Домаршировав до комнаты Аркулова, Денис остановился. А может быть, лучше зайти потом? - подумал он, и уже вытянутая рука замерла в миллиметре от кнопки. Уши и щёки горели.
- Денис? - раздалось из-за двери. - Входи, не заперто!
Что ж, спасибо, отец, - не дал поддаться трусости! Денис нажал кнопку, и дверь с тихим шуршанием отъехала.
- Привет! - Аркулов улыбнулся, поднимаясь ему навстречу. Выглядел он таким на удивление здоровым и свежим, что становилось ясно: как бы ни ругали и ни боялись чёрного тюна регенерации, но своё дело он делал. Да и сет Тэтатерра тоже.
- Привет, - Денис пожал руку отцу.
- Присаживайся, - Аркулов предложил ему стул, а сам опустился на койку. - Чего это ты там, в коридоре, так топал? У меня тут аж стены тряслись.
- Шаг строевой тренировал. В военные думаю податься!
Окинув его напружиненную фигуру цепким взглядом, Аркулов прищурился и, глядя на полыхавшие красным уши Дениса, спросил:
- Военный?.. Серьёзно?
- ...Нет. - Денис опустился на стул. - А ты, вообще, как догадался, что это я? По топоту, что ли?
- Ну, это вряд ли, - рассмеялся Аркулов. - Ты же не всегда ходишь, как хогамонт, я бы даже сказал, ты никогда так не ходишь, поэтому... - он пожал плечами. - Интуиция, наверно. Перезагрузка явно этому способствует. С ней, знаешь ли, всё так обострилось... Да и вообще - столько новых идей, столько дел накопилось! Скорей бы уж в поле, в виварий, в лабораторию! Хочу работать... Если б ты только знал, мальчик мой, как жутко работать хочется!
- Самсонов сказал, станцию законсервируют, - сказал Денис.
- Ну, что-то же нам оставят для пользования? - не сдавался Аркулов. - Всё-таки целых девять месяцев куковать!
- Что-то, конечно, оставят, - согласился Денис.
- Ну, и достаточно! - оптимистично заявил Аркулов. - Обойдёмся тем, что есть, главное, бомбить не будут.
- Да, бомбить точно не будут, - улыбнулся Денис. - Самсонов и полковник знают, как со своими переговоры вести... да и вообще, своё дело знают.
- Сильно страшно было?
- Это ты про что?
- Да про ожидание, - пояснил Аркулов. - Я-то вот ведь не помнил ничего, пока по лесу шарахался, а потом - раз! очнулся, а уже всё хорошо. Повезло. А то бы каждый день ждал апокалипсиса.
- Нет, я не ждал... Некогда было...
В комнате повисло молчание - не то чтобы неловкое, скорее просто томительное.
- Знаешь, я хоть уже и говорил тебе, - спустя пару минут, сказал Аркулов, - но повторю ещё раз: прости меня, сын!
- Да ладно тебе...
- Да нет, не ладно! Прости меня, сын, что ты вырос в детдоме при живом отце. Я рад, что ты нашёлся, что ты есть...
- Я тоже рад... - Денис замолчал. Вроде и хотел бы сказать, что прощает, да не вышло, потому что прощать оказалось нечего. "Чем больше раз умираешь, тем добрее к людям делаешься. Исправиться очень хочется, понимаешь?" - эти слова майора накрепко засели в памяти, и хотя Денис ещё не умирал, здесь, на Дзетте, он пережил достаточно, чтобы на своей шкуре прочувствовать то, о чём говорил майор. Может быть, Денис и не стал добрее, но на отца больше не злился и не стремился, как раньше, выяснять с ним отношения или добиваться внимания. Дениса вполне устраивало, что отец просто был. Такой, какой есть. Близкий человек по фамилии Аркулов.
- А я рад, что ты рад! - Аркулов вдруг рассмеялся - так беззаботно и заразительно, как смеётся по-настоящему счастливый человек. - И вообще. У нас ещё будет столько времени поговорить!
