оба держали некоторую дистанцию. Наверное, большую роль играло то, что несколько месяцев мы жили в ненависти и злости, и новый уровень общения был для нас пока еще непонятным.
— Ну да, а что? — удивилась я.
— Просто… странно. Я мало с кем так гулял, — признался Игнат. — Только когда был подростком. А сейчас гуляю только с Сержем.
— А что вы делали с девушками на свиданиях? — не отставала я.
— Ну… Говорил же — тусовались. Я их всюду водил, куда они хотели. Мы пили, танцевали, веселились. Или мы просто шли ко мне или в отель и т… — Игнат резко замолчал, будто передумав договаривать фразу.
— Продолжай, — ласково подбодрила его я. — Что вы там делали?
Он пожал плечами.
— Спали.
— Ты хотел сказать другое слово, — сощурилась я.
Почему-то мне было смешно — Игнат старался быть милым, надо же. Будто бы я никогда не слышала, какие слова он порой говорил. Как и многие парни, в выражениях он порой не стеснялся.
— Я попытался быть корректным, чтобы ты не решила, что я озабоченный дегенерат, — отозвался Игнат, останавливаясь у перил, за которыми замерла река. Она еще не замерзла, казалась голубовато-серой и почти неподвижной, какой-то бархатной.
— Может быть, я уже так решила, — хитро улыбнулась я. — Ты два раза ко мне приставал.
Рука Игната оказалась на моей талии. Он притянул меня к себе, впрочем, я не была против.
— Что ж, раз ты узнала мою тайну, мне придется тебя наказать, — сказал парень.
— И как? Показать, насколько ты озабоченный, на деле? — рассмеялась я, и воспоминания о том, что происходило между нами, подарили приятное головокружение. Господи, если бы он только знал, сколько раз я его представляла… Решил бы, что из нас озабоченная — это я.
— Напротив. Оставить тебя без этого. Чтобы ты сама попросила меня кое-что сделать, — хмыкнул Игнат.
Я театрально закатила глаза, едва сдержав смех.
— И что же это за таинственное «кое-что»?
— Считай это волшебством, — усмехнулся Игнат.
Он хотел сказать что-то еще, но не успел — зазвонил телефон, и из разговора я поняла, что это был Серж.
— Привет, — сказал Игнат. — Нет, не смогу, прости. Гуляю с Ясей. Типа свидание, да. Давай, до встречи. Приеду, наберу.
— Сережа тебя куда-то позвал? — спросила я спокойно, хотя из-за слова «свидание» в душе все ликовало.
— Да, к одному знакомому на днюху.
— Может быть, тебе поехать?
— Нет, — покачал головой Игнат. — Я хочу побыть с тобой сегодня.
Я улыбнулась и, сама не замечая, потерлась головой о его плечо, словно кошка.
— Ты бываешь очень милой, — вдруг сказал он. В его голове не было никакого подтекста, лишь искренность и теплота. И, пожалуй, толика удивления.
«Ты тоже», — подумала я и вместо ответа просто обняла его, сомкнув руки на шее. А он тотчас обнял меня в ответ и несколько раз поцеловал в щеку.
Мне так нравилось прикасаться к Игнату, чувствовать его тело, ощущать его руки на себе. Это было для меня чем-то новым, удивительным и прекрасным. И я чувствовала себя счастливой. А еще это его «Яся»… Никогда не думала, что такое сокращение будет настолько мне нравиться. Яра — сильная и самостоятельная, а Яся — нежная и женственная. Рядом с Игнатом я и хотела быть такой.
Наобнимавшись и подарив друг другу короткий поцелуй, мы снова взялись за руки и пошли вдоль заснеженной набережной. Народу было много: и семей с детьми, и молодежи, и пожилых людей. Все наслаждались погодой и первым снегом.
— Значит, со своими девушками ты никогда не гулял? — снова спросила я, не отпуская руку Игната.
Мне хотелось знать про него все — просто все! Мысли, мечты, даже страхи. Он был для меня самой интересной книгой, которую я заполучила, и мне натерпелось прочитать ее, хотя сейчас я была лишь на первых страницах.
— Говорю же, только когда был подростком, — кивнул Игнат. — Потом это как-то отошла на задний план. Обычно мы тусовались, хотя знаешь, мне нравится вот так гулять с тобой. В этом что-то есть.
Он поднял мою руку и поцеловал запястье, заставив меня немного смутиться. А после снова накинул мне на голову капюшон — сказал, что без него будет холодно, а шапку я забыла.
— У меня не было нормальных отношений, — продолжал Игнат. — Долго ни с кем не встречался. И привык, что всем девчонкам от меня что-то надо. Для меня это было нормой — дарить подарки, водить куда-то, платить за все. Условно говоря — я покупаю тебе айфон, а ты даешь мне качественный секс. Поначалу ощущение власти пьянило, потом стало доходить, что это ненормально. Как будто во мне нет ничего другого, кроме бабла. Как будто я не человек, а банкомат. Поэтому я пытался встречаться с Алексой. По-настоящему.
От упоминания этой девушки мне стало не по себе. На самом деле я так ревновала Игната к ней, хотя сама не могла себе в этом признаться.
— Что у вас было на свадьбе? — зачем-то спросила я, хотя помнила слова Сержа, что Игнат не спал с ней.
— В смысле? — не сразу понял Елецкий.
— На свадьбе наших родителей вы?.. — Мне не пришлось договаривать, он и так понял, что я имею в виду.
— Нет, — просто ответил он, а потом рассмеялся хрипло. — Я как тебя встретил, не мог с другими. Ну, короче, ты понимаешь.
От этого его признания на душе стало легче. Одно дело, когда об этом говорит Серж, а другое — когда сам Игнат.
— Что, мои слова про полшестого оказались правдой? — округлила я глаза.
— Дурочка, — рассмеялся он и чуть крепче сжал мои пальцы. — Хватит про это шутить, у меня все отлично. Просто как будто в голове что-то сломалось. Во всех видел тебя и это дико бесило.
Я снова смутилась, не зная, что сказать на это. И мы молча пошли дальше. Это был слишком откровенный разговор, и я терялась.
— Куда мы идем, Яся? — спросил Игнат с любопытством.
— Хочу
