class="p1">Это не было костром. Не было очагом. В нем нельзя было сгореть заживо, но это было подобно пытке. Искры жглись, вгрызались в плоть, поражая ее своей энергией.
Нуска не знал, что делать. Его разум помутился от боли, но он не был готов сдаться. Не так глупо, не так быстро. Уставившись на руку Олина, которой тот уперся в землю прямо перед носом Нуски, лекарь вдруг усмехнулся. Повязка на его лице, охваченная пламенем, сползла вниз. И потому Нуска подался вперед и зубами вцепился в запястье Олина. Кровь тут же оросила глотку, а чужеродная дэ пронзила тело. Эта боль была невыносима. Еще сильнее, чем от огня, что сейчас пожирал одежды хаванца. Но уже через несколько секунд Нуска прекратил чувствовать боль в теле. Огонь больше не задевал его, не жег кожу и отцепился даже от подпаленной одежды.
И тогда лекарь хорошенько вмазал навалившемуся на него арценту по челюсти, затем – локтем по солнечному сплетению. Нуска знал наверняка, куда бить, не имея превосходства в силе.
Олин громко вздохнул от боли и отступил. А лекарь подобрал свой меч, вскочил на ноги и приставил оружие к глотке арцента.
Нуска тяжело дышал. По его подбородку стекала чужая кровь, а все лицо, одежда и тело были обожжены. Но он все равно нашел в себе силы встать, а уже через секунду стал залечивать собственные раны. Касаясь свободной рукой особенно пострадавших участков тела, Нуска сейчас выглядел подобно бессмертному духу.
Зрители охали. Кто-то вскакивал на ноги, а кто-то, наоборот, плюхался обратно на ступени. Никто не мог поверить во все происходящее.
Хаванец… победил арцента? Разве такое возможно?
– Он сжульничал! Он применил запретные техники!
Нуска тяжело дышал. Он понимал, что так просто не сможет сейчас излечить опаленные дыхательные пути.
– Вы посмотрите! Он укусил своего противника! Разве это по правилам?!
– Хаванец не может сражаться на равных с другими сурии! Старейшины, он точно жульничал!
«Vae, поторопитесь уже и скажите, что я выиграл! Я же не должен всерьез прикончить Олина, чтобы вы объявили меня победителем?!»
Нуску качало. Он жадно ловил губами воздух, а затем схватился за грудь. Если сейчас же всерьез не заняться внутренними поражениями, то он скоро потеряет сознание.
Но старейшины хранили молчание. А Олин стоял на коленях, хмуро уставившись на Нуску. Кажется, он даже сейчас не намеревался сдаваться. Да почему?! Что Нуске нужно сделать, отрубить ему голову?!
Чего они ждут?!
Когда все в глазах у Нуски потемнело, Олин вдруг одним легким движением выхватил у лекаря меч из рук. А затем ударил хаванца коленом в грудь и повалил его наземь. Теперь меч Нуски, которым он нанес Олину поражение, острием касался глотки лекаря. Огонь на арене потух так же быстро, как и занялся.
Так вот чего все ждали. Вот чего хотели: чтобы Нуска проиграл.
Как бы ни была хороша битва и как бы лекарю сейчас ни хотелось победы, но жизнь была дороже. Он только усмехнулся и поднял вверх руки.
– Сдаюсь, – громко проговорил Нуска, а затем покрасневшими от жара глазами уставился на Олина и уже тише добавил: – Не ожидал от тебя такого.
– Прости. Но я не из знатной семьи. Мои родители – простые торговцы. Если я вернусь ни с чем, то моим братишкам придется жить впроголодь, – пожал плечами Олин, а затем сплюнул наземь кровь и отбросил в сторону оружие Нуски.
Лекарь вздохнул, прикрыл глаза и, сняв перчатки, уложил ладони себе на шею. Сейчас не было времени сокрушаться – нужно было как можно скорее залечить слизистую и обеспечить поступление воздуха в легкие.
Все шумели, бурно обсуждали схватку. Несколько хаванцев сгрудились вокруг Нуски, видимо, просто для вида. Потому что они смотрели на Нуску такими глупыми глазами, будто не понимали, отчего тот вдруг упал и не поднимался.
– Да-да, я сам, – прохрипел Нуска, наполняя руки целебной дэ.
Вот только правая рука то вспыхивала, то затухала. Лечение оказалось болезненным и заняло много времени. Дэ Нуски была на исходе.
Вскоре подоспел Минхэ – идимо, заволновался. Он склонился над учеником с хмурым видом, а затем коснулся его левой руки своей.
– Я поделюсь энергией. К сожалению, я не умею лечить кого-то, кроме себя самого, – покачал головой учитель, а затем действительно влил в Нуску большое количество светлой дэ.
«Вот это да. Значит, энергией того же вида можно делиться и через прикосновение? Не знал, не знал…»
Прошло не менее получаса, прежде чем Нуска оказался удовлетворен состоянием своей дыхательной системы. Он никуда не спешил. Однажды уже став жертвой болезни легких, он не горел желанием проходить через это вновь.
Минхэ помог Нуске подняться, а затем, приобняв ученика за плечи, медленно вывел его с арены.
Лекарь смог излечить большую часть внешних и внутренних повреждений, но теперь навалилась непередаваемая усталость. Растратив не только свою дэ, но и чужую, он израсходовал все свои силы.
«Вот оно как! Значит, нельзя вечно подпитывать одного сурии с помощью сотни подобных сурии. А я уж думал… Хех…»
Нуска повалился на одно из свободных мест на трибунах. Первые ряды были специально выделены для учеников, а потому никто из зрителей лекаря не донимал.
Учитель выглядел взволнованным и, казалось, то и дело порывался куда-то уйти.
– Учитель Минхэ… Простите, я проиграл, – устало сказал Нуска таким тоном, словно только что не экзамен провалил, а случайно забыл посолить похлебку. Лекарь совсем не чувствовал себя проигравшим.
– О чем ты? Ты выиграл, Нуска, – тихо проговорил Минхэ и нахмурился. – Я сейчас хочу пойти к старейшинам и потолковать с ними об этом. Как минимум, пусть присуждают звание сурии и тебе, и твоему сопернику.
Нуска усмехнулся, а затем устало повалился прямо на ступени. Он сейчас совсем не стеснялся своего состояния. Все-таки Урри, Ив и та сифа валялись без сознания где-то в обители, когда он хотя бы мог стоять на своих двух. Так что ему можно и отдохнуть, не заботясь о мнении окружающих.
– Не думаю, что из этого что-то выйдет, – недоверчиво хмыкнул Нуска.
– Им ведь нужно было устроить здесь спектакль? Показать, что их ученик сильнее, чем мой? Они это сделали. Но вот на вынесении результатов это сказаться не должно, – уверенно заявил Минхэ. Его лицо выглядело напряженным, но, когда он взглянул на своего выбившегося из сил ученика, то улыбнулся и протянул руку, похлопав Нуску по плечу. – Ты справился, Нуска. Ты сделал все для победы. А теперь позволь старшим разобраться между собой.
Лекарь не знал, что в нем еще оставались
