССР.
Он соглашается с тем, что правоконсервативные взгляды в КПСС и в обществе имеют право на существование. «Но надо быть реалистом и понимать, что они — не двигатель перестройки и даже не нейтральный наблюдатель». Сейчас, по мнению Яковлева, необходима другая организация — та, которая сплотит все дееспособные силы общества, поддерживающие идеи обновления. «Такая организация не должна быть, по моему глубокому убеждению, антикоммунистической. Антикоммунизм — тупик, никуда кроме как к поляризации, конфронтации в обществе он не ведет».
Опять — вопрос: Яковлев разочаровался в марксизме, коммунистическая идея давно для него — фикция, утопия, тогда зачем здесь он агитирует против «антикоммунизма»? Чтобы переманить на сторону новой партии прежних соратников? Чтобы не рвать концы? Чтобы послать сигнал Горбачеву: я хоть и ушел, но все равно рядом?
Но и это еще не финал «эпистолярной» истории. Спустя три дня Александр Николаевич разражается новым открытым письмом в адрес коммунистов. Называет его — «Об опасности реваншизма»[349]. Обратим особое внимание на дату: оно написано 16 августа 1991 года, то есть за три дня до антиконституционного выступления гэкачепистов. За неделю до того, как канет в лету КПСС — организация, к членам которой обращается Яковлев.
Записка А. Н. Яковлева А. С. Грачеву, в то время — заместителю заведующего Международным отделом ЦК. 9 июля 1991. [ГА РФ]
Там в основном все те же аргументы, тревоги, объяснения, только в конце содержится призыв поддержать Движение демократических реформ, которому А. Н. Яковлев намерен посвятить свою дальнейшую деятельность.
Сейчас уже мало кто помнит, что это было за движение. Впервые о нем услышали 1 июля 1991 года, когда ряд известных политических деятелей выступил с идеей создания центристской общественной организации, оппозиционной к КПСС. Среди подписавших обращение были Н. Петраков, Г. Попов, А. Руцкой, А. Собчак, Э. Шеварднадзе, А. Яковлев и другие. 11 июля на местах прошло несколько учредительных собраний ДДР и был создан политсовет движения, а учредительный съезд состоялся уже после путча.
Хорошо это или плохо, но в дальнейшем эта общественно-политическая структура так и не состоялась, ее один за другим по разным причинам покинули почти все создатели, сама она распалась.
Неизвестна реакция парткома ЦК на «телегу» от «контролеров», поступившую на Старую площадь. Видимо, копию своего письма они направили и в Центральную контрольную комиссию КПСС. Потому что вскоре там отреагировали «должным образом».
15 августа Бюро Президиума ЦКК вынесло постановление «О публичных выступлениях и действиях члена КПСС А. Н. Яковлева, несовместимых с Уставом КПСС»[350].
Вот что было написано в этом документе:
В последнее время бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС А. Н. Яковлев выступил с рядом заявлений, направленных на раскол КПСС и устранение ее с политической арены. В связи с этим в ЦК и ЦКК КПСС поступают обращения коммунистов, партийных организаций, контрольных органов с требованиями дать партийную оценку публичным заявлениям и действиям члена КПСС А. Н. Яковлева.
Бюро Президиума ЦКК КПСС постановляет:
За действия, противоречащие Уставу КПСС и направленные на раскол партии, считать невозможным дальнейшее пребывание А. Н. Яковлева в рядах КПСС.
Направить предложение по этому вопросу в первичную партийную организацию.
И. о. председателя ЦКК КПСС Е. Махов.
Послано: Партком аппарата ЦК КПСС — т. Вишневскому С. С.
Конечно, эту новость в тот же день широко транслировали все ведущие СМИ. Сенсация: вчерашний член Политбюро фактически изгнан из партии! Последний раз такое случалось в середине 50-х, когда Н. С. Хрущев расправлялся с «антипартийной группой» Молотова, Кагановича и прочих.
Постановление Бюро Президиума ЦКК КПСС «О публичных выступлениях и действиях члена КПСС А. Н. Яковлева, не совместимых с Уставом КПСС». 15 августа 1991. [ГА РФ. Ф. 10063. Оп. 1. Д. 55]
16 августа на постановление ЦКК реагирует Яковлев. Он обращается с заявлением в партком при ЦК. Приводит номер своего партбилета — 00000051.
Пишет:
Вчера, 15 августа, по радио я услышал сообщение о том, что ЦКК приняла рекомендацию об исключении меня из рядов КПСС. Никто со мной по этому вопросу не беседовал. Оскорблено мое личное достоинство и грубо попраны элементарные права члена партии.
Конечно, неожиданностью для меня это не является, ибо в течение последних четырех-пяти лет шли бездоказательные нападки на мою политическую деятельность на Пленумах ЦК КПСС, РКП, в средствах массовой информации, переросшие после ХХVIII съезда в организованную и координируемую аппаратом ЦК КПСС травлю.
Но дело не только в этом.
Я хотел бы предупредить общество о том, что в руководящем ядре партии сложилась влиятельная сталинистская группировка, выступающая против политического курса
