множество чудес. Теперь, когда я называю тебя ангелом, ты меня понимаешь?
Слезы снова наполнили ее глаза, она опустила голову, уткнулась лицом ему в шею, и ее тело содрогнулось от рыданий.
Теперь она его понимала.
* * * * *
Спустя неделю и два дня
Чейз стоял и смотрел, как Сондра обнимает Бекки, а Сайлас стоял рядом с Майей, ухмыляясь ему, вероятно, подшучивая, но в его глазах все равно отражалась печаль. Фэй стояла рядом с Чейзом, улыбаясь своим родителям и детям, но ее печаль была гораздо более явной.
Они стояли снаружи, и машины были набиты битком.
Дети собирались домой.
— Чейз, — услышал он и перевел взгляд на дедушку Майи и Бекки по отцовской линии.
— Эзра, — пробормотал Чейз, когда мужчина приблизился к нему и остановился.
Он кивнул и улыбнулся Фэй, затем посмотрел на Чейза.
После чего тихо сказал:
— Сынок, мне сказали, ты оплатил больничные счета Майи и Бекки.
Он услышал, как Фэй приглушенно охнула, и почувствовал, как она подвинулась к нему, коснувшись его руки, переплетая их пальцы, но ничего не сказала.
Он ей не рассказывал. И не собирался.
Дерьмо.
— Ага, — небрежно ответил Чейз, надеясь, положить конец этому разговору, зная, что познакомившись с этими людьми, не примет их денег.
Эзра кивнул и сказал:
— Мы обсудили и…
— Не беспокойтесь об этом, — прервал его Чейз, и пальцы Фэй сжались крепче.
Глаза Эзры округлились.
— Но сумма, должно быть…
Чейз покачал головой.
— У меня есть трастовый фонд. Его мне оставили бабушка с дедушкой. Они были хорошими людьми. Мой дедушка всю жизнь много работал. Он был добрым. Если бы они узнали, что деньги, заработанные их тяжким трудом, пошли на такую цель, то остались бы довольны. Поверьте мне. Если бы они были живы, они сами бы так поступили. Теперь дело сделано. Вам и так сильно досталось. И большего не будет.
— Это слишком щедрый жест, — осторожно возразил Эзра.
— Это был не жест, — так же осторожно ответил Чейз. — Чем бы это ни было, если так для вас легче принять эти деньги, то они обеспечат нам с Фэй путь в жизни этих детей. Вы уезжаете, но история не заканчивается ни для них, ни для нас. Мы хотим знать, как они взрослеют и крепнут, но также и видеться с ними. Если вы позволите нам это на протяжении многих лет, тогда мы в расчете.
Эзра уставился на него, его кадык дернулся, когда он сглотнул, и Фэй прильнула к боку Чейза.
Потом Эзра прошептал:
— Это мы можем.
— Хорошо, — пробормотал Чейз и пожал мужчине руку, из-за чего Фэй пришлось его отпустить.
После рукопожатия, Фэй подошла для объятий, и вновь начались объятия, прощания, искренние прикосновения, натянутые, грустно-счастливые улыбки.
Наконец, Чейз увидел, как Фэй, обнимая Бекки, что-то прошептала ей на ухо, и Бекки хихикнула. Коротко, но по-настоящему.
Затем он наблюдал, как она, держась на волоске, с глазами на мокром месте и дрожащими губами, крепко обняла Майю, и их объятия длились очень долго и были необычными в том смысле, что одиннадцатилетний ребенок так же не хотел отпускать ее, как и она его.
От этой картины у Чейза перехватило горло.
Чейз коснулся на прощание волос Бекки, и она подошла к бабушке и дедушке, а Фэй, издав низкий горловой звук, отпустила Майю.
Она выпрямилась и провела пальцами по его волосам, прежде чем прошептать:
— Звони мне. Я хочу знать, что ты читаешь.
Майя, чьи глаза тоже увлажнились и покраснели, кивнул.
Фэй закусила губу и отошла.
Майя повернулся к Чейзу.
Чейз начал было поднимать руку, чтобы потрепать его по волосам, но остановился, когда Майя подошел прямо к нему и обвил руками талию Чейза.
Его уже не такое худое тело прижалось к Чейзу, руки, ни одна из которых не была ни в гипсе, ни в бинтах, обвились вокруг него, и горло Чейза полностью перехватило. Он сам почувствовал на глазах слезы и обнял своего мальчика, крепко сжав его, склонив голову и закрыв глаза.
— Спальный мешок был теплым, — дрожащим голоском пробормотала Майя.
Бл*ть. Малыш убивал его.
— Хорошо, — хрипло пробормотал Чейз.
Майя сдерживался. Чейз тоже.
Затем Майя прошептал:
— Твои волосы.
Чейз открыл глаза.
— Что, приятель?
Майя откинулся назад, но, не отпуская, посмотрела на Чейза покрасневшими глазами и шепотом продолжил:
— Твои волосы. Львиная грива.
Чейз ничего не понял, но выдавил из себя улыбку и тихо ответил:
— Ладно.
Майя отпустил его, руки Чейза опустились, подбородок Майи задрожал, но его взгляд не отрывался от глаз Чейза, когда он прошептал:
— Ты мой Аслан.
Аслан.
«Лев, Колдунья и платяной шкаф».
Вашу ж мать.
Слова были, словно удар в живот, и в груди Чейза стало тесно, он присел на корточки перед Майей, произнося единственное слово, которое мог придумать в данный момент:
— Приятель.
— Я буду Питером, — все шептал Майя.
— Хороший выбор, — прошептал в ответ Чейз сквозь комок в горле.
Они смотрели друг другу в глаза, Чейз понятия не имел, что сказать или сделать.
Тогда Майя прошептал:
— Пока, Аслан.
Вашу ж мать. Бл*ть. Бл*ть. Бл*ть.
— Пока, Питер, — прошептал в ответ Чейз.
Чейз видел, как Майя, затаив дыхание, посмотрел на Фэй, потом повернулся и пошел к родным.
Чейз попытался выпрямиться и едва поднялся на ноги, как Фэй оказалась возле него, прижимаясь к его боку и крепко обхватывая его руками за талию. Он обнял ее за плечи, Сайлас и Сондра подошли ближе и наблюдали, как Майя, Бекки и их семья рассаживаются по машинам.
Они прощались, махали, стояли на подъездной дорожке Гуднайтов и смотрели, как автомобили отъезжают, и продолжили смотреть, пока больше не было на что смотреть.
Фэй пришла в движение первой, встала на цыпочки и приблизилась губами к уху Чейза.
— Я же говорила, что ты герой, — прошептала она, и Чейз закрыл глаза, но она еще не закончила. — Я не одна так думаю, Аслан.
Он повернулся к ней, полностью притянув к себе и уткнувшись лицом ей в шею.
Крепко обнял.
Она крепко обняла в ответ.
Они почувствовали, как Сайлас и Сондра молча удаляются.
Чейз крепко обнимал свою девушку, чувствуя, как ее тело тихонько подрагивает от слез, как ее мокрое лицо касается его шеи, но знал, что она тоже чувствует его слезы на своей коже.
И ему было плевать.
Глава 20
Дыши
Взбежав по ступенькам к моей квартире, я не стала доставать ключ, так как знала, что Чейз уже там.
Я распахнула дверь
