— Сколько осталось времени до того, как буря дойдет до Барьерной Стены? — спросил Пауль.
Стилгар посовещался с одним из федайкинов и доложил:
— Это будет совсем скоро, Муад'Диб. Раньше, чем мы ожидали. Поистине идет прапраматерь всех бурь… может быть, она даже сильнее, чем ты хотел бы.
— Это — моя буря, — промолвил Пауль и, видя безмолвное, смешанное со страхом благоговение на лицах слышавших его федайкинов, добавил: — Пусть от этой бури содрогнется весь мир — и тогда она не будет сильнее, чем мне надо. Она ударит фронтом прямо по Стене?
— Почти. Можно сказать, да, — ответил Стилгар.
Из хода, ведущего вниз, в котловину, вынырнул гонец, подошел к Паулю, доложил:
— Патрули отходят, Муад'Диб. И харконненские, и сардаукары.
— Думают, что буря нанесет в котловину слишком много песка и ухудшит видимость, — заметил Стилгар. — И полагают, что то же самое и к нам относится!..
— Скажи канонирам — пусть наметят цели и установят наводку заранее, до того как видимость ухудшится, — распорядился Пауль. — Они должны разбить нос каждого из этих кораблей сразу, как только буря уничтожит щиты… — Он подошел к стене, отогнул край камуфляжной ткани и посмотрел в небо. На темном его фоне уже вились песчаные шлейфы. Пауль отпустил маскировку и добавил: — Стил, пора отсылать людей вниз.
— А ты разве не спустишься? — спросил Стилгар.
— Я пока побуду тут с федайкинами.
Стилгар глянув на Гурни, только многозначительно пожал плечами и направился к скале, скрывшись в тенях.
— Кнопку заряда, которым мы откроем Барьерную Стену, я оставляю на тебя, Гурни, — сказал Пауль. — Сделаешь?
— Конечно.
Пауль жестом подозвал одного из командиров федайкинов:
— Отхейм, отводи наши дозоры от зоны взрыва. К началу бури там никого не должно остаться.
Федайкин коротко поклонился и вышел вслед за Стилгаром.
Гурни, взглянув в амбразуру, велел наблюдателю у телескопа:
— Следи получше за Южной Стеной. До самого взрыва она останется без прикрытия.
— Разошли сейлаго с оповещением о времени, — распорядился Пауль.
— К Южной Стене движутся наземные машины, — доложил наблюдатель. — С некоторых из них ведется огонь из метательных орудий — прощупывают… Согласно твоему приказу все наши люди пользуются личными щитами. Вот, машины остановились.
В наступившей тишине Пауль услышал, как свистят маленькие смерчики над ними — предвестники приближающейся бури. Сквозь отверстия маскировочной ткани начал сеяться песок; затем резкий порыв ветра рванул маскировку и сдернул ее с укрытия.
Пауль махнул своим федайкинам, чтобы те укрылись, и подошел к фрименам у аппаратуры связи, стоявшей возле входа в тоннель. Гурни последовал за ним. Пауль склонился к связистам.
Один из них сказал:
— Идет не «прапраматерь» — прапрапраматерь всех бурь, Муад'Диб!
Пауль бросил взгляд на темнеющее небо и приказал:
— Гурни, убирай наблюдателей с Южной Стены!
Ему пришлось повторить приказ — шум бури вырос настолько, что приходилось кричать во весь голос.
Пауль надел фильтр-маску, затянул капюшон дистикомба.
Гурни возвратился.
Пауль тронул его за плечи, показал на кнопку взрывателя на стене тоннеля позади связистов. Гурни подошел к ней и, держа на кнопке руку, повернулся к Паулю.
— Связи нет! — крикнул связист. — Слишком сильные помехи. Буря!..
Пауль кивнул, не сводя взгляда с часового циферблата. Наконец он обернулся к Гурни, поднял руку и вновь перевел взгляд на циферблат. Стрелка завершала последний круг…
— Давай! — крикнул Пауль и резко взмахнул рукой. Гурни вдавил кнопку до отказа.
Казалось, не меньше секунды прошло, прежде чем дрогнул пол под ногами. Раскатистый гул взрыва слился с ревом бури на миг перекрыв его.
Федайкин-наблюдатель подбежал к Паулю, держа свой телескоп под мышкой.
— Стена взорвана, Муад'Диб! Буря ворвалась в пролом и ударила прямо по ним — и наша артиллерия уже ведет огонь! — прокричал он.
