слишком далеко в любом направлении.
В результате, в то время как либералам удалось припугнуть народ жупелом дороговизны продовольствия, тори не смогли выдвинуть последовательные и решающие аргументы в защиту введения пошлин. К тому же продолжало существовать широко распространенное и тщательно поддерживаемое убеждение, что длительный период процветания, последовавший за отменой хлебных законов, был результатом свободной торговли, что делало идею о пошлинах весьма непопулярной. Все эти причины, вместе взятые, обеспечили либералам превалирующее большинство во всех промышленных районах, за исключением оплота Чемберлена – района Бирмингема. Успехи Чемберлена здесь, находившиеся в резкой оппозиции с полнейшим провалом тори в других местах, обеспечили большинство группе протекционистов внутри партии тори.
Наряду с либералами впервые в парламент попала тесно сплоченная группа из двадцати девяти членов новой лейбористской партии. Помимо этого, несколько кандидатов от профсоюзов возвратились в качестве либералов, и многим членам парламента, как либералам, так и радикалам, избранным от промышленных районов, пришлось побеспокоиться об обязательствах, данных ими избирателям, в частности об обязательстве обеспечить законодательную отмену приговора по делу Taff Vale (узаконить мирное пикетирование и закрепить иммунитет профсоюзов против судебных исков работодателей). Одним из первых мероприятий нового парламента стало проведение акта о «конфликтах в промышленности», оказавшегося более выгодным для рабочих, чем первоначально намечалось правительством. Это была единственная и неоспоримая победа лейбористской партии в течение этих лет.
И тем не менее либералы встретились с чем-то совершенно новым – с политической оппозицией партии слева. Стоит отметить, что эта партия была еще мала и умеренна в своих требованиях, но более проницательные либеральные политики разглядели в ней угрозу, которую можно было сдерживать, только пустив в ход самую осторожную демагогию. Именно существование этой лейбористской группы, а также еще сильнее изменившееся настроение в стране и послужили истинной причиной ряда социальных реформ, связанных с именем Ллойд Джорджа.
Ллойд Джордж, уэльский стряпчий, с подлинным красноречием священнослужителя и полным отсутствием щепетильности, заслужил репутацию радикала своей оппозицией войне с бурами. В период с 1906 по 1914 г. его главным занятием, по всей видимости, было умение поднимать для охоты зайцев, то есть отвлекать внимание общественности на всевозможные мелкие вопросы и на мелких врагов – палату лордов, землевладельцев и церковь или же пивоваров, – уводя его в сторону от вопросов цен и заработной платы, гораздо более затрагивающих интересы масс. Безусловно, социальные реформы довоенных лет, некоторые из них не лишенные собственной значимости, касались практически всего, за исключением этих вопросов.
Первым был проект выдачи пенсии по старости в размере 5 шиллингов в неделю для лиц старше семидесяти, доход которых не превышал 21 фунта в год. Затем последовал акт о городском планировании, проведенный благодаря стараниям Джона Бернса, затем акт о страховании по болезни и безработицы и, наконец, сельскохозяйственный устав, послуживший причиной большой шумихи, поднятой против землевладельцев, но оказавшийся совершенно неэффективным.
Каковы бы ни были остальные результаты этих реформ, они достигли одной из своих главных задач – вырвать инициативу у парламентской фракции лейбористской партии. С 1906 по 1914 г., в период острых и постоянно усиливающихся классовых конфликтов, лейбористской партии пришлось довольствоваться ролью лишь радикального придатка к либералам. Она могла с осторожностью критиковать некоторые детали, но никогда не рисковала выступать с самостоятельной политикой или помышлять о каких-либо действиях, которые могли угрожать существованию правительства. Единственный случай, когда члены этой партии действительно пришли в ярость, был официальный прием в Букингемском дворце, на который Эдуард VII не посчитал нужным пригласить некоторых из ее лидеров.
Ллойдджорджизм (тактика социального маневрирования), будучи, по сути, попыткой подкупить рабочий класс, естественно, стоил довольно дорого. Обширная программа вооружений, поспешно принятая либеральным правительством, стоила еще дороже. Цифры, приведенные в следующей таблице, красноречиво говорят о быстром росте государственного аппарата в эпоху империализма:
В начале 1909 г. Ллойд Джорджу, только что занявшему пост министра финансов, предстояло собрать огромную по тем временам сумму в 16 миллионов фунтов стерлингов путем нового налогообложения. Из этой дилеммы он извлекает изощренное наступательное оружие для того, чтобы посадить в калошу палату лордов тори и возродить падающую популярность либерального правительства как защитника народа против аристократических привилегий.
Во время прежних сессий парламента палата лордов отклонила или исказила серию либеральных мер, не представлявших собой серьезного значения и не пользовавшихся особой популярностью. Теперь Ллойд Джордж внес на утверждение бюджет, который намеренно включал в себя налоги, рассчитанные на то, чтобы привести в ярость всю палату лордов, начиная с землевладельцев и кончая пивоварами. Палата лордов немедленно попалась в ловушку из-за того, что отклонила бюджет – поступок, не имевший прецедентов в истории. Перспективы выборов для либералов выглядели превосходными, и в январе 1910 г. они выступили с лозунгом «Пэры против народа».
Но конечный результат, с их точки зрения, вызвал, мягко говоря, разочарование. Тори отвоевали большое количество мест, и когда парламент вновь собрался, то оказалось, что тори и либералы поделили места между собой приблизительно поровну; этот баланс сохранялся благодаря лейбористской и ирландско-националистической группам. Повторные выборы, состоявшиеся несколько позже в том же году, сохранили распределение партий почти неизменным. Либералы все же смогли провести свой бюджет через палату лордов, но исключительно благодаря поддержке ирландцев, которым было обещано провести билль о самоуправлении.
Конфликт с палатой лордов закончился парламентским актом, лишавшим верхнюю палату права вето в отношении финансовых законов и ограничивавшим это право в отношении остальных законов на том условии, что меры, одобренные палатой общин на трех сессиях подряд, должны принять силу закона, несмотря даже на отклонение их палатой лордов. Более здравомыслящие тори не возражали против компромисса, который наряду с ограничением власти палаты лордов упорядочил ее деятельность.
Выборы в парламент в 1910 г. проходили на фоне борьбы, к которой, по мнению либеральных политиков, народ в целом проявил исключительное безразличие. Ни реформы Ллойд Джорджа, ни борьба против палаты лордов не вызвали ожидаемого энтузиазма. Главной причиной этого послужило то, что условия жизни рабочих к 1910 г. заметно ухудшились по сравнению с 1900 г., а либерализм оказался совершенно неспособным предоставить средство против этого.
С середины XIX в. до конца девяностых годов цены начали падать в связи с развитием машинного производства и особенно с применением техники в сельском хозяйстве в Америке и других странах. Затем положение изменилось. Начался быстрый рост цен между 1895 и 1900 гг., продолжавшийся несколько медленнее от 1900 до 1906 г. и затем снова ускорившийся после 1906 г. Было подсчитано, что «покупательная способность 20 шиллингов в руках домохозяйки из рабочей семьи в 1895 г. снизилась до 18 шиллингов 5 пенсов в 1900 г., до 17 шиллингов
