что святоша монстр и я пущу вас в бар, чтобы вы сделали своё дело. Если нет - агент уже мертв, но я могу рассказать попу про ваши телодвижения, и после этого, подозреваю, что вы его не найдете.
Хитрость - хорошее качество. Глава понимал, что Воронину удобнее их пустить и дать убить Сета - не придется в случае чего самим за ним скакать. Но он так же мог прекрасно не дать им уйти после выполнения контракта - это Вермут понимал не хуже
- Согласен. Я тебе предоставлю доказательства, ты нас пустишь, но, если вздумаешь помешать мне или моим людям - вся Зона будет знать о том, как доблестный «Долг» покрывал мутанта, и что все его напыщенные идеалы - плод дезертирской мысли. - Мужчина с удовольствием отметил возмущенное дыхание собеседника, но нагнетать ещё больше не стал. - И, да - это не оборот речи, но обо всех последствиях говорить не буду. Мы хотим отработать с миром и уйти, так что принимай файл, слушай, и не выёбывайся.
О каком ещё доказательстве могла идти речь, как не о том сообщении от бывшего главы, где он якобы отходит на тот свет? Плюс некролог. Конечно, кроме этого можно было бы показать генералу всю ту документацию, которую они успели найти на подобных существ, грамотно и полностью ввести в курс дела, но зачем? Их всё это не касается, а единственное соприкосновение необходимо провести по минимуму. Да, мог ляпнуть лишнего и лишиться поддержки, но он и не дипломат, чтобы выстраивать долгие результативные беседы, которые в будущем могут привнести в отношения группировок какие-нибудь положительные плоды. Хотя, может дипломатии теперь и не помешает поучиться - всё-таки как глава Синдиката, помимо махания кулаками, он должен уметь что-то ещё.
Воронин молчал, прослушивая запись, и Вермут переслушивал её вместе с ним. Невольно вспомнил времена до того, как Синдикат ввязался во всю эту канитель. Контракты, деньги… Даже ненавистную бумажную работу мужчина вспомнил со странной нежностью, и все проблемы того времени стали казаться ему жалкой мелочью. Едва слышно вздохнул. Может все эти испытания были необходимы, чтобы группировка и все они смогли продвинуться куда-то дальше? Застоялись, захирели… Иногда ведь требуется экстремальная встряска, для получения новых сил.
- Ваш вердикт? - Когда запись остановилась, наёмник сразу задал вопрос «долговцу», не давая времени на освоение информации. Да и что там осваивать? Уж не лекция по квантовой физике.
Тот недолго помолчал, где-то в отдалении слышались переговоры людей - видимо, в комнате генерал был не один, и не все его подчиненные, похоже, до конца не верили в подобный расклад. Но уж не им рассказывать, что в Зоне возможно если не всё, то очень многое.
- Хорошо. - Согласился Воронин, хоть и чувствовалось, что дается ему это согласие отнюдь не просто. Несмотря на то, что Вермут не планировал никоим образом вредить группировке, успокаивать или разубеждать в чём-то «долговского» командира он не собирался. – Но, чтобы после этого я ни одной вашей шлюхи не видел в районе «Ростка».
- Валютной, генерал. - Лукаво усмехнулся глава Синдиката. - Валютной шлюхи.
Разговор оборвался мгновенно, практически так же, как и начался - ни здрасти вам, ни до свидания. Но и размениваться далее любезностями было ни к чему, ведь ни о каком дальнейшем мирном сотрудничестве речь идти не могла даже в теории.
3.6
Вермут
Расскажи кто раньше, что «Долг» дал спокойно разместиться рядом с собой «Наёмникам», он бы не поверил. Сейчас сам просиживал в заводских комплексах «Ростка», в небольшом отдалении от обжитых территорий, и ждал, периодически получая сообщения о наблюдавших за ними «долговцах». Сталкеры иногда появлялись, но близко не подходили и не говорили ничего, а сам наёмник смотрел на территорию с центрального недостроя и вспоминал тот случай, когда он и Гелла улепетывали от красно-черных представителей местных группировок. Погода тогда тоже была скверная, но сейчас хотя бы не лил дождь и некого было бояться.
Согласовав с Ворониным место их остановки, больше Вермут с ним не общался - обе стороны не горели подобным желанием. Но без агента стало несколько сложнее - не свинтит ли куда Сет до их прибытия? Так могли хотя бы оповестить, а сейчас - сиди в вынужденном неведении. Отправлять в бар кого-то из бойцов мужчина не стал - боялся раньше времени дать понять противнику, что он совсем рядом, и разрушить грядущие планы. От предвкушения последнего действа, у главы сводило руки и замирало дыхание. Неужели скоро этот бедлам закончится? И жизнь продолжиться, а, точнее - начнётся новая - таким он видел исход.
Мертвый город разрушен, как сказал Физик, практически полностью, но не критично, и, хотя Вермуту идея возвращения основной базы туда казалась сомнительной, он не видел иного места. Так уж заведено, что Синдикат ютился именно там - и до, и после объединения, разве что перестал делить локацию с кем-то ещё. Оно и правильно - нечего посторонним шастать по городку и видеть, чем там господа мерхи занимаются. Отстраивать что-то, конечно, нет ни смысла, ни ресурсов, но и обустраиваться на новом месте с бухты-барахты не лучший вариант. К тому же, на базе осталось немало вещей, техники, документов… Если повезет, то большая часть так и осталась на месте после их побега; в противном случае - предстоит очень много работы, удовольствия от которой не получит совершенно никто.
Мужчине было проще усидеть на месте, размышляя о бытовых вопросах настоящих и грядущих. Это успокаивало, и он преставал то и дело поглядывать на время; не смущало даже то, что по факту до выброса ещё не час, и не два - почти сутки. Наёмник понимал, что всё это от безделья, но всецело занять себя было нечем.
Они пришли сюда поздней ночью, и большая часть бойцов отсыпалась, периодически сменяя друг друга на посте дежурства. Вели себя поначалу скромно, стараясь совсем не шуметь лишний раз и никоим образом не показывать человеческого присутствия, а потом… В группе нервное напряжение царило ещё с момента прихода в Зону, а встреча с помощником Сета если и придала уверенности, то напряжения не слишком убавила. Находясь перед финальным рывком, оно достигло своего апогея и вывалилось наружу. Бойцы не носились по «Ростку» как ужаленные, не рвались сбежать или сорваться в бар раньше