- Ты же вроде как тут работать с утра до ночи собирался? - Денис тоже рассмеялся.
- Одно другому не помешает, сынок, теперь уж точно не помешает! Главное, голова на месте! Спасибо, что помог вернуть личность мою, старую и бестолковую.
- Пожалуйста. Только благодарить надо не меня... - Денис посерьёзнел.
- Ты о Майе? - С лица Аркулова тоже сползла улыбка.
Денис кивнул, хотя на самом деле имел в виду не только, и даже не столько Майю... Но объяснять что-то, уточнять - не хотелось.
- Ты думаешь, её нет? - спросил Аркулов, и в глазах его мелькнуло что-то странное - слишком мимолётное, чтобы понять, но пугающее. - Думаешь, Майя умерла?
- Я видел её тело, - осторожно ответил Денис. - Оно...
- Распалось? Так мне Кривочук сказал.
- Ну, в общем... а он про Альфу тебе говорил?
- Говорил что-то, - отмахнулся Аркулов. - Только я не очень-то внимательно слушал.
- Почему? - удивился Денис.
- Да потому что я лучше него всё знаю! Майя была тут, - Аркулов постучал себе по черепу, - забыл? Она воскресила меня, как в тот раз, в больнице, когда я думал, что умираю от опухолей, а на самом деле мой мозг перестраивался. Тот момент... он... он стал для нас отправной точкой, центром, откуда расходятся лучи нашей особой связи, лучи, пропитавшие всю дальнейшую жизнь. И когда там, на площади неочей, Майя слилась со мной, она достала до того центра и сумела зажечь лучи заново! В голове сразу будто люм вспыхнул: я вспомнил всё, что знал сам, и одновременно всё, что знала она... Это трудно, очень трудно объяснить словами... слова всё лишь запутывают, но факт в том, что я не только избавился от своей амнезии, но ещё и получил её память, так что у меня - первоисточник информации об Альфе и вашем с Майей походе к неочам, понимаешь?
- Кажется, понимаю. Майя мне говорила, что хотела бы слиться с тобой, но это невозможно. Выходит, она ошибалась - это возможно и это произошло. И теперь, хоть тело её и распалось, Майя всё равно жива, потому что у тебя в голове её память, так?
- Нет! - Аркулов вдруг расхохотался. - Не умерла, потому что жива её память! - ну, что за сопли из дешёвого комтрилла! Нет, сынок, я не это имел в виду, вовсе не это! - Аркулов резко подался вперёд и сказал, сверкая глазами: - Он поглотил её! Поглотил вместе с телом, и он сделал это специально!
- Кто поглотил? - опешил Денис. - Альфа?
Аркулов энергично кивнул, и было в этом жесте что-то от сумасшедшего.
- С чего ты взял?
- А с того, что она успела уйти. Я это видел, я это запомнил, а значит, воскресив меня, она вышла из моего подчинённого неочам сознания до того, как полковник всех этих тварей перестрелял, понимаешь?
"Ты думаешь, её нет? Думаешь, Майя умерла?" Теперь Денис понял, что так напугало его в глазах отца, когда тот говорил эти слова. Это была одержимость.
- ...Как-то не очень, - стараясь сохранять спокойствие, сознался Денис. - Если она успела, как и я, выйти, то куда же исчезла?
- Да не исчезла она! Просто в тело своё не смогла вернуться.
- Почему?
- Потому что Альфа его разрушил. Специально, чтобы поглотить Майю. И тело её, и сознание.
- Да у него две пули было в груди, он был на грани смерти, едва дышал! Чего он в таком состоянии мог разрушить?
- Альфа держал себя на грани только до тех пор, пока нужен был тайный проход, а когда вы открылись неочам - он уже мог делать, что заблагорассудится. Да что я тебе говорю - ты же сам результат видел! и, как рассказал Кривочук, прямо в этот результат и вляпался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
