результатам похода в Лиманск будет коротким - по лицам подчиненных видел, что ничего хорошего они ему не скажут. Это расстраивало, но на что они надеялись? Найти там помощь? Или вообще хоть что-то найти? Уже понятно, что бороться с проблемой придется им в одиночку без какой-либо сторонней поддержки, но, из плюсов - планы уже имелись.
Время шло, он просиживал в одном из одноэтажных корпусов КПП, но ни девушка, ни парень так и не появлялись. Обратил в ожидании внимание на местную разруху. Тут явно кто-то активно обитал и не так уж и давно - притащенная мебель была раскидана и перевернута, но она была. Столы, стулья, высокие деревянные стеллажи... Значит кто-то тут устраивал себе уют, но он его удержать не смог всё равно. А место ведь, в принципе, не плохое - вся прилегающая территория как на ладони, а до Затона и Рыжего леса практически рукой подать. Вермут сделал себе заметку на будущее - обустроить этот КПП как перевалочную точку между бригадами. Почему нет? Пара человек из центральной, пара человек из Затонской… Тем более, что кандидаты на посты разводящих уже имелись.
Стук о дверной косяк - самой двери на петлях не было, она валялась на полу в коридоре - заставил мужчину вернуться из своих планов в реальный мир. На пороге комнаты в гордом одиночестве стояла Гелла.
- А где второй? - Сходу спросил он.
- Сказал попозже подойдёт - возится с той штукой, которую ты привез. - Ответила девушка, заставив наёмника усмехнуться. Ишь, любит же его заместитель возиться во всяком железе, аж собрания готов пропускать, при этом зная, что времени особо нет рассиживаться. Ну, ладно.
- Значит, пока начнём вдвоём. - Он махнул ладонью, приглашая наёмницу войти, и принялся медленно расхаживать по комнате. - Что там с Лиманском?
- Мы нашли пропавшую группу, но они самовольно ушли из Синдиката. - Девушка словно у доски отвечала, стоя посреди комнаты, а он как самый строгий преподаватель расхаживал рядом, внимательно слушая. - Отказались и помогать, и покидать город.
Пока та рассказывала об их путешествии, мужчина выглянул за дверь, чтобы удостовериться в том, что ближайший к ним член группировки находится в нескольких комнатах от места совещания. Если кто пойдёт - услышит, акустика тут хорошая, так что сумеет, в случае чего, вовремя прекратить то, что намеревался сделать несколько раньше. Не просто так пошёл за наёмницей один.
- Я так и понял. - Отойдя от двери, он спешным шагом отошел вглубь комнаты, развернулся лицом к девушке и закатал рукава кителя. Стало душновато, хотя в помещении источника тепла никакого не было. - Ты же поняла, почему я был так резок с тобой?
В глазах Геллы на секунду мелькнуло непонимание, словно её смутила и дезориентировала резкая смена темы разговора.
- Поняла. - Уверенно ответила та и, посмотрев на дверь позади себя, обернулась к Вермуту, практически шепотом озвучив очевидное. - Мы и сейчас не совсем одни, если ты это имел в виду.
Ему казалось забавным, насколько подруга опасается, что их раскроют. Конечно, не есть хорошо, если застукают, но кто теперь ему что-то посмеет предъявить? Тем не менее, злоупотреблять своим новым положением Вермут не планировал на первых парах, посему, хоть и не отказывал себе в подобных радостях, но старался быть осторожным. Призывно раскрыл руки, мягко улыбнулся.
- Иди сюда.
На бледном девичьем лице отразилась хитрая улыбка, мужчина улыбнулся шире, и девушка, хмыкнув, направилась к нему. С разбега напрыгнула, обхватив руками его шею и обвив ногами бедра; не ожидавший такой прыти, наёмник едва успел поймать её, подтянуть повыше и прижать к себе, но ему подобный жест понравился. Это было так… Мило? Словно его годы дожидались, а теперь схватили и жадно держали. Внутри стало тепло от накатившего приступа нежности к этому существу, но чувство внезапно омрачилось воспоминанием о его московских клубных похождениях. Стало непривычно стыдно за подобное, но мужчина ничего не сказал. Зачем ей знать об этом? В конце концов, люди не меняются по щелчку пальцев - на это требуется время. Он готов его уделить, и это главное.
- Сшибешь. - Вермут пропустил короткий смешок, но тут же его проглотил - не хватало ещё хохотать на всю базу, хоть и хотелось. Он хотел отпустить Геллу, но та только сильнее вцепилась - мужчина почувствовал, как стягивается ткань кителя на спине. Это, конечно, крайне льстило, но, в любом случае, держаться так слишком долго нельзя - должен был прийти Физик - и наёмник осторожно постарался отцепить от себя девушку. - Тише, тише.
Та сопротивляться перестала и отпустила из «тисков» своих объятий, но от взгляда наёмницы у главы в груди всё сжалось. Он всё носится со своим заместителем, и так и не удосужился поинтересоваться состоянием подруги. Только сейчас заметил, как в зеленых глубинах её глаз вместо былого озорства плещется страх.
- Что такое? - Тихо поинтересовался мужчина, обеспокоенно посмотрев в глаза подопечной; та нахмурилась, отрицательно качнула головой и опустила взгляд. Ну и как это понимать?
Утешитель из него такой же хороший, как и балерина, которая своими танцами не удовольствие доставляет, а только сильнее до слёз доводит. Мужчин утешать никогда не приходилось - если только по пьяни, а женщин… После ссор он обычно либо оставлял жену одну и уходил куда-нибудь из дома на пару часов, либо - молча сидел, обнимал и слушал как хлюпают от рыданий, но то было так много лет назад... Сейчас Вермут терялся, хоть подруга даже и не ревела. Может было бы проще, скажи та причину своего недовольства, поскольку сам наёмник ничего выяснять не планировал - привык, что лучше не лезть если не просят.
- Я испугалась. - Она молчала ещё с минуту, смотря недовольно куда-то под свои ноги, затем, внезапно подняла глаза на него. - Не тебя! Тебя я уже давно не боюсь.
Наёмник криво усмехнулся - ну да.
- Мы едва не остались в Лиманске. - Гелла снова отвела взгляд, было видно, что ей неудобно за такую свою эмоцию. - Едва не погибли.
- Бояться нормально. Все эти аномальные штуки - вообще не наша компетенция. - С подобными страхами среди бойцов мужчина уже сталкивался, и не единожды. Особенно среди тех, кого присылают напрямую с Большой земли.
«Наёмников» готовят к работе с людьми, но знание местных особенностей не учитывают, и он считал это неправильным. Оттого и