Пауль представил себе, как катится по зажатой горами долине песчаная стена, напитанная статическим электричеством, — и рокочущие заряды разрушают все силовые щиты врага.
— Буря!.. — прокричал кто-то. — Пора в укрытие, Муад'Диб!
Пауль пришел в себя, ощутил, как песчинки иглами колют открытые щеки. Мы начали… и это все неизбежно, подумал он. Положив руку на плечи связисту, он крикнул ему:
— Бросай аппараты! В тоннеле стоит второй комплект!..
Он почувствовал, что его тащат: федайкины столпились вокруг, защищая своего вождя. Они втолкнули его в тоннель, где было несколько тише, повернули за угол, попали в тесную комнатку, освещенную плавающими под потолком лампами. Отсюда вел еще один тоннель.
В этой комнатке за дублирующим комплектом аппаратуры связи сидел еще один фримен.
— Сильные помехи! — сказал он, увидев вошедших. — Сплошная статика.
В комнатку ворвался вихрек, мгновенно заполнив воздух крутящейся песчаной пылью.
— Закройте тоннель! — скомандовал Пауль. Внезапно замерший в неподвижности воздух свидетельствовал о выполнении приказания. — Проход в котловину не обрушился? — спросил он.
Один из федайкинов выбежал и, вернувшись, доложил:
— После взрыва обрушилось немного камня, но инженеры говорят, что проход не перекрыт. Сейчас они расчищают завалы лазерами.
— Пусть руками поработают! — возмутился Пауль. — Там же включенные щиты!..
— Ничего, Муад'Диб, — возразил федайкин, — они осторожно…
Но все же повернулся и вышел передавать приказ. Связисты, дежурившие снаружи, протиснулись мимо, таща свою аппаратуру.
— Я им передал твой приказ оставить оборудование, Муад'Диб! — воскликнул один из федайкинов.
— Сейчас люди нам дороже оборудования, — с упреком сказал Пауль. — Очень скоро мы не будем испытывать нужды в оборудовании — либо потому, что получим его куда больше, чем сможем использовать, либо потому, что нам уже не понадобится никакое оборудование.
Гурни Халлек подошел к Паулю.
— Я слышал, что путь вниз открыт, — сказал он. — Мы здесь слишком близко к поверхности. Как бы Харконнены не контратаковали!
— Им сейчас не до этого, — усмехнулся Пауль. — Как раз сейчас они вдруг обнаружили, что лишились и щитов, и возможности взлететь с планеты.
— Как бы то ни было, новый командный пункт готов, милорд, — сказал Гурни.
— Пока что он не нужен, — сказал Пауль. — На этом этапе операция будет разворачиваться и без моего участия. Нам же надо ждать…
— Принимаю сообщение, Муад'Диб! — крикнул связист. Он потряс головой, прижал наушник рукой. — Очень сильные помехи!..
Он начал писать в блокноте, время от времени останавливаясь и покачивая головой.
Федайкины отошли, уступая место, и Пауль заглянул через плечо в блокнот связиста:
«Налет… на сиетч Табр… пленных… Алия (пропуск)… семьи (пропуск) убиты, и… они (пропуск)… сына Муад'Диба».
Связист опять потряс головой.
Пауль поднял голову, встретился со взглядом Гурни.
— Сообщение неразборчиво, — пробормотал Гурни. — Помехи ведь… Мы не можем знать, что…
— Мой сын мертв, — глухо сказал Пауль — и сам понял, что это правда. — Мой сын мертв… а Алия схвачена… она — их заложник.
Он чувствовал себя опустошенным — лишь оболочка человека, лишенная эмоций. Все, чего он касался, приносило гибель и горе. Точно болезнь… которую он может разнести по всей Вселенной.
Он чувствовал в себе умудренность старца — умудренность, порожденную объединенным опытом бесчисленных вероятных жизней. И казалось ему, что кто-то внутри него хихикает, потирая руки.
И Пауль подумал: Как же мало знает Вселенная, что такое настоящая жестокость!
Глава 10
И вот встал тогда Муад'Диб пред ними и сказал: «Погибшей мы считали ее, взятую в плен; но она жива. Ибо семя ее — мое семя, — и голос ее — мой голос. И она видит глубочайшие уровни вероятности, пронизывает взором сущность вещей. Истинно говорю вам: в долину незнаемого и непознаваемого проникает взор ее, и то — благодаря мне».
Принцесса Ирулан. «Арракис Пробуждающийся» 
